Фёдор Повный: не сталкивать лбами, а созидать и умиротворять, тогда мы будем настоящие и у нас будут общие интересы

20.01.2021 - 19:10

Новости Беларуси. Белорусская православная церковь видит своей насущной задачей поддержку института семьи в условиях сложившихся тревожных тенденций. Православная этика требует от родителей быть примером своим детям, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Елена Богдан: наша первая акция, наше первое рождественское чудо – это чтобы взрослые услышали своих детей

Протоиерей Федор Повный, настоятель Всехсвятского прихода:
Чтобы была здоровая семья, крепкая семья и как итог здоровое и крепкое государство. Не красивыми словами, а реальными делами, с одной стороны. С другой стороны, вы задали вопрос, что у нас общего. А общее это все мы вместе. Потому что, как говорил известный мэр города, ныне почивший Михаил Яковлевич Павлов: «Наши горожане это ваши прихожане. И ваши прихожане – это наши горожане». Я думаю, если мы будем понимать, что каждый из нас в меру своей образованности, духовного строя, в меру своего понимания жизни будет ощущать ответственность каждый не дискутировать, не сталкивать лбами людей, а созидать и умиротворять, вот тогда мы будем настоящие и тогда у нас будут настоящие общие интересы.

Люди в материале: Федор Повный
Loading...


«Были, конечно, моменты, когда меня обзывали «богомолкой». Игуменья Гавриила, какой вы её не знаете



Новости Беларуси. Вдохновляющая история настоятельницы Гродненского женского монастыря. Как матушка Гавриила сумела возродить обитель и сохранить веру, несмотря ни на что?

Игуменья Гавриила, настоятельница Гродненского Свято-Рождество-Богородичного ставропигиального женского монастыря:
Я не собиралась идти в монастырь, хотя и росла при Жировичском монастыре на глазах у гродненских сестер, потому что они были туда перевезены. Мама была из верующей семьи. Папа был из неверующей семьи. Дедушка пел в церковном хоре, за это его в 1938 году взяли куда-то – и он бесследно исчез. О бабушке Ефимии, маме папиной, я мало знаю, потому что все это скрывалось, и она от него скрывала, иначе тогда они считались бы детьми врагов народа.

Родственники по линии дедушки жили в Гродненской области, Щучинском районе. Поэтому когда мама решила переехать в Беларусь, мы переехали в Гродненскую область. А затем уже перед школьным периодом мы переехали в Жировичи, где нес послушание мамин дядя. Он помог купить домик возле монастыря.

Весь школьный период я прожила в Жировичах. Пять лет из десяти я была старостой. Когда это рассказываешь, то говорят, что невозможно в тот период быть старостой, не будучи ни пионеркой, ни комсомолкой. Такая была какая-то активная, что вот мне это поручали, наш класс всегда был в передовых. Маша Глухова вперед – все за ней.

У нас не было никакого недопонимания между одноклассниками. Были, конечно, моменты, когда меня обзывали «богомолкой», «монашкой» и так далее. Но я это быстро прощала, а с тем, с кем дружила, у нас такого не было.

После мединститута я устроилась в травмпункт. Работала в регистратуре. Я так влюбилась в эту травматологию, в чистую хирургию, мне вообще без медобразования доверяли делать уколы от столбняка, повязки, даже повязки Дезо делала. За мной закреплена потом нейрохирургия – в отделении работала, в операционной, на посту. А потом какой-то внутренний порыв резко буквально – я уехала в монастырь в Ригу.

И я матушке в Риге говорю: «Можно я схожу в город?» Я как бы на сутки приехала, исполнила поручение, Ригу посмотреть. А она говорит: «Еще приедешь, посмотришь». Думаю: зачем мне приезжать еще? Но может быть. Но она меня отпустила. Я приехала (помню, это был март) на каблучках, в беретике. Я не то чтобы модница была, скромно, но так… Через, наверное, месяца три на самом деле приехала и уже там осталась.

