Заместитель председателя белорусского парламента Виктор Гуминский о приговоре в отношении белорусских террористов: Суд не отомстил, а вынес решение за то деяние, которое для общества совершили два этих подонка

04.12.2011 - 18:08
Союз трех стран, которые вступают в Единое экономическое пространство, в срочном порядке вслед за президентами поддержал парламенты России, Казахстана и Беларуси. Именно в таком порядке: Госдума, Мажилис и Палата представителей. Палата представителей на этой неделе утвердила Договор о Евразийской экономической комиссии. А что еще полезного сделали белорусские депутаты в последние дни и за последние 15 лет, расскажет ведущему программы «Картина мира» на телеканале «РТР-Беларусь» Юрию Козиятко заместитель председателя парламента Виктор Гуминский.

Эта неделя для белорусского парламента и для всех депутатов, наверное, праздничная. Все-таки 15 лет Национальному собранию. Как-то отмечали депутаты этот праздник?

Виктор Гуминский: Мы не считаем это юбилеем. Но отметили так по-простому. Не время для пышных каких-то мероприятий. Но, во всяком случае, и обойти как-то молча эту дату тоже нельзя. Все-таки за этим многое стоит. И, прежде всего, то, что за эти 15 лет создана, я считаю, добротная законодательная база по всем аспектам, по всем направлениям жизни государства.

А на этой неделе какие законы были главными? Вот ратифицировали закон о Евразийской экономической комиссии. Но ведь белорусский парламент последним ратифицировал. Казахский — чуть раньше. А российский, как солдатики,  — вот у Вас военное прошлое, — как солдатики. По приказу «быстро!» Госдума первая ратифицировала. Им нужнее всех?

Виктор Гуминский: Я бы вообще так вопрос не ставил. Почему? Потому что у нас есть план, когда у нас пленарные заседания. Ну, у России сейчас выборы, поэтому, конечно, им откладывать на новый состав ратификацию просто-напросто, я бы сказал даже, и некорректно, потому что это бы затянулось по времени. У нас же было плановое заседание назначено именно на 28 число, что мы и сделали. И я бы не сказал, что есть какие-то… что мы последние, что мы первые. Но здесь увязывать…

Я просто, чтобы спросить, может быть, России нужнее всех этот проект.

Виктор Гуминский: Нет. Я считаю, что этот проект одинаково важен как России, так и Беларуси, так и Казахстану.

Вот Вы сказали о выборах думских, которые в России завтра состоятся — в воскресенье. А ведь люди же задают вопросы, многие мыслящие люди думают, а не является Евразийский союз просто предвыборным проектом «Единой России» и кандидата в президенты Владимира Путина, а после выборов это все потихонечку свернут. Так уже бывало, в принципе, в истории человечества. Во многих странах, не только у нас.

Виктор Гуминский: Ну, Юрий, я совершенно так не считаю. К этой перспективе мы шли довольно немало и непросто, ведь прошло 20 лет практически после распада Советского Союза. Но я скажу честно. И как гражданин той великой страны, и как гражданин уже новой страны, нашей суверенной независимой Беларуси. Лично я ощущал, что нам не хватает чего-то. Потом, я хочу сказать, мы убедились, что после распада Советского Союза в мире процессы глобализации идут, мы убедились в том, что сегодня по всему миру страны объединяются в различные группировки. Евросоюз — пример.

Евросоюз? Какой пример? Евросоюз уже скоро разъединится. Может быть. Может, не разъединится, но, по сути, идут процессы, которые ведут к распаду.

Виктор Гуминский: Процессы ведут, но это еще не значит, что Евросоюз распался. Во всяком случае, сегодня в Европе он играет доминирующую роль. Мы об этом можем поговорить ниже. Латинская Америка, арабский мир, Юго-Восточная Азия — везде идут объединения. А вот здесь, на постсоветском пространстве, практически Россия была сама по себе, Казахстан — сам по себе, Беларусь тоже сама по себе. Да, мы поддерживали друг друга, но мы чувствовали, что не хватает чего-то. Вот в этом геополитическом плане, сегодня на этом пространстве создается новая сила будущего Евразийского союза, которая будет стоять на защите этих интересов пока трех государств, где люди получат довольно весомые блага. Ведь эта свобода передвижения товара, капитала, услуг, рабочей силы многое значит. Но сегодня это подстегнет и наше экономическое развитие.

