Истории картин Мая Данцига: как писал Немигу под ругань строителей и чем босоногая девушка не угодила цензуре

09.10.2018 - 17:27

Почитатели Мая Данцига не раз уверяли: Минск на этих полотнах – настоящий киношедевр! Он любил зажигать красным, а потому в жизни всегда носил алый шарф. Изображал родной город с высоты птичьего полёта, а городские портреты, принадлежащие знаменитой кисти – масштабные, глубокие и экспрессивные, рассказали в программе «Минск и минчане».

Екатерина Изофатова, заведующий отделом современного белорусского искусства Национального художественного музея Республики Беларусь:
Он всегда искал ракурсы, которые недоступны простому пешеходу. Работа «Мой город древний, молодой», написана в 1972 году.

Взобрался на ещё строящееся здание «Белпромпроекта». Слыша за собой очень нелестные оклики строителей, но его это не остановило.

Май Вольфович был отважным художником, во всех смыслах этого слова. Мы видим исчезнувшую с лица Минска синагогу. Фасад Свято-Духова кафедрального собора изменился – в 90-ые годы при реконструкции возникла мозаика с изображением Богоматери. Здесь не видим метро, потому что только начнут забивать в 70-ых, а метро открывается в 84-ом.

Май Данциг, как говорят критики, насыщал картины «витаминами» – яркими цветами и рекомендовал это делать всем своим последователям. Художник родился в простенькой двухэтажке на Мясникова. И уже с молодых лет рисовал и играл на скрипке. Творческие гены передались от отца – тот преподавал физкультуру и

занимался в легендарной художественной студии Якова Кругера.

Наталья Селицкая, ведущий научный сотрудник Национального художественного музея Республики Беларусь:
В 1947 году открылось Минское художественное училище. Май Вольфович туда поступил. Он в то время обходил весь Минск с этюдником, делал наброски – вот тот разрушенный Минск после войны. После Май Вольфович поступил в Московский институт имени Сурикова. После пафосной Москвы к Минску он вернулся не сразу,

ему понадобилось время, чтобы найти что-то своё.

Эвакуироваться из Минска в начале войны помог лишь счастливый случай. Отец надел лучший костюм, и отправился с семьей на Товарную станцию. Но поезда уже не ходили. Спасло чудо – в окне проходящего паровоза глава семейства узнал старого друга. В состав пришлось запрыгивать на ходу. Про трагические события тех лет молчит эта ветка рябины в артиллерийской гильзеЯ».

Военная тема, словно осколок, прошла навылет через душу художника.

Екатерина Изофатова:
Художник изображает кабинет писателя, журналиста, пишущего о Великой Отечественной войне. И видно смятение, измятые листы, пустые листы, потому что очень сложно передавать на бумаге боль.

Фото. Народный художник Беларуси Май Данциг: Когда я был юношей, то стеснялся своего имени

Май Данциг ворвался в мир искусства в эпоху оттепели. Художник принадлежал к поколению «шестидесятников» – молодые да рьяные воспевали реалии суровых будней. В центре полотен – послевоенный Минск, а главные герои – те, кто поднимал город из руин. Эти картины – словно портал. Через них мы запросто переносимся на несколько десятилетий назад и видим, как растут новые кварталы. Полотна, как дань времени.

Наталья Селицкая:

Достаточно вспомнить его знаменитых «Новосёлов», написанных им в 1962 году.

Он говорил: «Я представил, что чувствуют молодые люди, которые заходят в своё жильё – ничего, у них вся жизнь впереди».

Эта картина первое время была под запретом. Советская молодёжь здесь унылая и босая, но буквально за ночь автор дорисовал женские туфельки, и полотно мигом прошло цензуру. Правда, спустя время, художник всё же настоял на своём – вернул работе первоначальный облик и закрасил обувь.

И хоть писал мастер без репетиций, идеи вынашивал годами. Так, чтобы написать «Мой Минск», ему пришлось немало побродить по родным улочкам. В 1967 году перед художником открылась захватывающая панорама. И хоть сегодня от той площади мало что осталось, а на смену ретро-автобусам пришли иномарки, зрители и, спустя полвека, узнают свой Минск.

Урбанисту мастерски удалось передать характер и колорит города.

