«Для меня Чернобыль – это то, чем меня в детстве пугали». Что спросила корреспондент СТВ у Александра Лукашенко?

24.04.2021 - 20:57

Новости Беларуси. Александр Лукашенко требует четкого планирования и расчета в вопросе развития территорий, пострадавших от аварии на ЧАЭС. В канун 35-й годовщины катастрофы в Чернобыле Президент вновь отправился в регион, которому уделяется особое внимание, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Когда задуманное реализовано не до конца, а в резерве достаточно желания и средств, наступает переломный момент. Именно такой этап сейчас в истории постчернобыльской Беларуси, уверен Александр Лукашенко. Теперь возникает вопрос: что еще нужно сделать, чтобы безопасно вернуть сюда людей?

Ксения Худолей, корреспондент:
Александр Григорьевич, для меня Чернобыль – это то, чем меня в детстве пугали. Понятно, что сейчас все изменилось, ситуация другая. И немало сделано, территории понемножку начинают возрождаться. Но то, что сделано и делается сейчас: действительно этого хватит для того, чтобы страх полностью исчез?

Александр Лукашенко, Президент Республики Беларусь:
Первая была моя задача 20 с лишним лет назад – сделать так, чтобы не только, Ксения, у тебя страх ушел – с тобой проще, ты маленькая была – а взрослых людей, которых действительно где-то запугали, где-то объективно, субъективно, кто-то бежал, а следом кто-то увидел, побежал. Ситуация было непростая. Поэтому надо было успокоить людей, разобраться самим. Чернобыльский институт был создан, где б вы думаете, в Минске. Я им предложил переехать в Гомель: на месте идите, ученые, и Академический, по-моему, институт был, в Гомель переезжайте. Не все переехали. Но основная масса, что меня тоже поразило, переехали в Гомель. И сегодня чернобыльскими проблемами институт занимается гомельский. То есть мы сделали ряд шагов и продемонстрировали людям, что здесь надо жить и можно жить. По инерции, все шло по инерции: чего-то достигли, от этого достигнутого – давайте еще чего-то сделаем. Это поле обработали – нормальное – давайте еще обработаем. Это неправильно. Нужна новая конкретная программа с точками, где будут жить люди и чем они будут заниматься. За лето правительство подготовит со специалистами конкретную программу с ответом на вопрос: что будем делать не только в зоне отчуждения, что мы будем делать уже в заповеднике? Реализовать стратегию мы должны через конкретные какие-то программы и инвестиции.

Читайте также:

Президент Беларуси о встрече в Москве: «Мы договорились, что не надо нам друг друга трясти, не то за шиворот, не то за грудь брать и трясти»

Александр Лукашенко: Президента застрелили – назавтра Совет безопасности будет наделён полномочиями

Александр Лукашенко в Наровлянском районе: «Мы уже на практике увидели, что здесь жить безопасно»

Loading...


Ольманские болота – магнит для туристов. Какая она – жизнь Полесья после техногенной катастрофы?



Новости Беларуси. Край Ольманских болот – визитная карточка Беларуси. Но 30 лет назад на эти земли обрушилась крупнейшая техногенная катастрофа XX века. Не бежать от последствий Чернобыля, а научиться с ними жить – такое решение было принято на самом высоком уровне. Все эти годы за землю сражались и государство, и сами люди, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Новые условия сельского хозяйства, социальные стандарты и даже туризм. Чем живут полешуки сегодня – репортаж Кристины Протосовицкой.

Фото было сделано на память, чтобы помнить, как мы раньше работали.

Когда Михаил Баланович пришел молодым специалистом, ферма была еще вся из дерева, а территория вокруг после дождей буквально утопала. Болото отвоевывало свое. В 2015 году по чернобыльской программе животноводческий комплекс полностью обновили, а это 60 рабочих мест для местных. За пять лет здесь вдвое увеличили производство молока. И это не предел.

Михаил Баланович, бригадир производственной бригады МТФ «Ольманы» сельхозпредприятия «Струга»:
А что самое главное? Главное – трудовой ресурс и условия. Здесь база есть, работа есть, деньги заработать есть где. Поэтому уже и мысли поменялись – куда-то ехать.

