Ищут альтернативные источники газа, вместо того чтобы договариваться с «Газпромом». Что сейчас происходит в Молдове?

31.10.2021 - 19:29

Новости Беларуси. Десятилетия отделяют нас от мая 1945-го, когда весь мир рукоплескал Победе Советского Союза в Великой Отечественной войне, сообщили в программе «Неделя» на СТВ. И могли ли тогда подумать наши предки, что их подвиг когда-то вызовет сомнения, а освободители и оккупанты неожиданно поменяются местами?

Илона Волынец, СТВ:
Это я все про те же кадры из Молдовы. Но случайно ли взялся памятник в честь пособников фашизма? Едва ли. Вечный огонь для «экономии газа» можно и потушить. Да и на вандалов, разрушающих мемориалы павшим советским воинам, можно закрыть глаза. Кстати, праздник, который отмечается 9 Мая, в Молдове официально называется «День Победы и памяти героев, павших за независимость Родины». Как же так получилось, что наша общая история дополняется не то что деталями, а фантазиями?

Вообще, вопросов много. Во-первых, как в XXI веке в европейском государстве могут появиться памятники воинам, которые несут ответ за тысячи смертей, и в самой Молдове, и в других странах? Почему сейчас нам приходится говорить о таких случаях?  

На эти и другие вопросы ответил политолог из Молдовы Александр Кориненко. 

Создателю памятника сказали, что монумент делается для воинов, павших в Первой мировой войне

Александр Кориненко, политолог (Молдова):  
Это не первый акт подобного поведения. Что касается этого открытия памятника, сейчас он имеет больше политический контекст, чем исторический. Даже создатель этого памятника не знал, что этот памятник делается этим солдатам, которые вместе с гитлеровцами вторгались в Бессарабию. Ему сказали, что этот памятник делается для воинов, павших в Первой мировой войне. Табличку уже привинтили без согласия автора.

Памятник, если вы заметили, установлен в разгар газового кризиса. У нас в Молдове энергетический кризис, и это вообще реверанс в сторону Румынии. Румыния официально не признает границу с Молдовой, она считает… Здесь язык румынский, у нас преподается история румын, то есть Румыния считает, что это, в принципе, румынская земля. Сейчас мы путешествуем по Европе и ищем альтернативные источники газа, вместо того чтобы договариваться с «Газпромом».  

Илона Волынец:  
Мы видели кадры открытия: торжественная атмосфера и все такое. Как относятся простые жители Молдовы к этому? Неужели есть те, кто поддерживает – давайте говорить прямо – и реабилитацию военных преступников, и фашизм, нацизм?  

Александр Кориненко:  
Большинство населения, конечно, против этого. Потому что мы все помним, что творилось в Бессарабии, когда она была под немецкой оккупацией, когда здесь были румынские войска. Но надо быть немножко психически больным, чтобы называть это актами освобождения, когда здесь происходят массовые убийства жителей Бессарабии. У нас действительно есть определенный слой населения, который приветствует открытие подобных памятников, реабилитацию Антонеску, который устраивал у нас здесь холокост, был приспешником Гитлера. И вообще по нему есть решение суда, что это нацистский преступник. И всякий негодяй из Румынии, коих много, приезжали сюда для реабилитации Антонеску, выступали здесь на симпозиумах, говоря о том, что никакого холокоста не было. Но нас непосредственно затронул холокост. Очень много молдавских сотрудников Академии наук, которые финансируются из Румынии, деятелей НПО, общественных деятелей, которые получают финансовую помощь из Румынии – они всячески продвигают эту идею.  

Илона Волынец:  
Сейчас в Беларуси проходят расследования фактов геноцида во время Великой Отечественной войны. Это делается в том числе для того, чтобы не оставить преступников неназванными. Почему Молдова чтит палачей?  

«Мы слишком связаны с Западом. Наш экспорт, наш импорт, а самое главное – транши и гранты»

Александр Кориненко:  
Мы очень зависим от Румынии, мы очень зависим от Европы. Если бороться с этими идеями по закону, как в нормальной стране, где призывают ликвидировать государственность страны, то, конечно, мы получим определенные санкции с Запада. Потому что мы слишком связаны с Западом. Наш экспорт, наш импорт, а самое главное – транши и гранты идут из Румынии, из Европы. И мы никак не можем от этого отказаться. Конечно, такая борьба с этими идеями приведет нас к тому, что нас будут за это санкционировать.  

Илона Волынец:  
Почему власть допускает такую риторику со стороны Румынии? Насколько я понимаю, под угрозой не то что прошлое, история страны, но и ее суверенитет?  

«Правые политики иногда даже за то, чтобы здесь ситуация становилась все хуже и хуже»

Александр Кориненко:  
Конечно, это все покрывается властями и правыми политиками, те, которые поддерживают так или иначе эту идею. И у нас много партий, много неправительственных организаций, которые проводят конференции, пишут книги о том, как ликвидировать государство. И вот здравым силам Молдовы приходится с этим бороться, потому что это распространяется, и у нас с каждым годом растет количество людей, которые выступают за объединение с Румынией. Но это растет не потому, что они в восторге от Румынии. Просто они настолько устали от той бедности здесь, от той коррупции. И этим пользуются правые политики, которые говорят: ребята, если мы завтра объединимся с Румынией – посмотрите, у них пенсии, зарплаты в четыре раза больше. У них есть закон. И, конечно, молдаване уже говорят: ну, да ладно уже, если все так плохо, то мы не против ликвидировать эту государственность. И поэтому правые политики иногда даже за то, чтобы здесь ситуация становилась все хуже и хуже, чтобы показать молдаванам, что этот проект государственности не состоялся, молдаване как нация не состоялись. И надо просто признать себя румынами, стать румынской губернией, разделиться на уезды и подчиняться Бухаресту. Поэтому это все происходит с согласия и поддержки властей.

