Андрей Лазуткин: Штаты ударили в Россию, по нам, по Китаю. Какой результат? Мы просто сплотимся вместе

07.04.2021 - 19:58

Новости Беларуси. В гостях программы «Тайные пружины политики» политолог Андрей Лазуткин.

Григорий Азаренок, корреспондент:
Ну что, вы закупились уже солью, спичками, крупой?

Они пытаются играть вдолгую: и если режим не упал за месяц, мы будем сейчас всех пугать экономическими санкциями

Андрей Лазуткин, политолог:
Ну, спички всегда со мной. Скажем так, сейчас идут разговоры про введение санкций. Причем это все идет через СМИ, которые совсем недавно обещали: вот, еще недели две, и режим упадет. Сейчас полностью поменялась повестка. Они пытаются играть вдолгую: и если режим не упал за месяц, за два, то мы будем сейчас всех пугать этими экономическими санкциями.

Но, Григорий, давайте вспомним нашу недавнюю историю совсем. Мы отметили не так давно 100 лет БССР. Если мы посчитаем, сколько лет вообще мы в составе СССР и потом как независимое государство находились под санкциями, то это будет, наверное, лет 90. Может быть, 10 лет мы таких санкций не имели в переходный период, а потом они снова возвращались. И тут вопрос, что является нормой: санкции или их отсутствие? Вопрос, куда мы идем и как на нас давят, и почему. Когда натовцы к нам недавно приезжали сюда, в Беларусь, они говорили: «Вы хотите жить как-то так самостоятельно, без России, значит, вам нужен путь югославский. То есть вы как бы не с теми и не с этими, значит, мы вас под санкции поэтому не направляем и таким образом будет некая белорусская уникальная модель». Чем Югославия закончила, надо всем вспомнить.

Григорий Азаренок:
Бомбардировки.

Андрей Лазуткин:
Бомбардировки, гражданская война, раздел страны и те же самые санкции, но уже когда там у власти был Милошевич. То есть американцы это все делают: когда им выгодно – они с вами будут здороваться за руку, а когда не надо, там через год, через два – вас просто будут подавлять не только военным способом, но и экономически.

Как раз для россиян, отдельных кругов, это все очень болезненно

Эта игра была всегда, но меняется еще характер этих санкций и содержание. Давайте посмотрим, что было во время холодной войны? Санкции были технологические. То есть Советскому Союзу не продавали оборудование, программное обеспечение, станки, лекарства, но, скажем так, у нас тогда был другой экономический базис. Сегодня технологии можно купить у Китая, на который США не имеет никакого влияния, а санкции, которые вводятся, в том числе против России, имеют такой персональный характер. То есть элита некоторая, которая на Западе учила детей, покупала недвижимость, держит свои счета, фонды, офшоры, где уходят от налогов, вывезла туда уже капитал за 30 лет. Конечно, для них это очень болезненно, когда вводятся персональные санкции якобы за поддержку власти и режима.

По России там более сложная ситуация. У нас по Беларуси вообще как бы нечего бояться, у нас совсем другая модель управления. И, конечно, надо понимать, что вот как раз для россиян, отдельных кругов, это все очень болезненно. Сейчас, понятно, Беларусь нас всех интересует, но надо смотреть немножко шире на ситуацию. То есть вот эта некая холодная война, которая снова начинается и в условиях таких...

Григорий Азаренок:
И они уже даже провозгласили ее идеологию: демократические государства, союз демократических государств и автократии.

Андрей Лазуткин:
Да, Григорий. И вот, получается, в условиях такой новой холодной войны как мы можем сохранить хорошие отношения с Западом? То есть это путь Югославии, но, опять же, мы знаем, чем он закончился, а других вариантов просто нет. Поэтому смотреть на это все надо философски. Другое дело что, скажем так, и Россия сейчас не такая, как в 1990-е годы, и не такая, как в 1980-е, и эти процессы уже очень прозрачны, очень понятны. То есть то, что работало в 1991 году, сейчас не сработает в 2021-м, понимаете? Мы уже научились и американским этим играм, и санкционным, и дипломатическим.

