Aftenposten. Экстремальная температура станет нормой

06.11.2018 - 09:23

Исключительно сухое и жаркое лето не меняет смысла предостережений климатологов, связанных с будущим: самым большим испытанием для Норвегии станут экстремальные осадки.

«Афтенпостен» (Aftenposten): А насколько экстремальным было жаркое и сухое лето этого года?

Хельге Дранге (Helge Drange): Летние месяцы с мая по июль были рекордно жаркими – на два градуса теплее, чем в 1947 году, в предыдущее экстремальное лето. В Осло температуру измеряют с 1837 года, так что жара установила серьезный рекорд! Эти же месяцы были и очень сухими, такими же, как летом 1947, 1976 и 1994 годов.

Хельге Дранге (Helge Drange) работает в Центре изучения климата в Бьеркнесе (Bjerknes) и является профессором океанографии в Университете Бергена.

– Какие признаки климатических изменений Вы видите?

– Мы знаем, что в северном полушарии растет количество осадков, мы знаем также, что уровень океана повышается. Морские льды в Арктике уменьшаются и по площади, и по толщине. Мы знаем, что ледники и гренландские льды тают, мы знаем, что тундра размораживается. Весна наступает раньше, а осень – позднее. И температура вообще повышается. Так что есть очень много разных изменений, но все они из одной и той же истории.

– Но ведь летом этого года осадков практически не было?

– Естественные вариации будут всегда. Например, прошлое лето было не жарким, но очень мокрым. Но мы здесь говорим о двух разных вещах: вариациях год от года, которые мы называем «погодой», и более долговременных изменениях, которые мы называем «климатом». Когда мы говорим о климатических изменениях, мы ищем тенденции в течение длительного времени. В Норвегии за последние сто лет количество осадков выросло на 20%. А температура за тот же период выросла примерно на один градус.

– Один градус за сто лет звучит не так-то много. Почему это становится проблемой?

– А зимой это даже почти приятно, правда? Но давайте посмотрим на взаимосвязь. В прошлый раз, когда Земля была действительно теплой, температура на два-три градуса превышала ту среднюю температуру, которую мы имеем сейчас. Это случилось более трех миллионов лет тому назад. И тогда понимаешь, что мы вот-вот встретимся с климатом, который современный человек никогда не видел.

Летом чаще будет жарче

– Следует ли нам ожидать в будущем, что летом чаще будет сухо и жарко?

– Да, летом чаще будет жарко и сухо, и мы должны ожидать также, что жара будет длиться дольше. Это не означает, что следующее лето также будет жарким, но жара летом будет чаще. И это не означает, что одновременно непременно будет засуха. Основной проблемой для Норвегии будут осадки, и летом тоже.

– Возможно, в какой-то момент нам придется перестать называть подобную погоду «экстремальной»?

– Да. Если мы продолжим с выбросами парниковых газов так, как сейчас, в конце этого века станет нормой то, что сегодня воспринимается как экстремальная погода.

– На земном шаре температура не везде повышается одинаково. Какова сейчас ситуация в Арктике?

– Она невероятная и пугающая. За последние сто лет средняя температура на Шпицбергене выросла на 2,5 градуса. За тот же период зимняя температура поднялась на 3 градуса. Шпицберген переживает тотальное изменение климата и погоды. Главная причина состоит в том, что льды отступают, а это означает колоссальные последствия. Здесь действительно пора бить тревогу.

– Кари Хьенос Хьос (Kari Kjønaas Kjos) из Партии прогресса несколько недель тому назад заявила в беседе с Aftenposten, что она не уверена в том, что жара является следствием парниковых выбросов, и она считает, что нам повезло, что у нас такое замечательное лето. А что Вы об этом думаете?

– Это ранит меня в самое сердце. И одновременно показывает, насколько велика потребность объяснять серьезность происходящего. Мы думаем, что современный человек независим, что мы можем подняться над природой и полностью все контролируем. Но происходит нечто противоположное. Мы отдаляемся от природы и сил природы и становимся от этого более уязвимыми.

– Каким образом?

– Людей становится больше, в основном, мы живем в городах. Когда происходят такие экстремальные события, они могут привести к летальному исходу, перебоям в снабжении водой, проблемами с урожаем и снижению производства продовольствия. Достаточно подумать о Ближнем Востоке и о том, что сокращение источников воды может привести к беспорядкам. Сегодняшняя ситуация с беженцами серьезна, но если у нас появятся климатические беженцы, тогда станет просто опасно.

Не думаю, что нам удастся довести выбросы до нуля

– В Парижских соглашениях от 2015 года ООН решила, что все страны должны ограничить свои выбросы парниковых газов, с тем, чтобы температура на Земле повышалась не больше, чем на два градуса, а лучше на полтора. Несколько реалистично то, что нам это удастся?

