Микс тосканских колонн и ажурной резьбы. Показываем удивительную усадьбу в Пуховичском районе

02.04.2021 - 14:48

Анастасия Макеева, корреспондент:
Под моими ногами вот такой деревянный аутентичный мостик и живописная река Титовка. Сегодня мы оставляем все проблемы за кольцевой и встречаем весну в Пуховичском районе.

60 км от столицы, местечко Блонь, и перед вами «вишенка» деревянной архитектуры. Микс тосканских колонн и ажурной резьбы манит туристов. Старинная усадьба становится звездой блогеров. И хоть памятник архитектуры второй половины XIX века, быстрое течение уносит нас на столетие раньше.

Юлия Гулецкая, научный сотрудник Пуховичского районного краеведческого музея:
Поговаривают, что с этими землями связан род Масальских. Их выходец князь Михаил-Иосиф Масальский в 30-е годы XVIII века построил здесь имение и владел им до 1739 года. Потом это место связывают с именем иезуита Юзефа Бака. Он построил здесь иезуитский костел и миссию. На этом месте, где наша усадьба, находилась их резиденция. Поговаривают, что якобы был тайный подземный ход вот от этой резиденции к костелу. Но само строительство этой усадьбы, в том числе и блонской церкви, приходится на время хозяйствования Оссовских, они заложили строительство этого имения.

После восстания 1863-го, когда надежды шляхты на возрождение Речи Посполитой рухнули, все участники поплатились. Помещика Оссовского лишают Блонской усадьбы, и она переходит в руки к статскому советнику Иосифу Бонч-Осмоловскому. Известный чиновник получил имение в рассрочку на 20 лет по выгодной цене. В усадебный цветущий комплекс вписались водяная мельница, крахмальный завод и даже сыроварня.

Не зря слово «усадьба» ассоциируется с судьбой. Несмотря на все перипетии лихолетья, деревянная жемчужина осталась целой и невредимой. Потом здесь жили люди, была контора, и в 1993-м прописался Пуховичский краеведческий музей. В роскошной классике можно телепортироваться в XIX век, неспроста эти интерьеры засветились в фильмах «Соблазн» и «Поезд судьбы». Атмосфера вдохновляет.

Юлия Гулецкая:
Сохранилась мебель, которая принадлежала Анатолию Осиповичу Бонч-Осмоловскому, портреты, письменный стол.

В качестве экспоната у нас представлена крупа «саго» в баночке. Здесь был целый комплекс усадебный, и находился крахмальный завод.

Потомки знатного рода сегодня есть в России, Германии, Америке, Швейцарии. Дело в том, что у Анатолия Бонч-Осмоловского было семеро детей. Самым известным был археолог Глеб. Ему удалось найти останки человека-неандертальца на территории Советского Союза.

Талант переняла и правнучка Марина Бонч-Осмоловская, сегодня популярная писательница. Именно она в 2012-м к 500-летию рода собрала 30 родственников, а также привезла из Петербурга оригинальную мебель, некогда принадлежавшую ее родственникам. Так воссоздали рабочий кабинет, гостиную, все, чтобы вместе с антикварными книгами перенестись в далекую эпоху.

Но это не единственный повод заглянуть в музей. Белорусская хатка станет невероятным путешествием в традиции Пуховичского района, где даже можно отыскать аналог голландских кломпов.

Юлия Гулецкая:
Редко где можно увидеть вот такую обувь, сделанную из одного куска дерева. И прибит к изделию кусочек кожи. Считается, что местные жители использовали их вместо галош, прямо в лаптях надевали эту обувь, ходили в сарай кормить домашних животных.

Теперь молодые парни хотят найти себе богатую невесту, оказывается и раньше такое было. В доме, где жила девочка, с раннего возраста (где-то с семи лет) заготавливали ей приданое. Понарассказывали местные жители, что не у каждого была возможность заполнить этот куфар целиком, и поэтому на дно ложили камни, а сверху просто вышитые или ткацкие вещи. Жених уже только дома разбирался, с чем он привел к себе невесту и какое на самом деле было приданое.

Отличным завершением выходного дня станет сплав на байдарке по весенней Титовке. Природа оживает и наполнит силами вас. Здесь же бьет родник с чистой водой, а любители рыбалки смогут поймать счастье за хвост.

Анастасия Макеева:
Вы никаких тут привидений не видели?

Юлия Гулецкая:
Лично сами мы не видели. Но бывает иногда... Открытка стояла у меня на столе, каждый день я приходила, но она почему-то была перевернута другой стороной. Не знаю, либо это совпадение, либо, может, и есть какие-то привидения.

Loading...


На каждый сезон здесь своя программа. Показываем два необычных места для семейного отдыха на выходных



Зазываем весну и мчим в гости к человеку-оркестру. Столичную прописку Алесь Лось сменил на объятия леса и открыл усадьбу на хуторе Борок, недалеко от деревни Тишковщина. Заповедная даль на берегах Яршевки, как отдельный остров, полный тайн и фолька.

Раньше здесь жила уважаемая семья учителей Тишкевичей, в гости к которым частенько приходил Якуб Колос, но история воложинской пасторали уходит аж на три тысячи лет назад. Уже тогда здесь было городище.

Алесь Лось, музыкант, художник:
Месца вельмі нажытае і мясцовыя людзі яго пабаіваліся доўгі час, бо казалі, што тут ходзяць прывіды, тут нават грыбы баяліся збіраць.

Анастасия Макеева, корреспондент:
А вы не побоялись переехать?