Понятие, которое все время как такую морковку вешают – это западные инвестиции

Григорий Азаренок:
Реально ли остановить наш экономический рост, реально ли создать серьезные проблемы, как они говорят, обвалить экономику?

Андрей Лазуткин:
Давайте посмотрим на западный мир. Он обвалил сам себя за счет этого COVID. То есть казалось, что эта модель управления…

Григорий Азаренок:  
5-7 % не обрушилось.

Андрей Лазуткин:
Да, когда у нас свободный рынок, мы ничего не регулируем и так минимально поддерживаем производителя своего – это все не работает в условиях чрезвычайных. Вот, мы получили на примере Беларуси вывод, что как раз такая централизованная модель, когда у нас прямое управление ресурсами, такое дирижирование определенное, оно работает как раз в ситуации такого кризиса. Неплохая и в России, в принципе, тоже получилась ситуация.

Есть понятие, когда нам все время как такую морковку вешают – это западные инвестиции. Придет инвестор, раздаст всем денег, после этого начнется какая-то совершенно новая экономическая жизнь. То есть по факту даже те проекты, которые мы сегодня имеем в Беларуси, которые там успешно относительно реализованы, – мы можем посмотреть, какая там доля белорусских комплектующих, например. То есть да, работает, имеет прибыль это предприятие, но белорусский сотрудник там имеет зарплату ниже, чем сотрудник иностранный. Прибыль уходит, понятно, учредителям зарубежным. Кроме того, если, допустим, какой-нибудь кабель можно в Беларуси произвести и продать на этом предприятии – скорее всего, кабель будет французский или другого производителя. Потому что они не заинтересованы в том, чтобы поднять нашу остальную экономику. Здесь они получают, допустим, дешевую рабочую силу, дешевое электричество – в принципе, им этого достаточно, чтобы что-то продавать дальше в Россию или здесь. Поэтому, скажем так, для экономики каких-то технологических потерь или каких-то массовых увольнений – даже при самом худшем варианте всего этого не будет.

Отношения Евразийского союза, может быть, плюс Китай, будут достаточно устойчивыми как раз за счет американских действий

Опять же, все это происходит на фоне наших потеплевших отношений с Россией и хороших отношений с Китаем, то есть сегодня все эти технологии можно покупать там. По крайней мере то, что мы сами не можем сделать, мы можем там с россиянами скооперироваться где-то и, в принципе, всю ту же работу. Посмотрите на примере вакцины: Запад там что, раздает друг другу все эти возможности или, наоборот, они начали делить рынок, друг друга бросать, кидать? Все эти противоречия начинают выплывать со страшной силой. А наш континентальный блок, я думаю, наоборот будет сближаться. И отношения как раз вот этого Евразийского союза, может быть, и плюс Китай, они будут достаточно устойчивыми. То есть как раз за счет американских действий.

Санкции против такого количества людей уже будут невозможны, то есть мы будем самодостаточны

Григорий Азаренок:
Рецепт выживания и развития, в том числе в условиях новой холодной войны.

Андрей Лазуткин:
Пока мы не идем по их лекалам, их политике – конечно, санкции будут. Вот, Григорий, тоже, допустим, мы уже раньше упоминали в передачах. Акты демократии в Беларуси. Штаты с 1994 года у нас не признают ни одни выборы. Ни одни. Ну, чтобы против нас ввести санкции на уровне Конгресса, им надо принять соответствующий закон. И вот у нас были вроде бы периоды дружбы какие-то, потом эта дружба заканчивалась, потом снова начиналась. То есть они просто из-под сукна достают этот Акт о демократии, который там был 20 лет назад написан, и по нему действуют – то есть для них это абсолютно нормальная процедура. Ну, вроде бы наши выборы так и не признали там ни одни, но вот мы с вами работаем – хорошо, это отложим в сторону.