– Судя по сегодняшней ситуации, ответ – нет. Цель в полтора градуса мы уже почти достигли. Для того, чтобы добиться цели в два градуса, нам нужно иметь нулевые выбросы в течение 20-30 лет, и нет ничего, что указывало бы, что мы сможем этого добиться. На самом деле ни одно государство не имеет шанса достичь этой цели. У нас в стране мы открываем все новые месторождения и расширяем активность в поиске нефти и газа, так что наша политика также не соответствует идее нулевых выбросов в ближайшем будущем.

– Звучит довольно мрачно?

– Да, это так! Мы говорим об экзистенциальной проблеме для людей и всего живого на земле. Мы говорим о будущем очень многих поколений.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.

Люди в материале: нет


Time (США): Все о восьмом сезоне «Игры престолов» – из уст самих актеров



Актерский состав «Игры престолов», как известно, не любит рассказывать о том, что ждет зрителей в следующих сериях, особенно сейчас, когда речь идет о финальном восьмом сезоне. Но некоторые звезды популярнейшей драмы время от времени все-таки намекают на содержание последних шести серий. Для удобства читателей журнал «Тайм» собрал эти подсказки в одной статье.

Как известно, актерский состав «Игры престолов» не любит распространяться о том, что ждет зрителей в следующих сериях, особенно сейчас, когда речь идет о финальном восьмом сезоне. После него нам предстоит распрощаться с «Игрой престолов» навсегда.

Тем не менее некоторые звезды популярнейшей драмы телеканала HBO время от времени намекают на содержание последних шести серий, которые порадуют поклонников выходом в эфир в 2019 году. Для удобства читателей мы собрали эти подсказки в одном месте.

Начиная с Эмилии Кларк, которая мучительно переживает из-за последней сцены Дейенерис, и заканчивая Питером Динклэйджем, который говорит о важности загадочного эпизода с участием своего персонажа в финале седьмого сезона – здесь вы найдете все, что актеры «Игры престолов» рассказывали о восьмом сезоне.

Эмилия Кларк (Дейенерис Таргариен)
Все будет плохо:

«Я была просто в шоке, – призналась Кларк в майском интервью журналу „Венити фэйер" (Vanity Fair), говоря о финальной сцене с участием Дейенерис. – От понимания того, каким именно будет последнее впечатление от Дейенерис».

Но есть и положительные моменты:

Кларк также сказала Vanity Fair, что впервые появится в одной сцене с Софи Тернер и Мэйси Уильямс, сестрами Старк.

Кит Харингтон (Джон Сноу)
Преодоление границ:

«На меньшее количество серий было потрачено гораздо больше денег, поэтому следует ожидать большего размаха, компьютерной графики… Мы пробовали новые вещи, экспериментировали с технологиями съемки. Думаю, в этих последних двух сериях мы пытаемся выйти за существующие рамки, пытаемся открывать новые горизонты, – сказал Харингтон в интервью „Хаффингтон пост" (Huffington Post) накануне выхода седьмой серии. – Приходится соответствовать шумихе, которую подняли вокруг сериала, и хуже всего – это закончить его, так и не попытавшись по-настоящему раздвинуть эти границы и попробовать что-то новое. Даже если это провал – помирать так с музыкой».

Софи Тернер (Санса Старк)
Прольется кровь:

«Этот сезон – самый кровопролитный из всех. В нем царят предательства, войны, опасность, – сообщила Тернер журналу „1883". – Это все, что я могу вам раскрыть».

Но у стаи есть шанс:

После того, как выяснилось, что Тернер сделала себе татуировку с лютоволком, гербом Дома Старков, и надписью «Стая выживет», некоторые фанаты поспешили сослаться на комментарий, который сделала актриса в 2017 году на вручении «Эмми». «Мы с другими участниками „Игры" думали, что, если нам удастся пройти этот путь до конца, мы смогли бы все сделать себе одинакового волка, но мы в этом еще не уверены», – сказала Тернер телеканалу «E!» на красной дорожке.

В июне, будучи гостьей «Лейт-лейт шоу» (The Late Late Show) с Джеймсом Корденом, Тернер ответила на домыслы, возникшие вокруг ее новой татуировки. «Это всего лишь цитата из последнего сезона, – сказала она Кордену. – Все полагают, что стая действительно выживет, но это всего лишь мораль, по законам которой мне хочется жить».

Мизинца может не хватать:

«[Сансу] ждет подвох, потому что в конце прошлого сезона она чувствовала, что все, наконец, наладилось. Ее семья вновь объединилась. Они снова контролируют Север, – сказала актриса журналу „Враэти" (Variety) в декабре. – В этом сезоне появляется новая угроза, и внезапно ее снова отбрасывает к мрачному началу. А в отсутствие Мизинца для нее это своеобразный тест: справится она в одиночку или нет. Для нее это большое испытание, ведь ей придется действовать без помощи этого мастера манипуляций. В нынешнем сезоне противостояние для нее имеет в меньшей мере политический или манипулятивный характер – речь идет о гораздо более страстной борьбе».