Алесь Лось:
Я не баюся прывідаў, мы сябруем. У гаспадыні гэтага дома Ніны Маркаўны была свая такая легенда вось пра гэта месца. Яна казала, што гэта месца зачараванае, таму яго баяцца, што тут зачараванае вяселле. Тут было вяселле, людзі танчылі, гулялі і потым нешта здарылася, і яны ўсе ператварыліся ў дрэвы. Яны ўсе па парах стаяць, яны танчаць. Гэтыя танчаць танга, там вось танчаць факстрот. Вось гэта пара цікавая: елочка з хвояй таксама вальсуюць.

Дуб гэта музыка, які граў на дудзе.

Музыкант, художник, этнограф играет, поет и сам делает старинные белорусские инструменты. Народную культуру он разобрал по молекулам. Теперь проводит этноэкскурсию «От дуды до рояля». Лекции разливаются как соловьиные трели. Здесь вы узнаете, что скрипка – код барокко, а гудок ее прапрадедушка.

Алесь Лось:
Скандынавы яго пранеслі ад Готланда з берагоў Нарвегіі да Кіева да Балканскага паўвострава, і цяпер гэты інструмент там есць як лірка балканская.

І гэты інструмент быў вельмі шанаваны скамарохамі, хто хадзіў з мядзведзямі. Мы ведаем, у Смаргоні была мядзведжая акадэмія, якую заснаваў князь Радзівіл, і там была школа скамарохаў, там дрэсіравалі мядзведзяў. Гэта быў бізнес-праект такі вельмі цікавы, бо мядзведнікі хадзілі па ўсёй Еўропе.

Ну, а где скоморохи, там и заводная «Комаринская». Закружиться в народных танцах во время лекций никто не запрещает. Здесь вас научат отплясывать лявониху, падеспань и кревский вальс.

К слову, троистая музыка – скрипка, дуда и цимбалы была долгожданным гостем во всех белорусских местечках. А без рояля не ладились светские вечера со стихами.

Алесь Лось:
Гэты раяль Бекера 1892 год, вельмі рэдкі. Цікава, што ён быў вельмі шанаваны музыкамі. Гэта невялічкі раяль. Ферэнц Ліст іграў толькі на бекерском раялі, ен з сабой вазіў на канцэрт.

На «Хутары дудара» побывало уже пол-Европы. Аутентичность и колорит дороже тысяч верст. Музыкальные гостиные продолжают сплавы на байдарках, ботанический трип по летнему лугу, где можно отыскать и папараць-кветку, и белорусский женьшень.

На каждый сезон здесь своя программа. Колядки, например, здесь не обходятся без батлейки, а лето – без палаточных лагерей. Все, чтобы вдохнуть природу полной грудью.

Алесь Лось:
У нас два ваўкі жывуць.

Анастасия Макеева:
Вы уже с ними подружились?

Алесь Лось:
Да, я люблю ваўкоў. Яны тут тыдзень таму хадзілі, нашых курачак абнюхвалі. Казулі прыходзяць, лосі, лісы, звер з намі сябруе.

Дмитрий Щеголев, хозяин агроусадьбы:
Бывает утром встаешь, Вени нет, а где Веня? Смотришь, он уже с байдаркой. Кузя всегда считает, что гости к нему приезжают, и он с ними там и живет, и ночует.

Семья Щеголевых также в мире животных. Махнули два года назад из столицы в Белокорец – край Налибокской пущи – и наладили сервис по туризму. А почему бы и нет, когда за порогом разливается Ислочь, а в гости приходят тарпаны, зубры и косули? Теперь организуют сафари, велопокатушки и прогулки на байдарках. В такой идиллии огни большого города не зовут, не манят.

Дмитрий Щеголев:
Ислочь самый близкий от Минска байдарочный маршрут. Средняя глубина где-то 50 см, максимальная, где завалы, под какой-нибудь корягой 1 м 70 см, с головой тут очень сложно найти места. У нас и после Нового года, и первого января сплавлялись. Самая главная задача байдарочника в байдарке не вставать и байдарочник наклоняется либо вперед, либо назад, вправо-влево не наклоняется.

Море по колено отведали и мы. От быстрого течения и танцующих водорослей захватывает дух. Но клева здесь не ждите. В ледяной речке водятся форель и хариус – оба краснокнижные, так что программа исключительно любительская. А вот окунуться после раскаленной баньки – то, что доктор прописал.

Дмитрий Щеголев:
Мы-то не рыбаки, хотя местные вначале думали, что раз байдарочники – значит браконьеры. У нас трехчасовой сплав. Плывем, потом на середине маршрута останавливаемся на обед. Татьяна их кормит ухой или вкусным супом. Мы ставим самовар на дрова, пьем чай и идем дальше на байдарках, продолжаем свой сплав, ну а дальше уже финиш.

Татьяна Щеголева, хозяйка агроусадьбы:
С котами сплавляются, со всеми домашними питомцами.

Наполниться кислородом в этих краях могут люди с инвалидностью. Вблизи Белокорца для них оборудовали специальную экотропу.

Кстати, в Воложинском районе сегодня уже более 60 усадеб. Каждая со своей изюминкой, но самое главное – белорусское гостеприимство, к которому хочется возвращаться и возвращаться.

Татьяна Щеголева:
Собираем самовары, утюги старые. Мы планируем здесь корчму открыть, чтобы наши гости могли без проживания заехать и попробовать белорусскую кухню, и в этой корчме уже музей народного быта у нас будет.

Дмитрий Щеголев:
Также есть бобры, которые выходят иногда.