Анатолий Ярмоленко: популярность – это не крылья, которые несут, помогают лететь, это груз ответственности

18.11.2017 - 20:01

Анатолий Иванович, здравствуйте!

Анатолий Ярмоленко, народный артист Беларуси:
Здравствуйте.

Да здравствует Анатолий Иванович! Два прекрасных юбилея. Не будем скрывать: 70 лет – это личная дата (пусть завидуют, как вы прекрасно выглядите), 50 лет творческой деятельности, а впереди еще 45 лет ансамблю «Сябры». У вас троица какая-то получается. Что главное, Анатолий Иванович, для вас?

Анатолий Ярмоленко:
Главное – чтобы были силы. И чтобы желание работать, которое у меня есть, не иссекало. Первый юбилей – я в паспорт стараюсь не заглядывать. Творческий юбилей меня очень волнует и юбилей «Сябров». Мы начали тур в Москве, был на «Славянском базаре» юбилейный концерт, в Украине сейчас идет разговор, в Грузии, в Прибалтике. Идет целая серия – ближнее, дальнее зарубежье. Мы будем петь для тех, кто шел с нашими песнями по жизни.

С песней по жизни – конкурс такой был.

Анатолий Ярмоленко:
Мы в 1979 году стали лауреатами конкурса «С песней по жизни» на Центральном телевидении. Это было одним из первых наших удачных выступлений.

Вы в паспорт не заглядываете, но, я смотрю, рубашка на выпуск, как у внука Анатоля. Хочется молодиться?

Анатолий Ярмоленко:
Это мой стиль. Я больше люблю спортивно-рэперский стиль.

Когда вы выходите на сцену, выглядите по-другому.

Анатолий Ярмоленко:
Сцена – это мое место, это мой кабинет, в котором я должен выглядеть соответственно. У меня есть определенный статус. Я представляю страну, на протяжении долгих лет представляю песенное искусство нашей Беларуси, поэтому мой имидж приличный.

Вы здесь не в концертном костюме, почти так же: рубашка на выпуск, ворот расстегнут. Пластинка одна из первых. На самом деле у вас было восемь пластинок, мы нашли только две. 50 лет вашей творческой биографии, впереди еще много, наверно. Казалось бы, для истории небольшой период, но за это время ваши песни слушали на виниле, потом появились бобинные пленочные магнитофоны, потом кассетные магнитофоны, потом диски СD, DVD, сейчас цифровые носители, в Интернете можно скачать… Казалось бы, небольшой для истории промежуток, и так много изменилось, а песни те же.

Анатолий Ярмоленко:
Наши песни о том, что присуще человеку. Я считаю так: чем дальше будет идти прогресс, чем больше будет появляться технических возможностей и всего остального, тем приземленней должны быть песни, чтобы человек не улетел куда-то и не превратился в цифровой создание. То, что присуще человеку, его отношения к родной земле, к Родине, к детям, к матери, любовь, чувства – все это заложено в наших песнях. Чем больше будет уходить технический прогресс вперед, тем глубже мы будем уходить в душевность.

Песня – это душа.

Анатолий Ярмоленко:
Точно. Однозначно. И это есть в наших песнях. Поперечный писал, «Живая вода» – это глоток живительной влаги, которая исходит от белорусской пущи.

Глоток от белорусской пущи, а написано по-русски и по-английски. Почему  не по-белорусски? Или вы тогда хотели быть всемирно известным?

Анатолий Ярмоленко:
Фирма «Мелодия» делала то, что считала нужным. Мы тогда в Гомеле были. Знаете, как трудно было влиять на что-то, как трудно было утвердиться. Я отвлекусь от темы. Мне нравится, что у нас появляется молодежь, которая без оглядки делает какие-то вещи. Это будущее нации. Я был на теннисе, на Кубке Федерации. Девчонки наши – класс! Они настолько интересные. Американки – это мощная команда, лидер. Они были на равных, они настолько были убедительны. Они на равных проиграли. Это спорт, это игра. Но после этого я послушал пресс-конференцию наших девчонок. Им говорят: «Это здорово! Молодцы!» А они сказали: «Нам это не нравится, нам надо побеждать». У них есть здоровые амбиции, здоровое желание победить. Такой должна быть молодежь. И тогда обязательно будет результат.

Вас возможно увидеть с ракеткой или каким-то другим спортивным инвентарем?

Анатолий Ярмоленко:
Я уже прошел этот возраст. И я занимаюсь немножко другим.

Я люблю ходьбу скандинавскую с палками.

Анатолий Ярмоленко:
Я еще не хожу, но я обращаю на это внимание. Но я не могу себя представить. Я пойду, а вокруг будут идти люди. Это будет меня отвлекать.

Вам нужно будет с ручкой идти и автографы раздавать.

