Лично встречалась с Николаем II, Лениным и Сталиным. Редкие фото Стефании Станюты

13.05.2020 - 15:34

Новости Беларуси. 13 мая легенде белорусской сцены Стефании Станюте исполнилось бы 115 лет, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Собирала корешки и сорвала спектакль. Как «Мосфильм» платил штраф за Станюту

Народная артистка долгие годы служила родному Купаловскому театру, проработав там 70 лет. В ее портфолио около 200 ролей. Экстравагантная Шарлотта в «Вишневом саде», богатая Гизи из «Игры с кошкой», заботливая бабушка-нянька Арина Родионовна в спектакле «Верочка».    

Успех ей принесли и народные характеры, показывающие мудрость, связь с землей и доброе отношение к людям. Отдельная страница творчества кино. Зрители помнят Станюту по культовым фильмам «Белые Росы», «Люди на болоте».

«У яе канкурэнтаў на гэту ролю не было». Как Станюта сыграла бабушку в «Белых Росах»

А главная лента актрисы, сделавшая ее поистине известной, «Прощание» по повести Валентина Распутина.

Стефания Станюта умерла в 95 лет. Она лично встречалась с Николаем II, Лениным и Сталиным. Кроме таланта, коллеги любили ее за большую душевную красоту. Народная артистка была скромной и застенчивой, при этом умела принимать гостей.  

Люди в материале: Стефания Станюта
Loading...


«Мне его не хватает, он очень был трогательный». Коллеги и близкие о легендарном Янковском



В документальном проекте «Тайны Беларуси» близкие и коллеги Ростислава Янковского поделились воспоминаниями о знаменитом актере.

«Вечность на двоих» – лирический, философский, одновременно веселый и печальный спектакль. Даже зрители оказались вовлеченными в игру. Янковский держался. Но скрывать очевидное ему было уже сложно. 

Иван Янковский, внук Ростислава Янковского:
Последний спектакль, на который мы ходили перед его смертью практически, – это «Вечность на двоих». Достаточно интересный и трогательный спектакль.

Владимир Янковский, сын Ростислава Янковского, режиссер:
Спектакль для него сделал Луценко, он там не вставал, а сидя. Это был последний спектакль, после этого он на сцену уже не вышел. Потом в больницу лег и все. 

До последних дней Ростислав Янковский был наполнен любовью к своей Нине, сыновьям, внукам, работе.

Валентина Еренькова, режиссер НАДТ им. М. Горького:
Человек, который никогда не позволял себе по отношению к профессии, потому что это часть профессии, опоздать, быть неготовым, не знать текста на репетиции. Это эталон человека профессии, творца, художника, мэтра. Лучше, чем Ольга Клебанович, наверное, я сказать не смогу. Наверное, никто не может сказать о нем. Скрипка Страдивари в руках режиссера.

Попав в мир театра по объявлению, он стал лучшим. А его шаги как будто все еще тихо звучат в конце коридора, он все так же незримо сидит в зале на репетициях, поправляет галстук и проговаривает реплики. Он все еще здесь. На сцене, в зале, и в той самой легендарной 108-й гримерке.

Сергей Ковальчик, художественный руководитель НАДТ им. М. Горького:
Как можно угадать, в каком из сотни поэтов родится Пушкин? Как угадать, в каком из тысячи артистов появится Янковский? Это невозможно, это, наверное, божий дар. Наверное, когда снисходит на тебя благодать, плюс у тебя для этого есть талант и способности, возможности.

Ольга Клебанович, народная артистка Беларуси:
Я даже видела его во сне несколько раз после того, как он ушел. Вроде в фойе заходит, я сижу в зале на репетиции. Он так: «Как дела?» вроде как бы он контролирует, я говорю: «У нас все хорошо, все замечательно». «Слава богу, я посижу немножко». Садился, вроде сидел в зале, потом уходил.

Иван Янковский:
Он меня очень сильно любил, и я его тоже. Если честно, я б с ним очень хотел встретиться, со всеми Янковским. И с Олегом, и с моим прадедушкой Иваном Павловичем.

Алексей Дударев, драматург, сценарист, председатель Белорусского союза театральных деятелей:
Судьба любит тех, кто работает, а он всю жизнь пахал.

Владимир Янковский:
Он мне часто снится, мне его не хватает, он очень был трогательный в последнее время. Очень был счастлив, когда я приезжал. Ему нужно было все время себя разбудить, когда я приезжал. Я для него был раздражителем определенным. Как энергетик, он должен был сразу возбудиться и начинать разговаривать о чем угодно, неважно. Главное, чтоб эмоционально.

«Подкладывали друг другу в гримёрке шоколадки». Коллеги Ростислава Янковского об атмосфере в театре – подробнее здесь