Не в Европейский союз нужно все-таки пытаться интегрироваться, а в Евразийский экономический союз.

Виктор Гуминский: На сегодняшний день ту политику двойных стандартов, которую проводит Евросоюз в отношении Беларуси, мы не приемлем. А, если по большому счету сказать, не ждут нас там. Ждут только ради своих интересов.

Мы же видим, как к парламенту относится Европа.

Виктор Гуминский: Нормально признают парламент. Нормально признают нашу страну. Уважают наших людей. Но есть политики… Есть политики, которые имеют определенные свои цели и задают тон в политике Евросоюза на сегодняшний день. Надо ездить, рассказывать о своей стране, представлять там достойно свои интересы. К нам когда приезжают, мы тоже должны таким же образом действовать. И я могу привести пример. Когда к нам приехала датская делегация, мне довелось с ними работать. Поначалу довольно-таки остро они смотрят на вопросы демократии, развитие - своеобразно. Была очень большая настороженность. Когда мы пару часов с ними побеседовали, рассказали, ответили на их вопросы, когда они стали рассказывать о том, что они все здесь оппозиционеры, то есть каждый представляет интересы своей партии. Но, когда мы выезжаем за рубеж, мы все вместе за свою страну. Я сказал, как у нас представляют отдельные партии интересы своей страны, в чем я тоже убедился на белградской встрече, кстати. На сессии Парламентской ассамблеи ОБСЕ. А когда потом провезли их по стране, показали, как мы живем, причем, где они хотели, там и останавливались, они уехали совершенно с другими чувствами, другими намерениями в отношении нас.

Вы сказали, что приезжали датчане и все они представляли разные партии. А вот у нас в парламенте? Грядут парламентские выборы, в том числе и в Беларуси в первой половине следующего года. Будут ли какие-то партии, — Вот Вы представляете партию власти, но мы пока еще не говорим, «Белую Русь», да?Кроме «Белой Руси» будут представители каких-то партий, оппозиционных, как мы их называем, в этом парламенте? Шансы у них есть какие-то или нет?

Виктор Гуминский: Юрий, я, прежде всего, хотел бы напомнить, что в соответствии с нынешним избирательным законодательством, у нас выборы проходят по мажоритарной системе, то есть каждый делегат от каждого округа. Президент в Послании четко сказал, что предстоящие выборы будут проходить еще по этой системе, так как пока времени, чтобы провести изменения и в Конституции, и в Избирательном кодексе, конечно, явно недостаточно.

Маленькая ремарка. А мысли есть такие?

Виктор Гуминский: В Послании Президента в апреле это было озвучено. Поэтому выборы будут проходить так. Каждый человек, а не партия, будет представлять. Партия может выдвинуть своего кандидата, но он будет избираться по этому округу. Поэтому никто не препятствует. Что касается, как наши нынешние партии отнесутся к выборам и пойдут на них, это их дело. Они должны, конечно, все взвешивать: насколько они пользуются поддержкой у людей, что они для них сделали и так далее. Например, я сегодня, как один из руководителей общественного объединения «Белая Русь» и как руководитель Минской областной организации, могу в любой момент сказать, что мы делаем, большие или малые дела, где участвуем.

Ведь тяжело. Жизнь непростая. Мы видим, что Европу кризис захлестнул, у нас много экономических проблем. У оппозиции сколько козырей — можно: «Посмотрите, что происходит! А мы придем — доллар будет в пять раз дешевле, зарплата будет в десять раз выше!» А какие козыри у партии власти?

