Как белорусские хирурги оперируют детей с врождёнными дефектами лица

22.01.2019 - 10:40

Каждые три минуты в мире на свет появляется ребенок с расщелиной губы или нёба. В нашей стране таких особенных детей один на восемьсот-тысячу новорождённых. В категорию необычных попал и маленький Ярослав. Об особенности сына Екатерина узнала на восьмом месяце беременности.

Екатерина Слизень, мама:
Сказали диагноз. Конечно, мы сначала волновались, не понимали, что это. Потом нам врачи объяснили, что такие детки бывают, что это патология, которая врождённая, которую можно исправить и помочь ребёнку.

Сейчас Ярославу пять месяцев. Несколько дней назад малышу сделали плановую операцию, таких мальчику предстоит пережить ещё несколько. А пока счастливая мама и ребёнок готовятся к выписке и не теряют оптимизма.

Екатерина Слизень:
Следующая операция будет через четыре-шесть месяцев. Как назначит врач, потому что нужно будет ещё раз приехать на консультацию. Следующее будет нёбо оперироваться.

Александр Караневич, заведующий стоматологическим отделением для детей МОДКБ:
Ежегодно в нашем отделении оперируется где-то около 150 пациентов из Республики Беларусь, ну, сейчас меньшее количество из ближнего и дальнего зарубежья. Это врождённая патология челюстно-лицевой области, расщелина верхней губы, расщелина нёба. Это деформация ушных раковин, это деформация челюстей, деформация костей носа.

Врождённые дефекты – это не только эстетика. Из-за этой редкой болезни деткам сложнее дышать, глотать, жевать. Заболевание даёт осложнение на слух, речь и даже влияет на психику ребёнка. Но если пару веков назад люди с такой патологией становились изгоями, то сейчас после операций и реабилитации чувствуют себя полноценными.

Александр Артюшкевич, доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой челюстно-лицевой хирургии БелМАПО:
Пороки развития в виде расщелины верхней губы и нёба требуют комплексного подхода и требуют лечения. И в этом лечении обязательно должны быть задействованы хирурги, ЛОР-врачи, фониатры, терапевты.

За плечами Олега Яцкевича – двадцать лет врачебной практики. С высоты своего опыта доктор утверждает, что чаще всего приходиться оперировать детей с врождённой расщелиной лица. И здесь есть свои тонкости.

Олег Яцкевич, кандидат медицинских наук, доцент кафедры челюстно-лицевой хирургии БелМАПО:
Какие-то деформации могут оставаться. Ребёнок растёт и то, что заложено у него генетически, оно будет реализовываться в течение роста. Начинаются операции с возраста трёх месяцев и заканчиваться они могут и возрасте 22 или 25 лет.

В среднем, такие операции длятся около двух часов. За это время врач успевает сотворить настоящее чудо. Но хирургическое вмешательство – это далеко не весь путь, который предстоит преодолеть обладателю такого диагноза.

Олег Яцкевич:
Ортодонты, которые занимаются коррекцией положения зубов верхней и нижней челюсти, с ними работают логопеды. Важно поставить речь, сформировать нормальную речь, и до возраста пяти лет.

Врождённые пороки развития – заболевание сложное, но с легкой руки профессиональных хирургов даже с таким коварным недугом можно попрощаться навсегда.

Loading...


«Людей любить». Ему 91 год и он лечит уже четвёртое поколение. Уникальный сельский фельдшер живёт в Беларуси



Война сделала Сергея Шкляревского сиротой и закалила характер. Пахал по 5 га и мечтал стать железнодорожником. После освобождения мог устроиться у дяди в Ленинграде, но опоздание на полчаса стоило молодому слесарю увольнения. И это определило его судьбу. Летом 1945 года Сергей Иванович подал заявление в фельдшерско-акушерскую школу в Бобруйске. А затем был Балтийский флот и первая медицинская практика.

Сергей Шкляревский, заведующий фельдшерско-акушерским пунктом, почетный гражданин Минской области:
Я приехал в эту деревню 1 июля 1950 года в тельняшке, бескозырке. Участок здесь был очень тяжелый. 2.850 человек населения, 840 только детей до 14 лет.

Молодой фельдшер сражался с дифтерией и скарлатиной, как мог. Вводил пенициллин каждые 4 часа, возил на изоляцию детей за 30 км и все на лошади по разбитым дорогам. Как только появилась возможность привить, доставал трусливых малышей буквально из-под печи. За что Родина осталась благодарной. В 1966 году наградили орденом Ленина.

Сергей Шкляревский:
Тогда еще роды были на дому. Сейчас у меня в год двое детей рождаются, а тогда было по 70! Когда все нормально, получаешь такое удовлетворение, а если патология, то можно поседеть за ночь.

Благодаря Сергею Ивановичу, на свет появилось 100 малышей! Сегодня он лечит уже четвертое поколение и ставит диагноз на пороге. И в свои 91 боится только одного – уйти на пенсию. Этого боятся и местные. Галина Ивановна как сейчас помнит, как доктор спас ее от анафилактического шока.

Галина Будкевич, местный житель:
Я плачу и плачу, чтобы Сергей Иванович жил. Всех смотрит и ночью, и днем. Слов нет!

Светлана Свинко, младшая медицинская сестра:
Как только ребенок переступит порог, так он сразу: «Сейчас тебе конфетку дам». Я с ним проработала 20 лет и он на меня никогда не ругался.

Всем из трехсот подопечных фельдшер прописывает зарядку с утра пораньше. На особом счету у доктора 100 человек. На обход всегда отправляется пешком, поговорить по душам есть с кем.

Вот и бывшая дорожница Александра Дмитриевна пережила инсульт, но в свои 83 года дом и огород держит на высоте.

Эта соседка помнит доктора еще и как заботливого депутата, когда сделали амбулаторию и назвали в поселке улицы.

Галина Шакаль, местный житель:
Он вмешивался в неблагополучные семьи, придет мужик, напьется и воюет.

Этот дом фельдшер построил своими руками в далеком 1950 году. Чудо-сад разбили дочка с зятем. Свой сельский рай Сергей Иванович не променяет ни на какие острова!

Как в своей профессии не потерять вот это вдохновение?

Сергей Шкляревский:
Людей любить. Стараться каждому человеку помочь, чем можешь.

В следующем году будет 70 лет, как Сергей Иванович спасает людей. Жалеет он только об одном, что так и не осталось времени на университет. Видно, на то были причины. Чтобы все в Покрашево были здоровы!