Анатолий Ярмоленко:
Мне бы хотелось это делать где-то в лесу. У меня дома тренажер есть. Я форму поддерживаю, иначе бы, конечно, при такой нагрузке, при таком количестве мероприятий, которые проходят после концертов… Я стараюсь не ходить на приемы, стараюсь отказываться.

И даже когда бываете в Грузии?

Анатолий Ярмоленко:
В Грузии трудно отбиться.

Любите говорить последнее время «я не перезлоупотребляю».

Анатолий Ярмоленко:
Да. Главное – перезлоупотреблять. И тогда можно быть в форме на долгие-долгие, я надеюсь, годы. Мне говорят, что надо писать книгу. У меня есть масса материалов, что-то уже почти готово. Но, во-первых, сам о себе – не знаю, может быть, но это надо делать, когда уже не будет чего делать. Тогда можно сесть за мемуары, налить себе чашечку кофе.

Сначала нужно посчитать все песни, которые вы спели.

Анатолий Ярмоленко:
Не знаю. 500 – это минимум. А может, и больше.

На мероприятиях просят вас спеть какую-либо песню, вы все помните наизусть? Все 500? Или иногда нужно повторять эти тексты?

Анатолий Ярмоленко:
Я практически все помню. Есть песни, которые я начинал петь, не из моего репертуара, из репертуара моих любимых артистов. Я тоже их стараюсь сейчас подымать, потому что они очень мне дороги, они формировали мое отношение к песенной культуре. Мы ведь любили, мы были искренни, мы влюблялись в каждую девчонку, которая приходила к нам после концерта. Сегодня просто занимаются любовью, но это разные вещи. У меня есть песня «Когда я вас впервые увидал» – женщину, девушку называют на Вы. Сегодня это совсем по-другому.

У вас же есть не только песня о любви, но и политические песни, я бы так сказал.

Анатолий Ярмоленко:
У меня есть разные песни. Что значит политические? Песни о любви к Родине?

Я в виде подвоха. Есть замечательная песня, она мне нравится – «Полька белорусская». Песня всю суть Беларуси выражает, наш менталитет. Мы всегда были между Западом и Востоком. В одну сторону проходили полчища, в другую и оказывали влияние на нас. А вы сами себя чувствуете человеком западным или восточным?

Анатолий Ярмоленко:
Я чувствую себя человеком, который между Западом и Востоком, но чуть-чуть впереди.

Впереди китайцы.

Анатолий Ярмоленко:
Но мы должны двигаться все равно в своем направлении. Мы правильно идем, я честно скажу, мы не забегаем вперед истории. Мы медленно движемся, мы развиваемся. Мы пришли к тому, что те, кто с пессимизмом относился к нам, сегодня говорят: «Молодцы, белорусы! Вы движетесь, вы сохранили то, то, то, вы развиваетесь. Города красивые, люди приветливые, такие мероприятия! Авторитет растет.

На этой неделе в среду, когда ваш официальный День рождения был, и вы приехали в Молодечно на концерт «Золотая коллекция белорусской песни», который телеканал СТВ организовал, мне посчастливилось представить вас, подменить ведущих. И когда вы приехали, вышли на сцену, а вас не было в программе, весь зал встал и зааплодировал. И в России я тоже не раз был свидетелем, в Сочи я помню ваш концерт, все аплодируют, на ушах стоят.

Анатолий Ярмоленко:
Вы знаете, это уважение даже не ко мне, это уважение к в Беларуси, потому что мы несем чистоту и искренность белорусской души. И когда мы поем о любви к Беларуси, люди после концерта встают. И в Америке встают, и в Китае, в разных странах, поверьте мне.

Не было мысли на английском спеть?

Анатолий Ярмоленко:
Я не совсем владею языком, чтобы петь. Я люблю все делать качественно. Мне немножко неудобно, когда я слушаю, как наши из бывшего СССР поют на английском с таким акцентом. Я называю это пуховичским прононсом. Лучше уж пой на своем языке, доноси своим внутренним состоянием. И будет все понятно.

Мелодию вы меняете. Не очень приятная тема, когда в апреле Ханок запретил вам петь ряд песен, вы поете под другую мелодию.

Анатолий Ярмоленко:
Он нам запретил одну песню – «Лягу-прилягу». Американский композитор, который написал песню «Моя Беларусь», которая в наш репертуар прочно вошла, он предложил свою версию музыки. Я долго раздумывал. Брать хит выстраданный, в который много вложено… Но пока мы поем ее. Может быть, время придет.

Я побуждаю Эдуарда Семеновича. К дню рождения можно было бы этот не всем понятный принцип отменить.

Анатолий Ярмоленко:
Не знаю, может быть, это как-то устаканится потом. Время покажет.

Я думаю, вы не обидитесь, если я скажу (я знаю вашу биографию немножко), что вы безотцовщина. Я тоже частично. Вы в своей жизни такой заботливый отец и такой заботливый дедушка, на сцену вывели и Алесю, и внука Анатоля практически за руку, на младшего внука, которому полтора годика, возлагаете надежду, считаете его четвертым поколением музыкантов в вашей семье. Это какая-то компенсация недостатка мужского внимания, который в детстве ощутили?