Ему в 90-х трактор пообещал лично Александр Лукашенко. Узнали у него, как это было

Территория Ольман и прилегающих земель оказалась в зоне поражения цезием-137. Почти 3 000 гектаров сельхозугодий заражены в разной степени. Земля пригодна только для животноводства. Глубокая вспашка, мелиорация и удобрения. В хозяйстве выработали схему чистых полей. Накормить нужно полтысячи голов. Новые условия повысили продуктивность буренок на 60 %. За качеством молока следят ежедневно.

Михаил Костюк, директор сельхозпредприятия «Струга»:
Выручка выросла за это время на 312 %. Зарплата, соответственно, у рабочих в четыре раза выросла. И благодаря поддержке удобрения по Чернобылю получаем. Урожайность полей повысилась, корма стали качественнее заготавливать.

Когда случился Чернобыль, Прасковья Полукошко работала медсестрой и, как никто другой, осознавала последствия. А потом стала тем человеком в деревне, кто проверял на радиоактивность все: молоко, ягоды, грибы. Карты чистых зон составляла сама. Муж изучал местность, а она проводила анализы. Информацией делились со всеми.

Прасковья Полукошко, жительница деревни Ольманы:
После этой аварии много изменений произошло. Во-первых, дорогу построили. А если дорога есть, тогда и доставка лучше, и магазины, и привезти стройматериалы лучше. Стали люди строиться. А потом по президентской программе газ провели. Теперь в каждом доме есть вода и отопление. Уже не надо дрова палить, золу вдыхать.

Сегодня леса Ольман поражены на 95 %. Правда, время берет свое. Уровень постепенно снижается. Особенность цезия и в том, что он распространяется крайне неравномерно. Местные уже знают свои «чистые пятна», а на них раздолье ягод и грибов.

Александр Колб, лесничий Кошаро-Ольманского лесничества:
Не только ольманцы едут. Едут и из Столина, откуда угодно. Некоторые люди за счет этого живут, особенно ольманцы. Люди идут, собираются с ночевками у болота, ночуют и назад выходят.

Ольманы сегодня насчитывают чуть больше 1 000 человек. Они научились жить здесь сами и готовы приглашать гостей. Ольманские болота – настоящий магнит для туристов. А брендом места стал Международный фестиваль клюквы. В будущем именно туризм рассматривают как точку роста.

Нина Липская, председатель Стружского сельсовета:
Пользуется у нас авторитетом деревня, развивается. Если сравнивать то, что было раньше, то после чернобыльской трагедии со стороны государства было сделано очень много.

Чтобы вернуть жизнь пострадавшим землям, сделано действительно многое – реализовано пять государственных чернобыльских программ. Людей не бросили на произвол судьбы. Президент ежегодно бывает в этих краях, чтобы лично убедиться: районы с меткой беды действительно возрождаются. И сегодня, спустя десятилетия, речь идет уже не о реабилитации территорий, а об их развитии. Поручение главы государства – до сентября создать программу на перспективу и за пять лет полностью восстановить загрязненные регионы.

Александр Лукашенко, посещая Брагин: «Нам нужно высадить лес на свободных площадях, а их, мужики, немало»

Чернобыльская авария для страны стала национальным бедствием. Но благодаря терпению, трудолюбию и желанию людей жить на своей земле белорусы и Беларусь сделали практически невозможное: на пострадавших территориях вновь кипит жизнь.

Все, приготовились. Раз, два, три, четыре. Держим.

Новое поколение маленьких ольманцев старательно тянут носочек. Больше 40 детей и свой танцевальный коллектив. Любовь привела брестчанку Аллу Денисович в ольманские места. Как жена декабриста, уехала за мужем. Диалект и быт полешуков впечатлил больше всего. А вот чернобыльские последствия не испугали.

Алла Денисович, заведующая сельского Дома культуры:
Вы знаете, я почему-то на тот момент как-то не задумывалась над этим, что радиация, сюда категорически ехать нельзя, хотя разговоры были, потому что это деревня до сих пор с правом на отселение. Столько в деревне детей.

Кристина Протосовицкая, корреспондент:
Кто-то скажет небрежно: «Загрязненная территория». Полешук никогда так не отзовется о любимой земле. В свое время эту преданность месту в самый непростой период смогло рассмотреть государство. И сегодня очевидно: шанс дали не зря.