Виктор Гуминский: Я понимаю. Сейчас партии власти как таковой нет еще. Мы только мыслим про это, но в мыслях это есть, как Вы сказали. А что касается критики, что использовать критику оппозиция или представитель оппозиции будет, я скажу так, что критиковать проще всего. Когда ты ничего для этого государства не делаешь, то, конечно, других критиковать просто. Но надо сказать и другое. Да, у нас есть проблемы экономического характера, но за то время, которое прошло, возьмем последние пять лет или 15 лет, власть не сидела, сложа руки. Мы сегодня людям говорим и можем говорить, что у нас построено, сколько построено ферм, сколько мы сегодня производим зерна, сколько мы сегодня построили больниц, каких новых центров медицинских, сколько агрогородков. Мы не сидели, сложа руки, и власти есть, что сказать людям, люди и сами видят, потому что сегодня люди не выходят ни на какие акции, люди все у нас работают. Власть, как говорят, не спит в шапку, а работает и работает.

Еще есть, наверное, такая проблема, что нет ярких лидеров оппозиции, говорить некому сегодня.

Виктор Гуминский: Да что говорить о ярких лидерах, если даже коснуться прошедших президентских выборов в декабре прошлого года. Кто из лидеров пошел кандидатом в президенты? Кого люди знали? Мало того, что не знали, так они начали не то творить. Поэтому вот весь результат. Я могу другой привести пример. Я не знаю, то ли у них какой-то замысел свой есть… Поднимали мы закон «О массовых мероприятиях», вносили изменения и дополнения.

Он вступил в силу как раз на днях.

Виктор Гуминский: Он вступил в силу 27 ноября. Так вот я хочу сказать, что я специально проанализировал, кто нам пишет свои соображения, замечания и свои мысли, что плохой закон. Да, изменилась ситуация — мы должны реагировать на эту ситуацию. Наша задача, задача власти, — обеспечить спокойствие в стране, стабильность в стране, общественную безопасность, чтобы рабочий человек, которые едет в метро, мог спокойно на «Купаловской» пересесть на другую линию, своевременно доехать домой. А если там какое-то мероприятие происходит и перекрыта станция, то он не скажет, что это оппозиционеры, он скажет, что это власть не сумела обеспечить. Поэтому мы все делаем для того, чтобы обеспечить тот порядок, который в стране был. Поэтому принимали, принимаем и будем принимать такие законы, которые направлены именно на это. Так вот я хочу сказать, я проанализировал, кто нам писал замечания, вернее какая категория людей. Я там не увидел ни одного рабочего, ни одного крестьянина, условно будем говорить, ни одного сельского труженика, ни одного учителя, ни одного инженера. Одним словом, из того люда, который заинтересован в том, чтобы был порядок, там никого нет

Кто пишет?

Виктор Гуминский: Два пенсионера, восемь представителей так называемых оппозиционных партий, какие они там, я не знаю, в смысле по мощности, знаю, что они есть. Это из Брестской области. И аж 71 представитель правозащитных организаций, какие-то гражданские активисты, которых никто не знает. Ну, кому-то, видимо, надо, чтобы все-таки дестабилизировать где-то что-то.

Я все-таки хочу вернуться. Вы сказали: «восемь партий, неизвестно, какие они там мощные». До этого Вы говорили, что есть такая мысль — преобразовать «Белую Русь» в партию власти. Многие говорят. А что уже в России? «Единая Россия» — партия власти: «Войдем в парламент — завоюем 90% мандатов». Почему мы в Беларуси боимся этого?

Виктор Гуминский: Нет. Мы совершенно ничего в Беларуси не боимся. Не для того сегодня есть власть, что бы Беларусь чего-то боялась.

Если есть сторонники, давайте их в партию пригласим.

