«Если мы посмотрим на потолок и образно его перевернём, то мы окажемся в лодке». Показываем лютеранскую кирху в Гродно

18.03.2021 - 12:29

Точеная пластика подобна скульптуре. Окно-роза вечно цветет, а музыка Баха возвышает и проникает в самую душу. Неоготическая церковь Святого Иоанна восхищает туристов. Это единственная действующая лютеранская кирха в нашей стране.

Владимир Татарников, пастор лютеранской кирхи:
Аутентичная вещь, которая сохранилась, это винтовая лестница, которая ведет нас на хора, где исторически располагался орган.

Каждое воскресное утро старинный колокол созывает прихожан на службу. Причем благородную миссию несет потомственный звонарь, его дед также поднимался по винтовой лестнице.

Владимир Татарников:
История очень интересная и загадочная. Одна из легенд говорит о том, что этот колокол был подарком Русской православной церкви в 1912 году, но вылит был в Ярославле и доставлен сюда. Подарок православной церкви, так как они находятся напротив нас, я думаю, что это был дружеский жест во время открытия.

История храма началась с легкой руки гродненского старосты Антония Тизенгауза. В 1779-м он пригласил лютеран из Германии работать на королевских мануфактурах.

В 1793-м польский король Станислав II подарил религиозной общине здание бывшей таверны. На первом этаже обедали, на втором – молились и вели службы на немецком. А затем начали большую стройку, и к 1912-му готический собор приобрел свое неповторимое лицо. Здание оштукатурили, построили пасторский дом, школу – все за средства общины, тогда лютеран было немало, около 200 семей. Спроектировал жемчужину известный гродненский архитектор Михаэлис, а улица даже получила символичное название Кирховая, ныне Академическая.

Владимир Татарников:
Во время войны храм немного пострадал, был уничтожен шпиль храма. Есть две версии. Первая версия: шпиль был убран, потому что он был выше православного кафедрального собора. Вторая версия: в храме находился снайпер и отстреливался. Когда немцы отступали, кирха служила ориентиром как центр города, что можно было бомбить сюда. Когда мы реставрировали наш часовой механизм, были найдены две гильзы. Мы полагаем, что версия, где находился снайпер – это самая правдоподобная.

В советское время началась темная полоса. В кирхе обустроили архив. В церковных пристройках прописались жители, мебель и люстры конфисковали для заседаний горсовета, а орган забрали в филармонию. И лишь в 95-м появился свет, и церковь вновь вернули общине.

Занавес реставрации сбросили в 2015-м. Постарались максимально сохранить историю. Интерьер по-лютерански аскетичен, и в этом есть своя легкость и прелесть. Витражи – как брошь на лаконичном платье. Изюминку потолку придают деревянные кронштейны.

Боковые окна из цветного стекла за алтарем – оригинал чистой воды. Орнамент выложен в форме лютеранского символа: розы, внутри которой бьет сердце.

Владимир Татарников:
Этот стиль берет архитектурной красотой. Например, если мы посмотрим на потолок и образно его перевернем, то мы окажемся с вами в лодке – символ лодки, на которой является Иисус Христос. Наша лютеранская община в Гродно небольшая: около ста человек. Конечно, у нас проходят и воскресные школы, и встречи общин.

Гродненскую кирху называют «поющей». Музыка здесь разливается не только на богослужениях, но и на концертах, причем можно послушать и классику, и джаз. Чудо-орган привезли в 2015 году из Франкфурта-на-Майне. 8 тонн, 2,5 тысячи труб. Чтобы раскусить 22 тембра и научиться координировать руки и ноги, профессиональной пианистке Вере Латышевой пришлось хорошенько постараться. Но музыка небес придала сил.

Вера Латышева, органистка лютеранской кирхи, преподаватель Гродненского государственного музыкального колледжа:
Получала второе высшее образование в Белорусской академии музыки как органист. У нас богатая концертная жизнь. Сейчас с пандемией она ослаблена, но мы надеемся, что все восстановится и мы проведем фестиваль органной музыки. К нам приезжали органисты из Европы и даже из Америки. Конечно, люди любят посещать нашу кирху, здесь свой особый дух присутствует.

Владимир Татарников:
Самый известный органист был Иоганн Бах, мы считаем его пятым евангелистом, потому что вся его музыка пропитана историями из Евангелия. Акустика – одна из лучших у нас в городе.