Это все очень цинично, и есть американские интересы определенные в регионе. И они, повторюсь, замыкаются на Россию. Пока они не получили тот результат, который они хотели бы в наших российско-белорусских отношениях, на нас будут давить. До этого работал метод пряника. Повторюсь: да, прижали натовцы, обещали нам путь Иосипа Броза Тито: вот вы там самостоятельно без России, как-нибудь так вот. Это все плохо заканчивается в нашем случае, посмотрите на ту же Югославию. А альтернативы другой просто нету. Но, если мы посмотрим тот же Китай, который мы сегодня тоже упоминали, американцы, опять же, нас всех подтолкнули к сближению. Потому что был пример Гонконга, когда там точно такая же шла ползучая цветная революция, то есть конкретные подрывные действия. Китай хорошо понимает, как это было организовано, кем организовано, зачем Штаты это делали. В итоге Штаты ударили в Россию, ударили по нам, ударили по Китаю. Какой результат? Мы просто сплотимся вместе, а это уже огромный рынок, огромное количество людей, огромные возможности. И санкции против такого количества людей уже будут невозможны, то есть мы будем самодостаточны.

Григорий Азаренок: 
Евразия, Хартленд, Сердце Мира возрождается.

Андрей Лазуткин: 
Это такая старая лексика. Ну, старые понятия, да, как видим, работают.

Loading...


«Они почему-то народ, а мы почему-то нет. Как они это решают?» Группа «Галасы ЗМеста» ответила на вопросы Григория Азарёнка



Новости Беларуси. В гостях программы «Тайные пружины политики» на СТВ группа «Галасы ЗМеста».

Григорий Азаренок, СТВ:
Сегодня праздник у ребят, сегодня праздник у девчат. Специальный выпуск «Тайных пружин политики», и у нас в гостях группа «Галасы ЗМеста». Ребята из Барановичей, которые стали известны на всю Европу. Солист Дмитрий Бутаков. Дмитрий, представьте, пожалуйста, остальных участников.

Дмитрий Бутаков, солист группы «Галасы ЗМеста»:
Это Ирина, наша певица. Это Евгений Витальевич, подпольная кличка – просто Витальевич, наш соло-гитарист и композитор основной. Далее Максим Пономаренко, барабанщик, аранжировщик.

Дальше я, естественно. Я в основном пишу стихи, тексты к нашим песням. Иногда, несколько штук написал с музычкой. И вот еще у нас Евгений, Женя – бас-гитара, ну и записью занимается. Все при деле у нас тут.

«Политически мотивировано». Иван Эйсмонт о решении ЕВС отстранить группу «Галасы ЗМеста» от участия в «Евровидении»

Григорий Азаренок:
Коллектив у вас сложившийся еще со времен КВН, правильно?

Дмитрий Бутаков:
Да, еще давно, с давних-давних времен мы вместе.

Григорий Азаренок:
Но прогремели вы в прошлом году, когда начали писать сатирические песни про наших так называемых змагаров. Почему вы решили это сделать?

«Случилось 9-е число, бах – и у них у всех что-то там щелкнуло, перемкнуло»

Дмитрий Бутаков:
Тому было несколько причин. Месяца три, наверное, еще, как только Тихановскую собирались выдвигать. Начиналось оно так: «Вопрос назрел к округе всей: где взять 100 тысяч подписей? Подсказали мысль одну: возьми вместо себя жену».

Ну и я развил эту мысль: а чего жену брать? Кошку давайте жены возьмем, там еще больше лайков в Instagram. Там вообще все будет очень круто. Котиков все любят, за них все проголосуют. И заканчивалось стихотворение словами: «Вертись в кошачьем фуэте, пусть будет президент котэ».

И я когда это стихотворение читал приятелям своим, друзьям, все очень смеялись: ура, ха-ха-ха. А тут случилось 9-е число, бах – и у них у всех что-то там щелкнуло, перемкнуло, я не знаю. Все пошли резко: о, Тихановская, ура-ура!

Григорий Азаренок:
Первый хит прогремел на всю страну: «Песня про Латушко». Как вы ее решили написать?

Дмитрий Бутаков:
Я пришел домой вечером. По телевизору – не помню – шел «Вечер с Соловьевым» или какая-то передача с Соловьевым. И Латушко был в прямом эфире. И вот на вопрос Владимира Соловьева: «Почему вы все-таки уехали, раз вы такой революционер, не остались тут?» Тот на полном серьезе сказал, что «мне мои соратники подсказали, что я больше пользы принесу здесь».

Я вот это услышал когда, ушам и глазам не поверил и буквально через полчасика уже песню написал такую.

