«Мы брали яркие и пограничные случаи». «Беларусьфильм» снял кино о домашнем насилии

02.12.2019 - 13:06

В последнее время в центре обсуждения часто оказывается тема домашнего насилия. Вопрос сложный и оставаться к нему равнодушным невозможно. Тема задело за живое и наших кинематографистов. Накануне «Беларусьфильм» презентовал документальную ленту «Хороших девочек не бьют».

Гость программы «Новое утро» на РТР-Беларусь режиссер-документалист Национальной киностудии «Беларусьфильм» – Галина Адамович.

Как появилась идея создать такой фильм? 

Галина Адамович, режиссер-документалист Национальной киностудии «Беларусьфильм»:
В прошлом году я отбирала белорусских женщин для очень большого документального французского проекта. Через меня проходило очень много судеб, 50 человек прошло. Это были разные женщины, разной профессии, разного социального статуса, совершенно разной жизни, но вот истории, которые были связаны с домашним насилием, меня очень зацепили, потому что я с этим никогда не сталкивалась. И каким-то краем мозга я подумала, что вот это было бы хорошим документальным фильмом, потому что там есть все: и любовь, и рождение детей, и ревность, и бешеная страсть, и часто смерть, и тюрьма, и суды. Министерство культуры очень быстро дало мне на это деньги.

Что объединяет всех героинь и что их отличает?

Галина Адамович:
Тема насилия. То, что к ним были жестоки их близкие. Очень разные истории. Кроме физического насилия, есть же еще и экономическое, и психологическое насилие. Мы брали такие яркие и пограничные случаи.

Женщины рассказали о своей проблеме, но что им делать дальше, если некуда идти?

Галина Адамович:
Уже есть комнаты в каждом районе города от государства. Есть негосударственная организация «Радислава», где есть убежище, адрес которого скрывают, они периодически его меняют, чтобы не находили, потому что это действительно опасно.

Когда я отбирала этих белорусских женщин, они разделились на две разные и почти равные половины: тех, кого любили в детстве и кого нет. Кого не хотели и не любили очень много. А если тебя не любили с детства, откуда ты возьмешь эту любовь?! И таких мужчин тоже очень много. У них нет опыта, они не умеют по-другому выстраивать свои отношения. Они когда-то получили эту модель и ее можно изменить, если ходить к психологу. У нас есть группы, которые работают с такими мужчинами в Минске.

Поступали ли к вам угрозы?

Галина Адамович:
Да и сейчас поступают. На киностудию один человек пишет письма уволить Адамович и провести психиатрическую экспертизу его детей.

Люди в материале: Галина Адамович
Loading...


«Мы ориентируемся, в основном, на древние образцы». Как минская мастерская создаёт полотна из мозаики для всего мира



Вот уже 20 лет при Свято-Елисаветинском монастыре теплится огонек древнего искусства – византийской мозаики. В шкатулке драгоценностей этой ювелирной мастерской – смальта. Варить и окрашивать оксидами металлов стекло научились много веков назад.

Дмитрий Кунцевич, руководитель стенописной мастерской Свято-Елисаветинского монастыря:
Мозаика может оставаться неизменной тысячелетия. Значительную часть наших работ в храме мы делаем на известковый левкас. Компоненты не изменились уже последние пару тысяч лет: известь, кварцевый песок, кирпичная крошка, бычья желчь, лен, яйца куриные.

Дмитрий Кунцевич был у самых истоков. Вместе с другими иконописцами разыскивал смальту по всем уголкам былого Советского Союза. Ездил за вдохновением в Киев и Константинополь.

Сегодня живописью в камне занимается 50 художников. Софья Азаренкова приехала в Минск из Ржева. Свою палитру она бережно разместила в ракушки. Придает мельчайшим модулям нужную форму и деликатно укладывает пинцетом.

София Азаренкова, художник стенописной мастерской Свято-Елисаветинского монастыря:
Мы ориентируемся в основном на древние образцы. Мы обычно делаем фрагментами, т. е. у нас кто-то делает одежду, кто-то в эту же фигуру делает лики, ручки и потом это все монтируется вместе. Бывают такие заказы, когда работа происходит прямо на объекте. Например, сейчас у нас такое в Афинах. Это уже более сложная работа.

Неземное сияние панно скрывает месяцы кропотливой работы. С эскиза снимается прорезь, контурный рисунок наполняется разноцветными переливами смальты. Сначала на пластилине, а затем по одному камушку изображение переносится в специальный раствор.

Ирина Малахова для одежды Серафима Саровского подбирает с десяток оттенков синего. Игра полутонов создает динамику. Образ святого будет встречать прихожан Свято-Троицкого монастыря в Курске.

Ирина Малахова, художник стенописной мастерской Свято-Елисаветинского монастыря:
Духовный аспект в этом есть и он самый главный. Найти соприкосновение с ближним, с работой и с собой тоже. Мы начинаем день с молитвы. Мы молимся всей мастерской и это, конечно, помогает.

Свою команду мастера в шутку называют дружбой народов. У каждого свой путь, а цель одна донести духовные ценности. Свое слово в евангельский сюжет вносит Юлия Боровкова. Частицы ее трудов есть в мозаиках Зверинецкого и Ионинского монастырей родного Киева.

Юлия Боровкова, художник стенописной мастерской Свято-Елисаветинского монастыря:
Как-то видела, что волонтеры сделали фасад детской больницы в мозаике и мне так эта идея понравилась. Я всегда думала, что было бы здорово, чтобы и наша мастерская что-то такое сделала. И два года назад представился такой случай, когда мы оформляли фонтан. Это тоже была волонтерская работа в детском интернате.

Кстати, в арсенале мастеров сотни тончайших оттенков пастельной смальты. Сдержанный колорит приближен к цвету природных минералов и гармонирует с внутренним миром человека. Издревле сусальное золото призвано было придавать божественное достоинство кубикам стекла, наполняя монументальные полотна солнечными бликами и отблесками свечей. Чем дольше вы созерцаете мозаику, тем больше таинственного вы открываете. Рассматривать шедевры в Храме Державной иконы Божьей Матери можно бесконечно. Меж тем, география минской школы растет.

Дмитрий Кунцевич:
Много для России, Украины, Греции, Черногории. Даже было такое небольшое панно для ЮАР.

Ирина Малахова:
Каждый мастер вкладывает в нее свою душу. Тот, кто приходит в храм, видит это и это ощущается.

Научить рисовать смальтой могут любого желающего.