Скоро кирха задаст новый ритм всему Гродно. К фестивалю национальных культур на башню вернут старинные часы, которые молчали с 1944 года. Реликвию восстановил мастер из Могилева. Надо сказать, сохранность была 70 %, остальные 30 % с недостающими деталями заказывали на родной немецкой фирме, которая в далеком 1913-м восстанавливала их в церкви. Пока механизм выставили на всеобщее обозрение.

Владимир Татарников:
Этот механизм уникален для нас тем, что он открыт, видим, как каждая шестеренка или каждый элемент работает в полном этом механическом «организме». И самое главное еще, чтобы люди, глядя на эти часы, понимали, что время не бесконечно, оно уходит, утекает. Я думаю, что в скором времени жители и гости нашего города смогут сверять часы по нашим часам, потому что находится четыре циферблата. Этот маленький циферблат для часовщика, который будет следить. Часы будут бить каждый час в соответствии со своим временем.

И хоть время быстротечно, здесь живет вечность.

Loading...


Миниатюра скульптуры «Амур и Психея», которая украшает Лувр. Что ещё уникального можно увидеть в Доме Ваньковичей



Звуки фортепиано уносят нас в далекий XIX век. Тогда здесь проходили музыкальные салоны и собирались на литературные вечера сливки общества – Винцент Дунин-Марцинкевич, Станислав Монюшко, Ян Дамель и другие герои своего времени. Что уникального можно увидеть в Доме Ваньковичей, показали в программе «Минск и минчане» на СТВ.

1846-й. Городской судья Эдвард Ванькович выкупает зимнюю усадьбу для своих сыновей, которые ходили в гимназию неподалеку. Сам хозяин бывал здесь редко. Он жил в Большой Слепянке. Классический дом возвышался над Свислочью, был окружен яблонями, грушами, орехами и пленял гостей своим ароматом. В комплексе с особняком были флигели, конюшня и оранжерея с тропическими растениями. Самым известным представителем шляхетского рода стал художник Валентий Ванькович.

Инна Зуева, научный сотрудник музея «Дом Ваньковичей. Культура и искусство первой половины XIX века»:
Сам мастак Валенцій Ваньковіч быў стрыечным братам Эдварда Ваньковіча, тут ен не жыў, але ў яго была свая майстэрня, якая знаходзілася ў доме, дзе калісьці жыў Станіслаў Манюшка. Калі Валенцій Ваньковіч пачаў вучыцца ў Віленскім універсіцеце, ен пазнаеміўся з Адамам Міцкевічам, Томашам Занам. Адам Міцкевіч і стаў яго лепшым сябрам. Партрэт Адама Міцкевіча «На скале Аю-Даг» прынес славу Валенцію Ваньковічу ў 1828 годзе.

В Минске живописца уважали и приходили к нему за красивыми портретами. В Петербургской академии искусств Ванькович познакомился с гением слова – Пушкиным и тоже написал его портрет, но до наших дней сохранился лишь эскиз.

К сожалению, оригинальных шедевров кисти Ваньковича в Беларуси нет. Их разбросало по миру – Варшава, Вильнюс, Париж, Соединенные Штаты. Но здесь в музее есть достойные копии Мицкевича, тещи Валентия – Марии Шимановской, жены, детей и другие полотна, которые ни на минуту не дают усомниться в таланте мастера.

К слову, экспозиция в честь художника здесь прописалась к его 200-летию – 12 мая 2000 года. А до этого момента шла реставрация. Еще раньше, с советских 20-х до 80-х, здесь были коммунальные квартиры. Но классической жемчужине повезло остаться украшением Старого города.

Инна Зуева:
Эдвард Ваньковіч пасля доўгай хваробы памер ў 1873 годзе, гэтая сядзіба адышла да яго сына Уладзіслава, а потым да яго ўнука Жыгімонта. Пасля перавароту ў 1917 года дом быў нацыяналізаваны.

В былой городской усадьбе воскресили дух времени. Прогуливаясь, как в кино, среди сарматских портретов и антикварной мебели, переносишься в XIX век. Отражение эпохи ловим в парадной гостиной. Здесь проходили светские рауты, звучал квартет струнных. Но сразу скажем – балы в родовом особняке не проводили: пространство не позволяло. Но от этого интерьеры не потеряли своего шарма. В каждой комнате были изразцовые печи, масляные лампы, которые заменяли десяток свечей и не оставляли неприятных запахов. Одним словом, вся роскошь в лучших традициях ампира.

