Художник Жанна Капустникова – о пути в искусство, любви к живописи и серии картин «Дожинки»

12.12.2016 - 09:26

Жанна Капустникова принадлежит к тем немногим художникам, для которых тема национальной культурной идентичности не утратила свою актуальность. А раскрыть все грани таланта художницы помогли удачно сложившиеся обстоятельства, люди, случай и родители, сообщили в программе «Большой завтрак» на СТВ.

Жанна Капустникова, художник:
Кода-то заметила воспитательница в детском саду, потом учительница в школе, которая меня и направила в художественную школу, и родители этому всячески способствовали. И только после этого я поняла, что хочу стать художником.

Потом – художественное училище, институт. А после уже работа художником по костюмам, художником-постановщиком в театре, кино и на телевидении. Но все же живопись – главный способ творческого самовыражения Капустниковой.

Жанна Капустникова, художник:
Если говорить о том, что же я люблю больше, то все-таки живопись, потому что иначе бы из кино и телевидения не ушла бы. Мало было мне свободы и там, и там, не все зависело от меня, и поэтому я и не то, чтобы сделала свой выбор, я вернулась к тому, с чего и начинала.

Еще в 90-х ей довелось много работать с национальным сценическим костюмом. Видимо, тут и было посеяно первое зерно, которое через пару десятков лет выросло в урожай картин под названием «Дажынки».

Жанна Капустникова, художник:
В 2014 году была задумана вторая серия «Дажынок» и показаны были в 2015 году. Сейчас я нахожусь в работе и готовлюсь к выставке, уже к третьей серии «Дажынок». Третья серия моих «Дажынок» будет называться «Марсианский пятачок».

Все персонажи и сюжеты рождались из рассказов сына художницы, которому довелось окунуться в сельскую жизнь.

Жанна Капустникова, художник:
Мой сын поехал добровольцем работать помощником комбайнера в один из колхозов на Лагойщине. И когда приехал, привез мне очень много фотографий и много всего мне рассказывал.
Эта работа называется серьезно – «Попытка левитации». Это у нас кабачки, пытающиеся взлететь.

Жанна Капустникова весело и абсолютно раскованно «варит» свое блюдо, бросая в него, казалось бы, несовместимые ингредиенты.

Жанна Капустникова, художник:
Я не люблю всяких умностей и серьезностей. Самая моя серьезная выставка была – это другие «Дажынки». И все равно это было при помощи цвета – «вырви глаз», то есть на серьезные темы несерьезно. Но мне казалось, что так должно быть больнее.

Возможно, в реальности все выглядит не так ярко, но кто сможет запретить художнику «видеть мир» таким и открывать этот мир нам.

Люди в материале: Жанна Капустникова
Loading...


«Здание – как живое существо». Посмотрите на Минск монохромный и акварельный



Проспект Независимости, Осмоловка, Немига… Какими видят улицы столицы художники, показываем в программе «Минск и минчане».

Осмоловка на полотнах Юлии Мацуро разливается солнечным светом… Над мансардами сплетается верба, а из окошек выглядывает алоэ… Художница родилась в районе площади Победы, поэтому чувствует эти места, словно родного человека. Зажигает Свислочь фонарями и превращает Коммунистическую в яркие гирлянды. В любви Минску она признается уже долгие годы акварелью.

«Город воспринимаю через туманы, больше спокойствия в жизни». Показываем Минск на полотнах Юлии Мацуро

Юлия Мацуро, член Белорусского союза художников:
Вечерний Минск вдохновило, наверное, новогоднее состояние города.  Когда проспект становится таким ярким, красивым за счёт тёмного неба. Дома как будто горят золотом! Осмоловка красивая и деталями. Мне очень нравится отдельные дома. Фронтальный вид вроде бы простой. Ощущение, что здание – как живое существо.

Василий Пешкун родился в Гомеле, но в Минск влюбился ещё студентом. Пишет много и колоритно. И все о ней, о столице. Площадь Победы оживает в его динамичных мазках. Спешащие люди, машины, весенний настрой. Художнику мастерски удаётся передать лирический характер неугомонного мегаполиса. Его муза – проспект Независимости. Среди знакомого ампира он не перестаёт находить новые детали.

Художник Василий Пешкун – о Минске, своих картинах, вдохновении и секретах успеха

Василий Пешкун, член Белорусского союза художников:
Есть такие места, куда зайдёшь – крутые ребята! Встречаешь, как правило, друзей, каких-то знакомых, которых, бывает, не видел много лет. Немига нравится – именно с мостами, с рекой.

Минск Анны Мельниковой, как на старинных гравюрах. Карандаш она совмещает с акварелью и создаёт воздушный город. На её зарисовках минчане заново знакомятся, с, казалось бы, привычной архитектурой.

Монохром успокаивает, как колыбельная… Преподаватель Академии искусств учит находить прекрасное своих студентов-графиков и обожает фотографировать Минск на прогулках.

Анна Мельникова, художник, преподаватель кафедры графического дизайна Белорусской государственной академии искусств:
В Минске очень много тихих красивых мест, интересных парков, где можно вдохновляться природой, несмотря на то, что ты находишься в центре города. Мне нравится выезжать за пределы Минска. Это Дрозды или Минское море. Там можно отдохнуть душой и напитаться энергией, которой мне иногда не хватает.

Художникам нравится находить седину в Минске. Двери со мхом, бельё во дворах, брусчатку в центре… Старинный город вдохновляет рассказывать новые истории. Но чтобы их отыскать, приходится много работать.

Юлия Мацуро:
Главное – взгляд на любую вещь обыденную: какой-то другой ракурс, настроение. Где-то надо уезжать, отвлекаться. Выезд на природу – я, вообще, отдыхаю, где я беру что-то новое для себя, какие-то цветовые новые решения.

Юлия Мацуро ждет, когда в Минске запахнет сиренью и мечтает подарить весну детским дворам. Расписать дома яркими красками. На любимый город у неё большие планы!

Анна Мельникова:
Сейчас уже появляются пешеходные улицы потихонечку в Минске. Мне всегда не хватает именно таких отходов в сторону от больших проспектов.

Василий Пешкун:
Наполеон Орда в своё время писал много достопримечательностей Беларуси, и у меня было желание проехать по этим местам и запечатлеть именно в масле на холсте.

Три разных мастера. Три разных истории. Для каждого Минск видится по-своему. Спорить, чьи холсты убедительней, нет смысла. Ведь любовь к городу, с которым связано у них так много, бесконечна. И это, словно невидимый автограф, читается на каждом полотне.