7 Дней (США): Дональд Трамп говорит на языке американцев

19.09.2018 - 17:07

Когда Трамп говорит, что США – величайшая страна в мире, когда хвастает своим умом, когда заявляет, что у Америки самая сильная армия в мире и он хочет продемонстрировать это, проведя военный парад, он говорит на языке американцев, подчеркивает обозреватель издания «7 Дней».

Именно так его сторонники привыкли думать о нашей стране. Скажите, что мы не самые великие, не самые лучшие и не самые удивительные в истории, и вы рискуете оказаться погребенным под лавиной насмешек.

Бывшего президента Джимми Картера считают одним из самых добродетельных президентов в современной истории. Но когда он управлял страной из Белого дома, он казался слабым. Он говорил, что американцам нужно уменьшить температуру в их домах до 65 градусов днем и 55 ночью, потому что запасы нефти и природного газа не безграничны. Времена изменились. Он подразумевал, что лучшие дни страны остались в прошлом.

Рональд Рейган говорил, что Америка – все еще величайшая страна на планете и что люди могут использовать столько энергии, сколько им заблагорассудится. Избиратели отправили Картера обратно в Джорджию, а Рейган стал одним из самых популярных президентов США. Он много говорил о строительстве системы обороны «Звездные войны» и потребовал от Советского Союза снести Берлинскую стену. Рейган говорил на языке американцев.

Трамп не только разговоры разговаривает, он живет в американской мечте. Он сказочно богат и не собирается показывать нам свои налоговые декларации, потому что это его бизнес, а не наш. Американский народ это понимает. Он строит гигантские здания и украшает их своим именем, буквы которого достигают 100 футов в высоту. Он женится на красивых женщинах, изменяет им с другими красивыми женщинами и откупается от них, если нужно.

Люди, которые с ним не согласны – дебилы, глупцы, безумцы, сумасшедшие, жалкие и ничтожные. Его критики говорят, что он ведет себя незрело и недостойно самого влиятельного поста в мире. К черту все это. Трамп разговаривает так, как говорят американцы в барах, ресторанах, за кухонными столами и на барбекю в кругу семьи.

Футболисты, которые не встают во время исполнения национального гимна – испорченные дети, которые не ценят того, что у них есть. Это не Трамп говорит. Так говорят многие представители среднего класса, горько жалуясь на протесты во время матчей НФЛ. Позволили ли речи Трампа так говорить во время массовых митингов? Конечно. Внушил ли он им эти идеи, будто чревовещатель? Нет.

Когда Трамп посмеивается над кем-то, когда говорит с пренебрежением об африканских и латиноамериканских странах, когда выражает недовольство иммигрантами, которые приезжают в страну и забирают нашу работу, он говорит за множество американцев. И если кто-то скажет, что Америка выше этого, если начнет обзывать сторонников Трампа разными словами, то он тут же начнет говорить на языке американцев.

Трамп знает, что американцы больше думают о деньгах, чем об идеалах и этике. Именно поэтому он сказал, что фондовый рынок обрушится и все станут гораздо беднее, если ему объявят импичмент. Реальность состоит в том, что миллионы американцев любят подобные разговоры. А Трамп знает, как сделать реалити-шоу, которое понравится людям. Он говорит на языке американцев.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.

Люди в материале: нет
Loading...


Aftenposten. Экстремальная температура станет нормой



Исключительно сухое и жаркое лето не меняет смысла предостережений климатологов, связанных с будущим: самым большим испытанием для Норвегии станут экстремальные осадки.

«Афтенпостен» (Aftenposten): А насколько экстремальным было жаркое и сухое лето этого года?

Хельге Дранге (Helge Drange): Летние месяцы с мая по июль были рекордно жаркими – на два градуса теплее, чем в 1947 году, в предыдущее экстремальное лето. В Осло температуру измеряют с 1837 года, так что жара установила серьезный рекорд! Эти же месяцы были и очень сухими, такими же, как летом 1947, 1976 и 1994 годов.

Хельге Дранге (Helge Drange) работает в Центре изучения климата в Бьеркнесе (Bjerknes) и является профессором океанографии в Университете Бергена.

– Какие признаки климатических изменений Вы видите?

