Bloomberg (США). У Европы появился предлог, чтобы бросить вызов доллару

09.10.2018 - 18:09

План по созданию «специального механизма», позволяющего обойти американские санкции против Ирана, может стать испытанием для господства США в глобальной финансовой системе, считает автор комментария. Уверенность Трампа в том, что он способен превратить доллар в оружие против его «врагов» и упрямых союзников, может обернуться крайне негативными последствиями для США, поскольку попытки свергнуть доллар с его пьедестала становятся все настойчивее.

Учитывая, что после повторного введения санкций США все больше европейских компаний покидают Иран, американцам, возможно, хотелось бы сбросить со счетов попытки Европы спасти иранскую ядерную сделку. Однако с их стороны будет гораздо разумнее устоять перед этим искушением. Новый план Германии, Франции, Великобритании, Китая и России по созданию специальной финансовой инфраструктуры для работы с Ираном может стать настоящим вызовом для долгосрочного господства американского доллара в мире.

В понедельник, 24 сентября, верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини (Federica Mogherini) заявила в Нью-Йорке, что план по созданию «специального механизма» для торговли с Ираном «будет означать, что страны ЕС создадут юридический объект для проведения законных финансовых операций с Тегераном, и это позволит европейским компаниям продолжать торговать с иранской стороной в соответствии с законодательством Евросоюза». Сторонам еще только предстоит проработать все технические детали, однако формулировки Могерини уже могут послужить подсказками о том, как эта схема будет работать.

Санкции США, повторно введенные против Ирана после того, как президент Дональд Трамп вышел из подписанного в 2016 году соглашения, которое в значительной мере ограничило иранскую ядерную программу, делают практически невозможным ведение бизнеса с Ираном для любой компании, так или иначе присутствующей в США, – в том числе имеющей корреспондентский счет в американских банках. Расплата за несоблюдение американских санкций может оказаться весьма жесткой: в 2015 году французский банк BNP Paribas заплатил штраф в размере 9 миллиардов долларов за нарушение санкций США в отношении Ирана, Кубы и Судана. Все возражения французского правительства по поводу «непропорционального» наказания были проигнорированы.

Теперь, когда санкции вернулись, европейцам (а также китайцам и россиянам) понятно, что все будущие трансакции с Ираном должны проходить через механизмы, изолированные от американской финансовой системы. В докладе, опубликованном в июле 2018 года, Алекс Хельман (Axel Hellman) из аналитического центра European Leadership Network и Эсфандьяр Батмангелидж (Esfandyar Batmanghelidj) из иранской компании Bourse & Bazaar предложили в ответ на санкции США создать «новую банковскую архитектуру», основанную на существующей системе «шлюзовых банков», таких как гамбургский банк Europaeisch-Iranische Handelsbank и европейские филиалы частного Иранского банка. «Можно создать третью категорию шлюзовых банков, – написали они, – в основе которых будут специальные механизмы, разработанные европейскими правительствами, или которые будут частью частно-государственных объединений, что позволит обеспечивать торговлю с Ираном и инвестиции в эту страну».

В основе нового плана, по всей видимости, лежит этот третий вариант. Могерини дала понять, что Германия, Франция и Соединенное Королевство создадут международную государственную финансовую посредническую систему, которая будет взаимодействовать с компаниями, заинтересованными в бизнесе с Ираном и с контрагентами Ирана. Эти трансакции, которые, вероятнее всего, будут проводиться в евро и фунтах стерлингах, будут непрозрачными для американских властей. Европейские компании, которые будут взаимодействовать с этой государственной посреднической системой, технически даже не будут нарушать санкции США в их нынешнем виде. Эта система, вероятнее всего, будет также открыта для России и Китая.

Таким образом Европа создаст инфраструктуру для легального и безопасного обхода санкций США – своеобразную гарантию того, что американские регуляторы не узнают о сделках с Ираном.