Пробыла там почти три года, потом Владыка Филарет меня взял в Москву, к себе в резиденцию. Он тогда был в отделе внешнецерковных связей председателем. И вот я у него четыре года несла послушание – это была большая школа, школа Владыки Филарета. И в этой школе не учиться на «пять» или хотя бы на «четыре» нельзя было. Потому что Владыка Филарет – это та величина, та глыба, это такой человечище.

В начале 1992 года Владыка Филарет обратился к патриарху Алексию, чтобы меня, как имеющую белорусские корни, направить на послушание в Беларусь. И благословил начинать монашескую жизнь, возрождать обитель в городе Гродно. Здесь еще был музей атеизма и религии.

Я захожу, приехала туда в мирском одеянии, костюмчик такой скромненький, но не в подряснике, хоть я уже была и монахиня. Прошлась, и где-то вот на этом месте была смотрительница. Она мне стала жаловаться, что такой Филарет. Пошли разговоры, что он хочет музей забрать церкви, это все неправильно, что музей нельзя разорять.

И я не знаю, каким-то образом вдруг я ей на этом месте говорю: «Вы знаете, а я как раз буду той, которая и будет возрождать этот монастырь». Я еще не знала ничего, но я ей сказала. У меня никакого желания не было. Я когда приехала сюда на эти несколько часов после Иерусалима, после Москвы, там эти золоченые купола, а здесь это март, грязь, обшарпанные стены, где-то дома какие-то, грязь на улицах, эти костелы.

Много было неухоженного, неубранного, только начинались 1990-е годы. Я думаю: «Если даже Владыка мне предложит, ни за что в Гродно не останусь». И когда заслали сюда, тут тоже все мне прямо сердце щемит – ни за что. И вдруг вопреки себе, когда она мне сказала, что самое непосредственное отношение порнография к храму, к музею атеизма имеет, я думаю – нет. Я даже ничего не подумала. Я просто ей сказала, что я как раз буду той, которая и будет здесь возрождать православный монастырь.

Эта обитель, как и, можно сказать, почти все обители Беларуси, своим открытием и возрождением обязана Владыке Филарету, мы благодарны ему. Нам очень тяжело потерять его, такого великого старца, молитвенника. Скорбно очень, но мы знаем, что мы приобрели молитвенника на небе. Я думаю, неслучайно вот эти белые птицы, когда зима, мороз, над кафедральным собором в Минске летали. Орнитологи не смогли объяснить это явление.

Это вот из Италии корзиночки такие. Это из Иерусалима звездочка. Все вместе перемешано. Конечно, больше у меня пасхальных яиц, но есть и рождественские. Это гондола из Венеции. Мои друзья знают, что мне дарить – пасхальные яйца.

Как и Владыка Филарет, люблю белые розы, ландыши очень люблю. Ну и незабудки, хоть они не белые, но все равно. Сирень тоже. И котик у меня беленький. Сейчас Пушинка белая будет, я к ней привыкла.

Мы уже говорили с Аникеевой Мариной Евгеньевной по поводу мороженого «Пушок». Она ведь не будет ничего делать – не делать? Так, а почему? Пушка нет? Ну, пусть мороженое остается. Никто ничего.

Недавно с ней встречались. Я говорю: «Похоже, у меня Пушинка будет». А она говорит: «Так надо что-то сделать, чтобы «Пушинка» назвать». Я говорю: «Пусть она заслужит сначала». Пушок тоже не с первого года. Так с ней определялись. Что-то легкое, воздушную творожную смесь, например, сделать такую сладкую.

У каждого свое видение ушедшего 2020 года. Как я вижу, ничего особенного в Беларуси не произошло в прошлом году, но подул ветерок, буря, которая немножечко очистила стоячую воду. Святой митрополит Филарет Дроздов, мощи его находятся в храме Христа Спасителя в Москве, он говорил так: «Чтобы быть просто гражданами неба, вечности, надо сначала быть достойными гражданами земного Отечества».