Виктор Гуминский: У нас стабильное государство. Всему свое время. Мы не хотим быть такой партией, как сегодня есть у нас в республике, которых народ совершенно не знает, не приемлет, никакого доверия к ним нет. И никакого имиджа для народа нет у этих партий. Мы не желаем такой партией быть. Но мы считаем, что надо укрепить свои ряды, надо больше завоевать авторитета в обществе, чтобы люди, действительно, знали. Сегодня многие знают, что такое «Белая Русь» просто на примере тех больших и малых дел, которые мы делаем, причем, делаем не за деньги налогоплательщиков, не за те, которые поступают из заграницы, мы не пользуемся этим. Мы за свои кровные взносы, которые сдаем.

А от государства грантов вы не получаете в Беларуси?

Виктор Гуминский: От государства мы никаких грантов не получаем и не просим. Мы проблемы для государства совершенно не делаем. Мы не скрываем того, что наша позиция — это провластная позиция, это поддержка власти, потому что мы видим, на что направлена работа власти, поэтому мы и не скрываем. Поэтому мы ничего не боимся, но мы считаем, что еще надо немножко поработать.

Так, чтобы закрыть тему. Как долго? То есть когда у нас появится эта партия власти? Ну, если вдруг. Это вопрос десятилетий?

Виктор Гуминский: Я так думаю, в этом году у нас уже мало времени остается, а в следующем году у нас должно получиться, если все будет складываться, если мы увидим…

Кто хочет, может уже становиться в очередь и записываться в партию.

Виктор Гуминский: В очередь к нам не надо становиться. У нас все на добровольном порядке, у нас все определено Уставом.

Виктор Александрович, может быть, резко перейду на другую тему. Когда Вы рассказывали, что вступил в силу закон «О массовых мероприятиях», и о том, что главная цель в том, что, когда человек переезжает с «Купаловской» на «Октябрьскую»…

Виктор Гуминский: Нет, это я как пример

Просто я вспомнил. Ну, как вспомнил — событие на слуху. На этой неделе оглашен приговор по делу о теракте как раз на этой станции метро. И двоим обвиняемым вынесен смертный приговор. И вроде бы логично, но, с другой стороны, мы же все-таки белорусская нация и люди гуманные. Может, уже и жалко. Как Вы считаете, справедливый приговор или нет?

Виктор Гуминский: Здесь одним словом не ответишь. Я бы вообще хотел сказать, что тема смертной казни для нас не простая. Во-первых, еще и потому, что на нас оказывается давление, в частности Парламентской ассамблеей Совета Европы, и одно из условий, чтобы нас туда приняли в качестве спецприглашенного, — мы должны ввести мораторий на смертную казнь. По этому вопросу, я хочу сказать, что мы не приемлем никакого давления. Мы суверенное независимое государство. Из этого будем исходить. Поэтому мы никакие условия принимать не будем. Но депутаты немало над этим вопросом работали и работают, хотя именно этот террористический акт 11 апреля, я бы сказал, эту работу и приостановил. Как-то появилась сдержанность. Потому что мы видим настроения людей. Если сегодня даются цифры, что было 82% против отмены смертной казни, то сегодня 78%. Мы не считаться с мнением своих людей не можем. Погибло 15 человек, более двух сотен ранено. Речь не идет о том, что это месть. Это справедливо, то, что Конституцией определено. Смертная казнь носит временный характер. Вопрос только в этом времени. Этот террористический акт, я так вижу, что на этом временном характере сыграл серьезную роль. Возможно, мы пошли немного уже дальше. Поэтому то решение суда, которое есть, я считаю справедливым по своей тяжести, но это не какая-то месть за то, что погибли люди, а значит, эти должны тоже погибнуть. Это суд определил за то деяние, которое для общества совершили два этих подонка.

Люди в материале:


Индийские власти хотят ввести смертную казнь за пиратство в море



Новости Индии. Законопроект, предусматривающий возможность высшей меры наказания или пожизненного заключения для людей, причастных к морскому разбою, одобрили 2 августа, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Таким образом правительство намерено обезопасить грузы и экипаж своих торговых судов. За последние месяцы в Индийском океане были зафиксированы несколько нападений на торговые корабли.