«Это – рассказ меча о пережитой битве»: каким будет памятник «Слову о полку Игореве» на Немиге

02.07.2018 - 20:46

Несколько лет назад скульптор Александр Прохоров в соавторстве выиграл национальный конкурс на создание памятника «Слово о полку Игореве».

Широко известно, что в этом произведении упоминается битва на Немиге.

«Взвешивают товар, и стоит купец – торгуется»: о скульптуре «Городские весы» в Минске рассказал автор

Александр Прохоров, скульптор:
От момента, когда произошла эта битва, современный Минск ведёт летоисчисление.

По сути, он ведёт от дня своей гибели.

И похожая же история произошла во Вторую мировую войну, когда он полностью, фактически, был уничтожен. И восстал из пепла.

«Очень сложно было представить лицо этого человека»: как создавали скульптуру Кирилла Туровского у БГУ

Идея памятника вынашивалась скульптором годами, прежде чем она появилась в форме.

Александр Прохоров, скульптор:
Это – рассказ меча о пережитой битве.

Издали он, как будто, ржавый такой.

То есть, ты не видишь этой баталии, которая происходит – тебе кажется, что он ржавый.

«При увеличении идёт очень сильная физическая нагрузка»: автор скульптуры Всеслава Чародея в Полоцке показал её макет

А подходишь ближе – и уже различаешь фигуры людей.

Раньше город начинался от камня.

Камень идёт, слоистый. С архитектором Соколовым мы придумали такой слоёный камень.

И на слоях – фразы идут из «Слова о полку Игореве».

Я, как сам минчанин, человек, который родился в Минске, когда уже стал заниматься искусством, мне всегда хотелось сделать нечто, посвящённое этому.

«Сразу ощутил, что у него какой-то свой дух есть»: Александр Прохоров о здании-мастерской легендарных скульпторов

Я видел, что эта тема не решена.

Эти работы уже нашли свои постаменты.

Рассказ же меча о пережитой битве на Немиге пока ждёт своего часа.

Люди в материале: Александр Прохоров


Где в Минске жили подпольщики времен ВОВ, и как фашисты готовили разведчиков



В первые дни войны бомба попала в 3-й дом Советов – теперь это дом по ул. М. Богдановича, 23 и были заблокированы входы в подвалы. В результате погибло более 100 человек. В основном – это женщины и дети.

Аналогичная история случилась и с былым управлением Либаво-Роменской ЖД.

Еще один «живой» свидетель спрятан за шумным проспектом. В доме на Независимости, 27а квартировала подпольщица Ольга Щербацевич. Медработник нашла путь в госпиталь, который оккупанты устроили для советских военнопленных на месте нынешнего главного корпуса БНТУ. Из лазарета была прямая дорога в лагеря.

Антон Рудак, историк, краевед:
Это были лагеря в пушкинских казармах городского отделения шталага 352, лагерь в Масюковщине. Эта группа занималась переправкой военнопленных из лазарета, спасали их из этого лазарета.

Ольга Щербацевич втянула в секретную операцию всю семью. Удалось спасти 18 офицеров и красноармейцев. Но во время очередного перевода из Минска в партизанскую зону несколько человек попали в руки нацистов.

Евреев расстреляли на месте, остальных завербовали. И все из-за шифровальщика Бориса Родзянко. После войны предатель понес наказание.

Антон Рудак:
В августе 41-го состоялся арест, и 26 октября 41 года произошло первое публичное наказание смертью участников этой группы. Было арестовано 12 человек, их тройками повесили по всему городу. Ольгу повесили недалеко от ее дома в сквере возле Купаловского театра. Ее сыну Володе было 16, он также помогал военнопленным.

Бывшая улица Островская, ныне Раковская. Мало кто знает, что здесь с сентября 1943 по июль 44-го действовала одна из пяти немецких разведывательных диверсионных школ.

Здесь готовили агентов для борьбы с партизанами и подпольщиками. В расписании была история радиодела, топография, стрельба, рукопашный бой, работа с ядами. Одним словом, все для успешной диверсии.

Более того! Вели профобучение по специальностям столяр, слесарь, чтобы легко проникнуть на предприятия. В случае провала рекомендация для шпионов была одна – самоубийство.

Святослав Кулинок, заместитель заведующего отделом публикаций ГУ «Национальный архив Республики Беларусь», кандидат исторических наук:
Советская партизанская контрразведка знала о существовании данной школы. Кто-то из обслуживающего персонала (может быть, уборщица или водитель) все-таки был внедренным агентом в эту разведшколу, и у партизан были оперативные и достаточно своевременные данные по немецкой агентуре.

На легендарном здании гостиного двора есть знак в честь легендарного Фрица Шменкеля. Его называли солдатом вермахта и Красной армии, партизаном и подпольщиком. В феврале 44-го на площади Свободы, в штаб-квартире службы безопасности и СД немцы зверски допрашивали Фрица, но он не сдал своих, за что понес самое суровое наказание.

Покоится его душа в Свислочи или в другом месте – до сих пор тайна. А многие моменты биографии и вовсе придуманы.

Андрей Данилов, военный историк, журналист:
В 41-м году, когда началась война с Советским Союзом, он изъявил желание служить в вермахте, отправлен был на Восточный фронт и осенью 41 года перешел на строну Красной армии. Это спорная страница из его биографии. Везде написано, что он служил в 186-й пехотной дивизии Вермахта. Такой не было вообще! Но, тем не менее, он попал в партизанский отряд «Смерть фашизму», совершил много подвигов.

Один из подвигов – он переоделся в немецкого генерала, и когда шел немецкий обоз, он его повернул в лес и отправил к партизанам. Но на то время ему было 26 лет. И сколько б он не надевал военную форму, но на генерала он не потянет.  

В 43-м, когда Калининскую и Смоленскую области освободили, отважный Фриц был награжден Орденом Красного знамени и зачислен в разведотдел Западного фронта. За свои подвиги уже после войны он получил звание Героя Советского Союза посмертно.