Григорий Азаренок:
Давайте послушаем (подробнее в видеоматериале).

Вот была первая песня, она так прогремела хорошо и так далее. И все, кто имел дело с этими людьми, все столкнулись с так называемым хейтом. Вы, наверное, тоже.

Читайте также:

Иван Эйсмонт о песне группы «Галасы ЗМеста»: там можно найти всё что угодно, кроме политики

Что думает Евгений Олейник о группе «Галасы ЗМеста» и песне на «Евровидение-2021»?

«Про зайчиков будет песня, например». Лидер группы «Галасы ЗМеста» о «Евровидении», новых текстах и решении ЕВС

«Хейт, который в интернете, я его даже не считаю, потому что люди там варятся в своей какой-то тусовке»

Дмитрий Бутаков:
Да, особенно поначалу. Звонили… Хейт, который в интернете, я его даже не считаю, потому что люди там варятся в своей какой-то тусовке. Это их дело, пускай занимаются, я только приветствую – больше просмотров, больше в YouTube продвигается песня, здесь все как раз нормально.

Но вот у меня несколько друзей-приятелей было таких, которые давай звонить: «Как ты пошел против народа?» Мне так было всегда интересно – против какого народа? А я что – не народ? То есть они почему-то народ, а мы почему-то нет. Как они это решают – кто из них народ? Ну и стал я потихонечку наблюдать за вот этим всем происходящим, за всеми этими маршами очень смешными. И тот марш, придумали название – пенсионеров и этих самых… У них не получается, не получается – всех призывают.

И вот у нас песня получилась. Есть в народе такая пословица (может, она не очень): кто не спал с невестой, тот выходи. Ну, по анекдоту.

Григорий Азаренок:
Вообще, в ваших песнях видно: вы с определенным юмором к ним относитесь, они дают для этого поводы. Потому что мы такую революцию классическую знаем: когда есть лидеры, программа, когда есть какое-то движение, организация и так далее. А какие-то подростки это все организуют из-за границы и так далее. Это все довольно забавно.

Я лично встречался с этими женщинами, бабушками на маршах. Это вообще такой отряд ада, можно сказать. Что вы думаете?

«Действительно, если вы хотите что-то поменять, предъявите нам этого лидера, предъявите программу»

Дмитрий Бутаков:
Особенно когда визжат, удивительно делают. Визгом можно ли сделать революцию? Вы ключевое слово сказали – лидеры. Действительно, если вы хотите что-то поменять, предъявите нам этого лидера, предъявите программу: чего он хочет?

Григорий Азаренок:
Дмитрий, вы в одном интервью сказали, что вы советский человек. Почему?

Дмитрий Бутаков:
Во-первых, потому что я родился в Советском Союзе, причем достаточно давно. Во-вторых, все мое детство и юность, я в армии присягал, служил в армии в Советском Союзе еще солдатом (кстати, как вы ефрейтором).

«Евровидение» не политизировано? Вот несколько примеров

Григорий Азаренок:
Хорошее звание.

«Почему я должен вдруг от одного флага отказаться и перейти к этому?»

Дмитрий Бутаков:
Отличное – лучший солдат. У меня только теплые воспоминания о нем остались, потому что все было нормально, легко как-то, предопределено, что ли. У меня же, естественно, не спросили, когда Союз развалился. Вроде как спрашивали, вроде как был какой-то референдум, но все на него положили и сделали то, что сейчас происходит.

Точно так же они не спрашивают, как сейчас: раз – выставили этот бело-красно-белый флаг. Почему? Почему я должен вдруг от одного флага отказаться и перейти к этому? Мне это совершенно непонятно, я абсолютно против этих всех вещей.

Григорий Азаренок:
Дмитрий как советский человек, наверное, склонен к авторитарному руководству. Или я не прав?

Ирина Сорговицкая, солистка группы «Галасы ЗМеста»:
Я бы больше, наверное, сказала, что не к авторитарному. Он авторитет, но не деспот, скажем так. То есть у нас все достаточно лояльно, какой-то жесткой системы нету. Мы договариваемся, но, разумеется, он авторитет, он лидер нашего коллектива.