И разгорятся нешуточные страсти:

«Я могу вам сказать, что в этом сезоне сойдутся вместе многие персонажи, – сказала Тернер в декабрьском видеоинтервью „Голд дэрби" (Gold Derby). – Все соберутся, чтобы сразиться с надвигающейся опасностью. Между этими маленькими группами много трений, каждая из них сражается за то, что считает правильным. Это „Игра Престолов", так что в нынешнем сезоне будет еще больше крови, смертей и эмоционального напряжения, чем во все предыдущие годы».

Мэйси Уильямс (Арья Старк)
Тяжело прощаться:

Уильямс дала повод некоторым фанатам посудачить о возможной судьбе Арьи, когда отметила хэштегом #lastwomanstanding памятную фотографию своих забрызганных красным белых кед в Инстаграме. «Прощай, Белфаст. Прощай, Арья. Прощай, „Игра Престолов", – написала она в посте. – Как это было здорово. Вперед к приключениям».

Питер Динклэйдж (Тирион Ланнистер)
Надо уметь вовремя уходить:

«Когда завершается целый этап, невозможно избавиться от этого одновременно горького и сладкого ощущения. Такова печальная составляющая нашей профессии: на короткое время вы работаете с кучей чудесных людей, а потом все заканчивается, и вам нужно двигаться дальше. Это всегда очень грустно. Особенно когда вы провели с этими людьми не пару месяцев, а гораздо больше, – сказал Динклэйдж в январском интервью журналу „Враэти" (Variety). – Но да, время пришло. И по логике событий, не только для жизней наших персонажей. Я думаю, если бы они продолжили, это превратилось бы… в общем, сейчас идеальное время для того, чтобы поставить точку. Бывает так, что сериалы затягиваются».

И любовь – сложная штука:

«Все сложно… – признался Динклэйдж „Энтертайнмент уикли" (Entertainment Weekly), имея в виду мысли Тириона о Джоне и Дени. – За все это время я вжился в образ Тириона, это и профессиональное, и личное. Очевидно, что он испытывает к Дейенерис определенные чувства. Он любит ее – или думает, что любит. Она волнует его. Он сомневается, потому что у него не так уж много опыта в любви. Ко всему примешивается ревность. И Джона Сноу он тоже любит. Это два человека, с которыми у него особенно много общего, в некотором смысле они оба – чужаки в собственных семьях, которые отказались идти по пути своих родственников, и, надеюсь, это к лучшему. Он задается вопросом, насколько разумным является этот шаг [начало романтических отношений между Джоном и Дени], потому что страсть и политика плохо совместимы. Он знает, что их сближение может быть очень опасным».

Николай Костер-Вальдау (Джейме Ланнистер)

«Едва ли можно было закончить нашу историю более качественно. Мы приложили максимум усилий, – сказал Костер-Вальдау журналу „Враэти" (Variety) в июне. – На съемки этих шести серий мы потратили в два раза больше денег, чем на два полных предыдущих сезона. Не сэкономили ни копейки. Мы пошли ва-банк».

Джон Брэдли (Сэмвел Тарли)

«Эти персонажи настолько хорошо продуманы и настолько многогранны, что в определенный момент начинаешь их чувствовать и понимать, как самого себя. Можно предугадывать, как ваш персонаж поведет себя в той или иной ситуации. Но когда вы окунаете этих персонажей в новую среду – это все равно, что помещать их под микроскоп, и вам постоянно приходится пересматривать своего героя, – сказал Брэдли в декабре „ТВ Гайд" (TV Guide). – В этом году каждый из героев в какой-то момент сезона оказывается в совершенно чуждой, не знакомой ему среде. Самое захватывающее – это наблюдать, как они на это реагируют и какие действия предпринимают… По-моему, этот сезон в большей степени, чем любой другой, испытывает персонажей на прочность».

И Цитадели может быть отведена важная роль:

Когда в финале шестого сезона Сэм, наконец, попадает в библиотеку Цитадели, он видит в огромном зале канделябры, сильно напоминающие гироскоп из заставки сериала. Позднее Брэдли сказал «Голливуд репортер» (The Hollywood Reporter), что, по его мнению, это сходство может служить намеком на то, как закончится сериал.

«По одной из теорий то, что мы сейчас видим и как переживаем ход „Игры престолов", есть рассказ Сэма об „Игре престолов", – сказал он. – Если следовать логике повествования, история Вестероса и история битвы за Железный Трон являются одной из книг в этой библиотеке».

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.