Будет бессмысленно вводить санкции против этого специального механизма, потому что США никак не смогут узнать, кто с ним работает и по каким причинам. Все, что США смогут сделать, – это ввести санкции против центробанков стран-участниц этого механизма или против финансовой системы SWIFT за обеспечение финансовых расчетов (разумеется, если в специальном механизме будет использоваться SWIFT, а не какие-то другие системы). Но это, как пишут Хельман и Батмангелидж, будет саморазрушительным шагом: «Есть два возможных исхода в том случае, если эти институты продолжат работать с Ираном, несмотря на вторичные санкции США. Либо власти США не смогут применять меры воздействия, учитывая масштабы последствий для работы и целостности американской финансовой системы, что сведет на нет все их угрозы и риск того, что европейцы из страха сами себя накажут, либо власти США все же примут такие меры, что только ускорит попытки европейцев создать собственную защищенную банковскую архитектуру, которая уже не будет ограничиваться только лишь взаимодействием с Ираном».

В любом случае создание такой «защищенной банковской архитектуры», возможно, является конечной целью для европейцев, китайцев и россиян. Иран – это всего лишь удобный предлог: соглашение по иранской ядерной сделке – одна из тех немногих вещей, которые объединяют ЕС, Китай и Россию против США. Однако работа по ослаблению позиций доллара в мире не сводится лишь к необходимости взаимодействовать с Ираном. В своей недавней речи о положении дел в ЕС глава Европейской комиссии Жан-Клон Юнкер призвал к укреплению международной роли евро и к постепенному отказу от традиционных долларовых расчетов в международной торговле. Китай и Россия уже давно добиваются этого, но только с Европой – владелицей второй в мире мощнейшей резервной валюты – у них есть шанс бросить вызов господству США.

Пока неясно, заставит ли этот «специальный механизм» такие европейские компании, как французская «Тоталь» или немецкая «Даймлер», вернуться к бизнесу с Ираном. Учитывая широкий охват американских правоприменительных органов, рисков не избежать, и европейским правительствам, возможно, не удастся полностью защитить компании от них. Однако некоторые компании все же решатся испробовать новую инфраструктуру, и общественности вряд ли станет об этом известно. В любом случае Европе, России и Китаю действительно стоит поэкспериментировать с идеей свободного от доллара бизнеса.

Ни одной валюте еще не удавалось сохранить за собой господство на международной арене навсегда, и нет никаких причин для того, чтобы американский доллар стал исключением из этого правила. Уверенность Трампа в том, что он способен превратить доллар в оружие против его врагов и упрямых союзников, может обернуться крайне негативными последствиями для США, поскольку попытки свергнуть доллар с его пьедестала становятся все настойчивее.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.

Люди в материале: нет
Loading...


Aftenposten. Экстремальная температура станет нормой



Исключительно сухое и жаркое лето не меняет смысла предостережений климатологов, связанных с будущим: самым большим испытанием для Норвегии станут экстремальные осадки.

«Афтенпостен» (Aftenposten): А насколько экстремальным было жаркое и сухое лето этого года?

Хельге Дранге (Helge Drange): Летние месяцы с мая по июль были рекордно жаркими – на два градуса теплее, чем в 1947 году, в предыдущее экстремальное лето. В Осло температуру измеряют с 1837 года, так что жара установила серьезный рекорд! Эти же месяцы были и очень сухими, такими же, как летом 1947, 1976 и 1994 годов.

Хельге Дранге (Helge Drange) работает в Центре изучения климата в Бьеркнесе (Bjerknes) и является профессором океанографии в Университете Бергена.

– Какие признаки климатических изменений Вы видите?

– Мы знаем, что в северном полушарии растет количество осадков, мы знаем также, что уровень океана повышается. Морские льды в Арктике уменьшаются и по площади, и по толщине. Мы знаем, что ледники и гренландские льды тают, мы знаем, что тундра размораживается. Весна наступает раньше, а осень – позднее. И температура вообще повышается. Так что есть очень много разных изменений, но все они из одной и той же истории.

– Но ведь летом этого года осадков практически не было?