Анатолий Ярмоленко:
Я даже не знаю, как ответить. Может быть это нехватка. Мне не хватало отцовской заботы, я компенсирую, может быть. Но я не тащу своих детей, я не хочу направлять их. Они должны выбрать сами свой путь. Я могу что-то подсказать, объяснить. Но прежде всего я хочу, чтобы они и зрители поняли, что то, что имею я, – популярность – это не крылья, которые несут, которые помогают лететь, это груз ответственности, который на них ложится. Отсутствие отца мне мать компенсировала, и старший брат был у меня, но я вам скажу, что я знаю многих и замечательных людей, которые выросли без отца и очень многого достигли.

Наверно, нет такого вопроса, который вам не задавали за последнее десятилетие. А может есть? Может, вы что-то хотели сказать, а никто не догадался и не спросил?

Анатолий Ярмоленко:
Можно я скажу большое спасибо за то тепло, за ту искренность, которую вы высказываете в своих пожеланиях в Интернете, в звонках, просто когда собирались и поздравляли меня. Я видел, что это искренне. Люди приходили сами. Я очень рад, что имею возможность видеть сейчас и ощущать это. Это большой толчок для того, чтобы еще что-то сделать. Возраст достаточно взрослый… Сколько небом дано… У меня сейчас песня есть «Мы живем на земле, сколько небом дано». Я хочу свою песню как надо допеть. Я буду стараться это делать. Спасибо большое, что пригласили.

Спасибо, Анатолий Иванович. Еще раз поздравляем вас с замечательными юбилеями.

Люди в материале: Анатолий Ярмоленко
Loading...


«Нас воспитывали на этой фамилии». Легендарная гимнастка Марина Лобач отметила 50-летний юбилей



Новости Беларуси. Белорусской олимпийской чемпионке Марине Лобач 26 июня исполнилось 50!

С юбилеем известную спортсменку поздравил Президент, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Марина Лобач пришла в спорт в 7 лет. А в 18 стала первой художественной гимнасткой из Советского Союза, завоевавшей золото на Олимпиаде в южнокорейском Сеуле. После завершения карьеры знаменитая спортсменка посвятила себя тренерскому делу. И по-прежнему вдохновляет маленьких граций на большие победы.  

Материал Юлии Силипицкой. 

Море роз, орхидей и еще разных шедевров флористики. Все это только для нее. Аплодисменты, пожелания, подарки и, конечно, трепетные детские обнимашки. Ведь для тысячи девчонок Марина Лобач – икона художественной гимнастики.

«Таких людей очень мало на земле, она особенная». Вот так юные гимнастки поздравили с юбилеем Марину Лобач

Обладательница олимпийского золота Сеула, чемпионка мира и Европы, ее спортивная летопись, трещит по швам от побед. Эта хрупкая скромная девочка из Смолевич смогла покорить всю планету своей детской непосредственностью и нечеловеческим трудолюбием, характером сильнее, чем у спецназовца, и завораживающим танцем на гимнастическом ковре…

Ирина Лепарская о Лобач: «Марина – мой ребёнок»

Сегодня дива празднует юбилей, она королева бала, однако Марина по-прежнему остается той 17-летней девчушкой, с такими же ясными голубыми глазами и нежной улыбкой.  

Марина Лобач, олимпийская чемпионка по художественной гимнастике:  
Я просто люблю все красивое и стремлюсь сделать вокруг себя тоже такой ореол красоты, счастья и понимания.

Лобач входит в техком Европейского гимнастического союза, она судья международной категории, но ближе ее душе тренерский хлеб. У Марины Лобач четыре воспитанницы, которые мечтают повторить успех своей наставницы.  

Алина Горносько, бронзовый призер чемпионата мира по художественной гимнастике:  
Она тренер в зале, тренер в жизни, она такой замечательный человек.  

Лобач – это визитная карточка белорусского спорта, ею восхищаются, ей подражают, ее поздравляют.  

Елена Скрипель, председатель Белорусской ассоциации гимнастики:  
Мариночка наша скоро воспитает еще нам новую или олимпийскую чемпионку, или призера Олимпиады. Мы в это очень верим и, конечно, сделаем все для этого необходимое.  

Марина Гончарова, тренер РЦОП по художественной гимнастике:  
Нас воспитывали на этой фамилии, что это наша первая олимпийская чемпионка. У меня была история, что мой первый беби-кап в детстве, я выступала с платочком голубеньким, я его, к сожалению, потеряла. Марина Викентьевна дала мне свой платок,с которым пришла на беби-кап, дала мне его выступить. Я была самым счастливым ребенком.  

Юбилей сегодня, а уже завтра наступят трудовые будни. И вновь, как и 40 лет назад, Марина Лобач на ковре, но она уже тренер и знает, чего хочет.