– Мы знаем, что в северном полушарии растет количество осадков, мы знаем также, что уровень океана повышается. Морские льды в Арктике уменьшаются и по площади, и по толщине. Мы знаем, что ледники и гренландские льды тают, мы знаем, что тундра размораживается. Весна наступает раньше, а осень – позднее. И температура вообще повышается. Так что есть очень много разных изменений, но все они из одной и той же истории.

– Но ведь летом этого года осадков практически не было?

– Естественные вариации будут всегда. Например, прошлое лето было не жарким, но очень мокрым. Но мы здесь говорим о двух разных вещах: вариациях год от года, которые мы называем «погодой», и более долговременных изменениях, которые мы называем «климатом». Когда мы говорим о климатических изменениях, мы ищем тенденции в течение длительного времени. В Норвегии за последние сто лет количество осадков выросло на 20%. А температура за тот же период выросла примерно на один градус.

– Один градус за сто лет звучит не так-то много. Почему это становится проблемой?

– А зимой это даже почти приятно, правда? Но давайте посмотрим на взаимосвязь. В прошлый раз, когда Земля была действительно теплой, температура на два-три градуса превышала ту среднюю температуру, которую мы имеем сейчас. Это случилось более трех миллионов лет тому назад. И тогда понимаешь, что мы вот-вот встретимся с климатом, который современный человек никогда не видел.

Летом чаще будет жарче

– Следует ли нам ожидать в будущем, что летом чаще будет сухо и жарко?

– Да, летом чаще будет жарко и сухо, и мы должны ожидать также, что жара будет длиться дольше. Это не означает, что следующее лето также будет жарким, но жара летом будет чаще. И это не означает, что одновременно непременно будет засуха. Основной проблемой для Норвегии будут осадки, и летом тоже.

– Возможно, в какой-то момент нам придется перестать называть подобную погоду «экстремальной»?

– Да. Если мы продолжим с выбросами парниковых газов так, как сейчас, в конце этого века станет нормой то, что сегодня воспринимается как экстремальная погода.

– На земном шаре температура не везде повышается одинаково. Какова сейчас ситуация в Арктике?

– Она невероятная и пугающая. За последние сто лет средняя температура на Шпицбергене выросла на 2,5 градуса. За тот же период зимняя температура поднялась на 3 градуса. Шпицберген переживает тотальное изменение климата и погоды. Главная причина состоит в том, что льды отступают, а это означает колоссальные последствия. Здесь действительно пора бить тревогу.

– Кари Хьенос Хьос (Kari Kjønaas Kjos) из Партии прогресса несколько недель тому назад заявила в беседе с Aftenposten, что она не уверена в том, что жара является следствием парниковых выбросов, и она считает, что нам повезло, что у нас такое замечательное лето. А что Вы об этом думаете?

– Это ранит меня в самое сердце. И одновременно показывает, насколько велика потребность объяснять серьезность происходящего. Мы думаем, что современный человек независим, что мы можем подняться над природой и полностью все контролируем. Но происходит нечто противоположное. Мы отдаляемся от природы и сил природы и становимся от этого более уязвимыми.

– Каким образом?

– Людей становится больше, в основном, мы живем в городах. Когда происходят такие экстремальные события, они могут привести к летальному исходу, перебоям в снабжении водой, проблемами с урожаем и снижению производства продовольствия. Достаточно подумать о Ближнем Востоке и о том, что сокращение источников воды может привести к беспорядкам. Сегодняшняя ситуация с беженцами серьезна, но если у нас появятся климатические беженцы, тогда станет просто опасно.

Не думаю, что нам удастся довести выбросы до нуля

– В Парижских соглашениях от 2015 года ООН решила, что все страны должны ограничить свои выбросы парниковых газов, с тем, чтобы температура на Земле повышалась не больше, чем на два градуса, а лучше на полтора. Несколько реалистично то, что нам это удастся?

– Судя по сегодняшней ситуации, ответ – нет. Цель в полтора градуса мы уже почти достигли. Для того, чтобы добиться цели в два градуса, нам нужно иметь нулевые выбросы в течение 20-30 лет, и нет ничего, что указывало бы, что мы сможем этого добиться. На самом деле ни одно государство не имеет шанса достичь этой цели. У нас в стране мы открываем все новые месторождения и расширяем активность в поиске нефти и газа, так что наша политика также не соответствует идее нулевых выбросов в ближайшем будущем.

– Звучит довольно мрачно?

– Да, это так! Мы говорим об экзистенциальной проблеме для людей и всего живого на земле. Мы говорим о будущем очень многих поколений.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.