– Естественные вариации будут всегда. Например, прошлое лето было не жарким, но очень мокрым. Но мы здесь говорим о двух разных вещах: вариациях год от года, которые мы называем «погодой», и более долговременных изменениях, которые мы называем «климатом». Когда мы говорим о климатических изменениях, мы ищем тенденции в течение длительного времени. В Норвегии за последние сто лет количество осадков выросло на 20%. А температура за тот же период выросла примерно на один градус.

– Один градус за сто лет звучит не так-то много. Почему это становится проблемой?

– А зимой это даже почти приятно, правда? Но давайте посмотрим на взаимосвязь. В прошлый раз, когда Земля была действительно теплой, температура на два-три градуса превышала ту среднюю температуру, которую мы имеем сейчас. Это случилось более трех миллионов лет тому назад. И тогда понимаешь, что мы вот-вот встретимся с климатом, который современный человек никогда не видел.

Летом чаще будет жарче

– Следует ли нам ожидать в будущем, что летом чаще будет сухо и жарко?

– Да, летом чаще будет жарко и сухо, и мы должны ожидать также, что жара будет длиться дольше. Это не означает, что следующее лето также будет жарким, но жара летом будет чаще. И это не означает, что одновременно непременно будет засуха. Основной проблемой для Норвегии будут осадки, и летом тоже.

– Возможно, в какой-то момент нам придется перестать называть подобную погоду «экстремальной»?

– Да. Если мы продолжим с выбросами парниковых газов так, как сейчас, в конце этого века станет нормой то, что сегодня воспринимается как экстремальная погода.

– На земном шаре температура не везде повышается одинаково. Какова сейчас ситуация в Арктике?

– Она невероятная и пугающая. За последние сто лет средняя температура на Шпицбергене выросла на 2,5 градуса. За тот же период зимняя температура поднялась на 3 градуса. Шпицберген переживает тотальное изменение климата и погоды. Главная причина состоит в том, что льды отступают, а это означает колоссальные последствия. Здесь действительно пора бить тревогу.

– Кари Хьенос Хьос (Kari Kjønaas Kjos) из Партии прогресса несколько недель тому назад заявила в беседе с Aftenposten, что она не уверена в том, что жара является следствием парниковых выбросов, и она считает, что нам повезло, что у нас такое замечательное лето. А что Вы об этом думаете?

– Это ранит меня в самое сердце. И одновременно показывает, насколько велика потребность объяснять серьезность происходящего. Мы думаем, что современный человек независим, что мы можем подняться над природой и полностью все контролируем. Но происходит нечто противоположное. Мы отдаляемся от природы и сил природы и становимся от этого более уязвимыми.

– Каким образом?

– Людей становится больше, в основном, мы живем в городах. Когда происходят такие экстремальные события, они могут привести к летальному исходу, перебоям в снабжении водой, проблемами с урожаем и снижению производства продовольствия. Достаточно подумать о Ближнем Востоке и о том, что сокращение источников воды может привести к беспорядкам. Сегодняшняя ситуация с беженцами серьезна, но если у нас появятся климатические беженцы, тогда станет просто опасно.

Не думаю, что нам удастся довести выбросы до нуля

– В Парижских соглашениях от 2015 года ООН решила, что все страны должны ограничить свои выбросы парниковых газов, с тем, чтобы температура на Земле повышалась не больше, чем на два градуса, а лучше на полтора. Несколько реалистично то, что нам это удастся?

– Судя по сегодняшней ситуации, ответ – нет. Цель в полтора градуса мы уже почти достигли. Для того, чтобы добиться цели в два градуса, нам нужно иметь нулевые выбросы в течение 20-30 лет, и нет ничего, что указывало бы, что мы сможем этого добиться. На самом деле ни одно государство не имеет шанса достичь этой цели. У нас в стране мы открываем все новые месторождения и расширяем активность в поиске нефти и газа, так что наша политика также не соответствует идее нулевых выбросов в ближайшем будущем.

– Звучит довольно мрачно?

– Да, это так! Мы говорим об экзистенциальной проблеме для людей и всего живого на земле. Мы говорим о будущем очень многих поколений.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.