Наталья Селицкая:

Тот коллаж на заборе не случаен: вторая половина 60-70-ых – время расцвета культурной жизни.

В Минск часто приезжали с гастролями театры. Тогда еще рекламных плазм не было. Действительно, существовали такие заборы, которые были обклеены афишами, анонсирующими то или иное событие. И Май Вольфович впечатывает эти настоящие журнальные вырезки, как печать времени.Май Вольфович назубок знал историю искусства, не жалел денег на хорошие альбомы и коллекционировал музейные билеты со всего света.

Белорусский художник Май Данциг скончался 26 марта в возрасте 86 лет

Студентов художник учил искренности и отваге.


 

Его ученики, как и все минчане, навсегда останутся благодарными человеку, который запечатлел настоящую летопись города.

Люди в материале: Май Данциг
Loading...


«Ночной город, но он светится солнцем»: осенний Минск на полотнах художников



Побеседовали с художниками Минска в программе «Минск и минчане».

На ее полотнах – умытый дождем проспект, одинокие мансарды и зажжённая фонарями Свислочь. Город уютный, меланхоличный, таинственный.

Мистический реализм Ольге Шкарубо передался по наследству. Детство проводила на пленэрах с отцом, прислушивалась к природе и училась чувствовать прекрасное.

Ольга Шкарубо, художник:
Это как небо – пишешь, и оно никогда не бывает одинаковым. Можно жить в Минске, смотреть в окно, ходить по одной и той же улице, но она никогда не бывает одинаковой. Я люблю сложные цвета, когда цвет открытый, он не похож на жизнь – он похож на краску из тюбика. Когда наступает осень, я вижу там янтарь.

Осень глубже, чем пора года, – это характер. То же можно сказать и про Маргариту Манис. В ее галерее больше всего рыжего Минска. На городских портретах ускользают в бликах фигуры, шелестят листья и выглядывают из-под вуали вечерние улочки... Просто город с полотен импрессионистов!

Маргарита Манис, художник:
Осень, и начинается дождь, для меня это повод – выйти и прогуляться под зонтиком, и Минск превращается в декорации спектакля удивительного. Он то романтический, то загадочный, деловой, напряженный. Поэтому в разных ситуациях он раскрывается всеми своими гранями.

Маргарита Манис любит воспарить над Минском, а Ольга Шкарубо – заглянуть в вечерние окна. Художники открывают нам знакомый город с новых ракурсов. В центре внимания – не только сердце столицы. У спальных районов – особенная, домашняя атмосфера. Родной Юго-Запад для Ольги навсегда останется с ароматом яблоневого сада...

Ольга Шкарубо:
Мне очень нравится Лошицкий парк, там безумно красивая природа, безумно красивый вид на реку. Очень нравится Цнянка – я очень много работ там написала. Большая работа «Аллея с листьями». Люди говорят: «Вот! Это же прямо возле моего дома!».

Маргарита Манис:
Некоторые говорят: «У Вас ночной город, но он светится солнцем». Я рада, потому что мне бы хотелось, чтобы мои работы передавали позитив. Снимали с дрона – как раз в этот момент Игры проходили. Поэтому не удержалась чтобы не написать эту работу. А тем более, такой закат!

На картинах минчанок город растет и преображается. Контраст старины и модерна добавляет будням динамики. Вдохновение находят не только в столице, но и в природе Синеокой, полотнах Климта и Уайта. И, каждый раз, разливая краски на полотна и превращая их в космические пейзажи, думают о вечном...

Маргарита Манис:
Новые задумки как раз связаны с новым городом: где-то индустриальный, с новостройками. Мне очень нравится, когда на подъезде к Минску транспорт железнодорожный, например, прибывает в Минск. И начинает он издалека виднеться, и едет он домой. И настолько это красиво, очаровательно это видеть!

Ольга Шкарубо:
Ничто другое меня не стимулирует в творчестве так, как удачная работа других художников. Как выделиться, обратить на себя внимание? Нужно постараться увидеть в себе ребенка, который восхищался миром, но наложить то, что ты уже знаешь и умеешь.

К слову, наши героини помогают стать ближе к искусству и с удовольствием учат рисовать. Все получится. Главное – любить свой город!