Вера в медицинское чудо и долгожданная радость материнства. Такие эмоции испытывают люди, успешно прошедшие метод ЭКО. Правда, делиться своими мыслями со всеми молодые пары не спешат. Возможно, тому виной белорусский менталитет или боязнь, что любимого малыша сглазят.
Риски и страхи уже позади, и сегодня молодая мама Алеся охотно делится успехами своего малыша. Правда, только по телефону.
Алеся, молодая мама, использовавшая метод ЭКО:
Может они опасаются, что к их ребенку будут как-то по-другому относиться. Я не могу объяснить. Я не считаю, что нужно из этого делать секрет. Порой мне кажется, что нужно рассказывать, чтобы люди не боялись это делать.
Ребенку годик. Хороший, здоровый мальчик. Счастье для всей семьи. Главное – довериться врачу. Мы быстро нашли с врачом общий язык. Я верила, что все будет хорошо. Так оно и получилось.
Олег Тишкевич, акушер-гинеколог, главный врач центра вспомогательных репродукций:
Огромное количество женщин эту проблему умалчивает. Некоторые даже просят в выписке не писать, что это было ЭКО.
В Беларуси искусственным оплодотворением занимаются более 15 лет, однако вокруг этого ходит немало споров. Особенно в церковных кругах. Причины понятны: это и разрушение родственных связей, и естественного развития личности ребенка, вопрос об абортах и статусе человеческих эмбрионов. Однако с точки зрения церкви ЭКО имеет право на существование. Архиерейский Собор 2000 года ясно дал это понять. Вот только требования довольно серьезные.
Сергей Лепин, протоиерей, пресс-секретарь Минского епархиального управления:
Если для достижения зачатия не используются донорские половые клетки. То есть процедура ЭКО осуществляется исключительно в границах семьи. ЭКО допустимо только в том случае, если все оплодотворенные клетки подсаживаются женщине, и ни один из невостребованных эмбрионов не уничтожается.
Церковь в практике суррогатного материнства видит нарушение целостности брачного союза, и торговлю детьми, и торговлю своим телом. Материнство – это одна из тех категорий в мире, которая не может быть суррогатной по определению.
К вопросу суррогатного материнства ответ у церкви однозначный, сообщили в программе «Правда» на СТВ. Категорическое «нет». Конечно же, ЭКО – это определенные риски. Пойти на них или нет – вопрос индивидуальный. Ясно одно: такой ребенок уж точно будет самым любимым и долгожданным.
Светлана Шилова, заместитель председателя Постоянной комиссии Палаты представителей Национального собрания РБ по охране здоровья, физической культуре, делам семьи и молодежи:
Церковь выступает против редукции. Было два заявления церкви против суррогатного материнства. Если в случае синдрома гиперстимуляции яичников не прервать беременность, женщина погибнет. Поэтому врачи при оказании медицинской помощи ставят на первое место жизнь женщины, но не жизнь эмбриона или плода.
Суррогатное материнство было принято в Республике Беларусь в 2006 году. И мы, на основании своего закона, ужесточили требования к суррогатному материнству. Не было прописано, кто может стать суррогатной матерью.
Как общество реагирует на Закон «О вспомогательных репродуктивных технологиях»?
Светлана Шилова:
Наше общество приняло этот закон. Даже православная церковь поддерживает этот законопроект. Они также считают, что должен быть закон о вспомогательных репродуктивных технологиях, и продиктовали нам свои религиозные и философские моменты.
Люди, которые страдают от бесплодия, давно ждали этого закона и поддержали его. И наши врачи всех организаций здравоохранения, всех форм собственности поддержали.
Закон о вспомогательных репродуктивных технологиях направлен на оказание качественной медицинской помощи при бесплодии. Разве это неэтично? Мы лечим и даем радость людям.
Александр Барсуков, главный акушер-гинеколог Министерства здравоохранения РБ:
В ряде случаев помочь паре можно, используя только суррогатное материнство. Это не система. Это достаточно дорогое удовольствие.
Опишу один случай: беременная женщина ехала со своим мужем в машине, сидя на заднем сидении. Произошло лобовое столкновение, и она животом вылетела вперед. К нам она поступила с разрывом матки и мертвым плодом. Операция по спасению ее жизни закончилась удалением детородного органа. Но у нее есть яичники. Поэтому в законе оговорено и родственное суррогатное материнство. Если сестра согласна выносить для нее ребенка, то, пожалуйста.
Очень часто возникают злокачественные опухоли у молодых женщин, которые еще не реализовались в репродуктивном деле. Технологии позволяют забрать у такой женщины яйцеклетку, сделать радикальную операцию для спасения ее жизни. В будущем, когда женщина решится создать семью, можно будет использовать ее половую клетку путем программы суррогатного материнства. Так можно получить генетически своего ребенка.