Более того, в Румынии есть специальная организация, которая называется «Румыны отовсюду», которая выделяет огромные гранты тем гражданам, которые поддерживают ликвидацию молдавской государственности. Во многом, кстати, это бизнес. Потому что Молдова не объединится с Румынией, но такие призывы, такие провокации очень приветствуются из Бухареста, и за это определенные люди здесь получают очень большие деньги.  

Loading...


Вадим Гигин: «Главная цель – это свержение режима Путина, потому что в России очень сильное антивоенное настроение»



Что стало триггером мятежа в Казахстане? Как проявилась сила союза после этих событий? Как помог миротворческий контингент урегулировать ситуацию в стране? Эксперты вместе с ведущими ток-шоу «По существу» рассмотрели военно-политические события начала 2022 года, сделали анализ прошлого и прогноз на будущее.  

Алена Сырова, СТВ:  
Вадим, как думаете, может, сейчас появятся желающие вступить в ОДКБ? Может, не о Китае речь.  

Вадим Гигин, председатель правления Республиканского государственно-общественного объединения «Белорусское общество «Знание»:  
Об Узбекистане идет речь. Узбекистан когда-то вышел из этой организации, и сейчас все больше угроз для этой страны: у нее на юге оформляется фронт с Афганистаном. Посмотрите, когда происходят эти треволнения, связанные с цветными революциями, когда несколько либерализируется режим. И при Токаеве, президента с 2019-го года, происходила очень серьезная либерализация. Вообще, революция не случается в период ужесточения – они, как правило, происходят, когда власть идет на какие-то уступки своим оппонентам.  

Алена Сырова:  
Говорили, что один из первых законопроектов, который одобрил Токаев, была либерализация мирных демонстраций.  

Вадим Гигин:  
В Казахстане собраться на главной площади до недавнего времени было, как семечки поплевать. Это было сплошь и рядом – законодательство о народных собраниях. В Узбекистане произошел транзит. Все говорят, что успешный. Но там же внутренние процессы назревают. И не надо забывать, что сердце этого региона и одновременно самый угрожаемый участок – это Ферганская долина. Там сходится Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан. И отношения между этими государствами крайне сложные. А этот регион перенаселен. По некоторым данным, там уже есть всякие подпольные джаматы и так далее. И все это на фоне сформировавшихся очагов военной напряженности. То есть где главные два очага, где могут столкнуться крупные державы? Это Украинско-Черноморский потенциальный военный очаг и Тайваньско-Южно-Китайский. И там идет накапливание сил. Но никто не хочет ядерной войны, потому что все понимают. Они хотят вывести на периферию безъядерные участки. В Холодную войну (1950-е – 1980-е) где воевали? В Анголе, в Латинской Америке, Корее, Юго-Восточной Азии, то есть не сталкивались напрямую, потому что никто не хочет наносить друг по другу ядерные удары. Но пока все идет к тому, что военная эскалация только усиливается. Провал переговоров в Женеве и Брюсселе об этом говорит, но это не последний раунд. Самое важное, как мне кажется, что ни Путин, ни Си Цзиньпин, ни Джо Байден войны не хотят – они хотят договориться.  

Вадим Боровик, политолог:  
Войны они не хотят – они хотят региональный конфликт. У них идея фикс сейчас. Это мечта. Украина и Россия – это самые братские были народы. Вторая мировая – вместе плечо к плечу. Если они там устроят заваруху, а потом еще введут санкции. И вы думаете, что, если будет идти конфликт, они остановятся в других регионах? Сегодня мы должны понимать, что любая политическая кампания, любая социальная независимость по всему региону будет использоваться с целью свержения законных режимов. То есть идет гибридная война.  

Вадим Гигин:  
Главная цель – это свержение режима Путина, потому что в России очень сильное антивоенное настроение. Они рассчитывают, что, втянув Россию в какой-то конфликт на Донбассе, они в Москве, Санкт-Петербурге спровоцируют антивоенное движение, как было в США – во Вьетнаме, и таким образом будут создавать почву для свержения Путина. Это их главная цель. Плевать они хотели на Донбасс, безусловно. Нужно максимально ослабить Россию – это один номер. Второе: я думаю, речь идет о дискредитации ООН. Это план Маккейна. Им ООН не нужна. Для этого они собирали форум за демократию. Они считают: США – это такая величина, светящийся храм свободы на холме, и тут какие-то Китай и Россия обладают правом вето и мешают американцам принимать любые решения. Америке ООН не нужно. ООН в американском политическом истеблишменте, это все американисты знают, – самая ненавидимая организация. Они считают, что ООН – это мировое правительство, которое мешает США полностью реализовать свое лидерство. И США ООН не нужна.  

Читайте также:  

Эксперт в области нацбезопасности: ввод миротворческих войск в Казахстан и ввод сил в Афганистан – совершенно разные вещи  

Белорусский депутат: мы в Казахстане столкнулись с чем-то новым, чем просто цветная бархатная революция  

«Всех найдем, и все надолго присядут». Что делать, чтобы не было войны?