Об участии в «Евровидении»: «В качестве шутки для начала: давай-ка заявку подадим»

Григорий Азаренок:
Расскажите, как пришла идея с «Евровидением».

Дмитрий Бутаков:
С «Евровидением» – в качестве шутки для начала: давай-ка заявку подадим. Ну, подали мы заявку. Ну, и в общем-то забыли даже. Тут проходит недельки три. Вдруг нам звонят: «Здрасьте!» – «Здрасьте!» – «Вас выбрали». – «Очень хорошо. Куда?» – «На «Евровидение». – «Да ладно. Что, вы смеетесь, что ли над нами?»

Алёна Ланская высказалась о ситуации вокруг участников от Беларуси на «Евровидении-2021»

Григорий Азаренок:
Знаете, мы все люди простые. Когда я узнал, что вы поедете, я волновался, потому что я представляю, там такая специфическая атмосфера. Там какое-нибудь бородатое в платье к вам подошло бы, начало бы приставать. Мы же люди простые – до международного скандала могло бы дойти.

Дмитрий Бутаков:
Могло. Очень бы не хотелось. Поэтому может оно и хорошо, что так случилось. Следующий год они пусть подумают, мы на следующий год поедем, все расскажем.

Григорий Азаренок:
Правильно. Только не вздумайте победить, потому что через год нам принимать здесь полтысячи этих голубых.

Дмитрий Бутаков:
Этих самых. Ну да, ну да...

Григорий Азаренок:
Когда шла эпопея с «Евровидением», вас пыталась спровоцировать журналистка, по-моему, «Настоящего времени». Она все вытягивала из вас политику: как вы к Президенту относитесь, есть ли у вас сатирические песни не про оппозицию? И вы правильно отметили: они есть, вы журналист – ищите! Я, например, такую песню знаю. Давайте ее сейчас послушаем (подробнее в видеоматериале).

Григорий Азаренок:
Вы были долгое время в КВН и знаете вот эту культурную среду, культурную элитку. И вот сейчас мы видим, что под давлением этих ботов начинают артисты отказываться от выступления на «Славянском базаре», хотя раньше всегда за честь для себя считали. И в принципе всех, кто не согласен с этой средой, они мгновенно сжирают, выплевывают, и так страшно, что никакому тоталитаризму это не снилось. Оказаться нерукопожатным – это, наверное, страшно для тех, кто в этой среде.

Эти люди называют себя либералами. Так вот нет, у них секта еще покруче

Дмитрий Бутаков:
Да, и эти люди называют себя либералами, что как бы подразумевает, что возможно все. Так вот нет, у них секта еще покруче, я не знаю, какой там действительно тоталитарной. И очень большие сомнения возникают. Собственно, у меня-то уже не возникают, я-то по натуре совершенно не либерал, потому что, например, я долгое время был спортсменом, причем занимался командным видом спорта – волейболом. И вот у нас тренер: чтобы команда играла, невозможно применять там какие-то подходы такие: «мы хотим сегодня другого тренера» – все, ты ни в один турнир не попадешь. Ну вот, опять же, если взять Семена Слепакова, вот он писал смешные песни вроде как на отвлеченные темы, а тут один раз попробовал сказать, что, в общем-то, марши не есть хорошо…

Григорий Азаренок:
Покусился на святое.

Дмитрий Бутаков:
Покусился на святое. И что началось. Вот вам, пожалуйста, вся картина эта.

Если вот это правильно, если вот это интересно, тогда вы уж меня извините, мы как-нибудь в стороне от этого будем

Григорий Азаренок:
По вам сразу видно, что вы специфически относитесь, как и я, к такому понятию, как толерантность, такая вот толерастия современная. И поэтому я ж говорю, что на «Евровидении» могли бы быть шумные эксцессы в этом плане. Я вот к чему: вот у вас и последняя песня – «Ценности» и так далее, вот эти все перверсии, родители 1, 2, 3, 5, сколько они там уже придумали полов там и так далее. Почему вы это не принимаете, а отторгаете?