Инна Зуева:
Усе прадметы былі набыты ў калекцыянераў Масквы і Пецярбурга. І яны ўсе з’яўляюцца арыгінальнымі, яны ўсе адносяцца да XIX стагоддзя. Адным з такіх прадметаў з'яўляецца крэсла, якое прызначалася для жанчыны, і яно не мела спінкі – гэта значыць, што жанчына павінна была трымаць сваю спіну роўна, таксама яны былі шырокімі, каб там маглі змясціцца іх сукенкі.

В центре внимания и реплика известной скульптуры «Амур и Психея», которая сегодня украшает Лувр. Миниатюру нашли случайно во время реставрации. Видимо, последний хозяин Петр Ванькович, когда покидал дом с приходом большевиков, не терял надежды вернуться и закопал шедевр до лучших времен.

Но это не единственная именная реликвия. В рабочем кабинете на виду книга «Опыты» Монтеня. На первой странице хозяин оставил автограф по-французски – «из библиотеки Эдварда Ваньковича».

Инна Зуева:
У нашай экспазіцыі есць яшчэ адзін вельмі цікавы прадмет гэта курыльная трубка, зробленая з дрэва вішні альбо чарэшні, і называецца яна чубук. Калекцыю трубак курыльных апісваў у сваім творы Гогаль «Мёртвыя душы».

Портретная галерея была маст-хэвом шляхетской жизни. Но, что интересно, по сарматскому почерку можно было определить род. Художники мастерски изображали черты лица. Так, Радзивиллов и их родственников выдавал нос, как у утки. Вашему вниманию – Иероним Хаткевич и Констанция Франтишка Сапега. Еще одной особенностью сарматского жанра было то, что их писали только после смерти знати.

Инна Зуева:
Яскравым пацвярджэннем гэтага з'яўляюцца парныя партрэты Сільвестра Янішеўскага і яго маці Брыгіты Янішеўскай. Справа ў тым, што партрэт Брыгіты Янішеўскай быў напісаны па загаду сына з дня яе смерці. Гэта значыць, што яе партрэт пісалі па знешнаму падабенству маці і сына.

А мы продолжаем путешествие за ароматным завтраком. Можно представить, как в столовой собиралась огромная семья Эдварда Ваньковича. 17 детей как-никак! Стол получил свое символичное название «сороконожка»: он раскладывался, и за ним могло поместиться 20 человек.

В скромном уголке и мини-кухня. Как известно, в барском доме не готовили, чтобы не было лишних запахов. Слуги «колдовали» во флигеле, а здесь просто подогревали блюда и готовили чай, кофе, какао. К этим золотым по тем временам напиткам допускались только хозяева. Больно дорого.

Инна Зуева:
У нашай сядзібе знаходзіцца ўнікальная калекцыя люстраў XIX стагоддзя. Адна з іх зроблена ў стылі неакласіцызму, зроблена яна з бронзы з пазалотай. Наверсе вы можаце ўбачыць маленькую царкву, калі вы станеце пад люстрай, то вы ўбачыце столь гатыцкага храма.

Посреди такой живописи точно можно потеряться в свой выходной. Атмосферу поддерживает выставка «Эпоха романтиков», посвященная современникам Валентия Ваньковича. Так что здесь есть на что посмотреть и перезагрузиться от рабочих будней.

Ну и как полагается, у здания-старожила есть свои тайны. Поговаривают, что именно здесь собирались масоны Минска во главе с Яном Ходькой. Тогда пол был из белого мрамора, стены – черными, а в нишах располагались псевдоокна, чтобы прохожие не заподозрили о «тайных вечерях».

Еще одна прелюбопытная история относится к 1905 году. Тогда «Минский курьер» взорвала новость о жестоком убийстве в доме Ваньковичей.

Инна Зуева:
Тут у гэтым доме праз рабаўнікоў была забіта Валерыя Ваньковіч – прадстаўніца роду Ваньковічаў. Яна тут жыла разам са сваей служанкай. Самой Валерыі было 92 гады. І вось спачатку рабаўнікі забілі яе служанку, а пасля забілі сякерай Валерыю Ваньковіч. Ёсць меркаванне, што гэта зрабілі ў кутку гэтай залы. І калісьці тут стаяў такі вялікі гадзіннік напольны, аднойчы, калі супрацоўнікі музея прыйшлі на працу ў музей, гэты гадзіннік ляжаў на палу. І вось з таго моманту ў гэтым кутку нічога не ставяць.

А еще в этой комнате всегда холодно, и, кто знает, может, здесь по ночам хозяйничает призрак. Но это уже совсем другая история. А вы приходите за вдохновением.