Владимир Агеец: Авария на ЧАЭС сделала Беларусь известной в мире, так как у нас появился международный полигон для исследования радионуклидов

01.05.2011 - 20:35
На вопросы ведущего программы «Неделя» отвечает доктор сельскохозяйственных наук Владимир Агеец.

Четверть века мы живем после катастрофы на Чернобыльской АЭС. Те самые технологии возвращения к нормальной жизни, возрождения сельскохозяйственных земель – это плод научной мысли наших ученых или, может, какие-то заимствования из зарубежного опыта?

Владимир Агеец:
Я хотел бы сказать, что чернобыльская авария сделала Беларусь весьма известной в мире, потому что у нас появился международный полигон для исследования радионуклидов. Но самое главное - нужно было определиться с тем, какие территории и насколько они были загрязнены. Был проделан огромный труд ученых, практиков.

А сколько ушло лет для того, чтобы наработать научный фундамент для дальнейших исследований.

Владимир Агеец:
На сегодняшний день знаний у нас очень много.
Например. Идет бычок на мясокомбинат. Мы уже заблаговременно могли знать концентрацию в его мясе радионуклидов. И разработали методику очистки. Можно было на определенный период времени, в зависимости от количества радионуклидов в мясе, ставить на чистые корма этого бычка. И после этого он проходил по всем параметрам и мог попасть на мясокомбинат.

А для этого нужны чистые корма. Откуда они берутся? Завозятся с чистой территории?

Владимир Агеец:
Само по себе загрязнение радионуклидами пятнистое. Одна территория может быть чистой, а другая нет. Вот для этого и нужны исследования.

Сейчас много говорят о том, что все больше и больше земель возвращается в хозяйственный оборот. То есть с загрязненной радионуклидами земли мы получаем чистую территорию. Как это?

Владимир Агеец:
Очень много разных предложений, как вести себя. Например, с теми же культурами. Они разные в силу своих биологических особенностей. Могут накапливать разное количество радионуклидов. И самое большое накапливают протеиновые культуры – бобовые. И сначала самым приемлемым методом было уменьшение площади под бобовые культуры. Этим самым мы нарушили рацион животных, и, естественно, дисбаланс привел к тому, что и привесы, и удои на этих территориях уменьшились.
Потом пошли научные исследования. Мы начали вводить новые бобовые культуры, чтобы изменить это соотношение. Это в какой-то степени улучшило ситуацию.
Но помимо видовых особенностей, есть сорт. Селекционеры постоянно выводят сорта с определенными свойствами. Как показали исследования, одним сортом мы можем снизить до трех раз накопление радионуклидов в продукции. А тут то же самое. Та же культура, только сорт поменять. Конечно, этот фактор является очень важным.
Но еще много проводили исследований, чтобы разобраться в механизмах поступления. Насколько могут ионы калия помешать цезию при поступлении в корневой волосок. Да, это имеет место. Это дало толчок тому, что мы рекомендовали увеличить дозы калийных удобрений на этих площадях, чтобы снизить концентрацию того же цезия. Этим приемом можно было в полтора-два раза снизить концентрацию.
Я больше склонялся к тому, чтобы делать залесение. Потому что лес за эти годы возмужает, будет деловая древесина. Это деньги, ведь не пустует земля. И в наших государственных программах были планы, чтобы делать залесение.

А есть породы древесины, которые более накапливают, менее.

Владимир Агеец:
В любом случае, чтобы древесине вырасти, надо около 100 лет. Период полураспада стронция, цезия – в среднем 30 лет. Мы уже сегодня имеет не такую ситуацию, которая была в 1986 году. Естественно, распад шел. Мы видим, насколько снизилось количество загрязненных земель. И к этому надо привыкнуть, потому что люди зачастую недопонимают.

‡агрузка...