Дмитрий Бутаков:
Потому что мне кажется, что я, да и мы все нормальные люди. Очевидное же не спрячешь. Сколько полов? Ну, пускай считают. С одной стороны, мне кажется, что там вся эта политика ведется целенаправленно, то есть там людей насильно заставляют… Опять же, преследуя какие-то интересы. Я так понимаю, чтобы людей отвлечь от чего-то более насущного. Я не хочу, например, чтобы мой сын пошел по этой... Ну не хочу и все. Понятно почему. Я верующий человек.

Несколько лет назад какой-то саммит был в Европе, я видел по телевизору: фотографируются жены первых лиц, стоят жены, жены, жены и мужик рядом с ними такой в конце встал. Ну, если вот это правильно, если вот это интересно, тогда вы уж меня извините, мы как-нибудь в стороне от этого будем.

Когда пришел отказ, здесь я уже целенаправленно писал именно песню на песню

Григорий Азаренок:
Вы напугали всю Европу песней про милого зайчика и лисичку. Ну расскажите, теперь уже можно, что за смысл у этой песни?

Дмитрий Бутаков:
Как раз зайчик уже был написан целенаправленно. Если в первую песню я действительно не вкладывал именно политический смысл, а просто… Не петь же, как все поют, там I love you или про Мефистофеля, как там кого-то, что я люблю тебя и прочее. Я попытался раскрыть какие-то противоречия именно общечеловеческие такие, что там нас как человека отдельно уже не рассматривают, то есть мы как функция, потребление, надо спать есть, покупать постоянно, обновлять гардероб, гаджеты – об этом было, забыть про историю про ту, не надо рефлексировать на тему, что было с тобой раньше. Вперед иди, мы тебя всему научим. То есть первая песня была как бы об этом.

Но когда пришел отказ, здесь я уже целенаправленно писал именно песню на песню. Тут уже смысл абсолютно, по-моему, понятен. То есть шел зайчик, провалился в нору, пел песенку. Его, естественно, съели – по той причине, что не важно, как ты, зайчик, поешь, важно, что ты зайчик, что я, например, хочу есть. В данном случае это к Беларуси.

Григорий Азаренок:
Ты виноват уж в том, что хочется мне кушать.

Дмитрий Бутаков:
Да, совершенно верно. Это вот перефразирование Крылова получилось такое вот на современный лад. Потом шла лиса, пела, туда же. И в конце подается такая мысль, что все стремятся не какую-то свою позицию, свою мысль выразить в песне, а именно понравиться европейцам: мы хотим как вы, возьмите нас к себе. Какое-то в этом подобострастие.

Григорий Азаренок:
А она берет и кушает. Потому что воротник нужней.

Дмитрий Бутаков:
Да, воротник нужней, совершенно верно.

Григорий Азаренок:
Ну и самая известная песня в Европе – «Я научу тебя», мы уже немножко ее коснулись. По мне, так смысл там очевиден – это рецепт цветной революции.

Дмитрий Бутаков:
Ну, в общем, да. Мне приходят письма из Канады, из Бразилии, из Испании (я вот разговаривал, давал интервью), из Норвегии, ребята из Германии – и много, и там не один десяток – и все так: «О, классная песня, в старом стиле таком роковом, давно такого не было, это хорошо». А наши же прямо… Опять же, я возвращаюсь, не потому что песня – убери нас, поставь другую группу и все. Другую страну даже, группа уже не важна. Запиши, я не знаю, в какой-нибудь Сербии, все это прекрасно, будет хорошо.

Вся революция у них вон там, в соцсетях. А тут жизнь хорошая продолжается

Григорий Азаренок:
Ну как вы себя сейчас ощущаете, когда вся эта история произошла? Расстроились вы, не расстроились?

Дмитрий Бутаков:
Нет, мы не расстроились совершенно, потому что, во-первых, мы стали узнаваемы везде, что касается имиджа группы я имею в виду. Нас в городе узнают, поздравляют. Мы выступали на ледовой арене. Все прекрасно, народ машет, подходит, фотографируется, автографы. Даже дома, в магазин захожу, девчонки: «О, привет!» На самом деле все нормально. Вся революция – это у них вон там, в соцсетях. А тут жизнь хорошая продолжается. У нас просмотры выросли, нас YouTube стал, как-то залюбил в тренды продвигать – по-моему, бесплатный пиар фактически.