Старинные традиции рукоделия в Брестской области возрождает пенсионерка Зоя Лавецкая

20.04.2015 - 20:08

Новости Беларуси. Крест на отдыхе или как вышивка из хобби превращается в искусство. Старинные традиции рукоделия в Брестской области возрождает пенсионерка Зоя Лавецкая. Узоры для своих работ она находит в журналах 19 века. А в веке 21-ом эти работы снова обретают популярность. О том, на что способны разноцветные нитки и золотые руки — в репортаже программы Новости «24 часа» на СТВ.  

В отдел швейной фурнитуры она ходит чаще, чем в продуктовый магазин, а ради нужного оттенка «мулине» готова проехать несколько сотен километров.

Зоя Лавецкая, рукодельница:
Если нет здесь – еду в Брест. Смотрите, какая красивая ниточка!

В творческом процессе Зое Александровне могут понадобиться нитки сразу нескольких десятков оттенков. В шутку рассказывает: на одну работу их уходит несколько километров.

Зоя Лавецкая, рукодельница:
Я большой крест не признаю, потому, что он не красивый. Нужно мелким крестом вышивать. Смотрите, вот большой крест – им, конечно проще, легче, быстрей вышивать. Люди вышивают, но я – нет.

На стенах — настоящая картинная галерея: работы, вышитые традиционным, но маленьким крестиком в одну нитку и бисером. Среди вышитых произведений искусства – пейзажи и натюрморты, библейские сюжеты и вышивка по мотивам картин знаменитых художников. Гордость мастера — копия старинного узора.

Зоя Лавецкая, рукодельница:
В журнале узор 1858 года. Но там были не крестики, а просто «черточки». И там было написано, что если кто-то хотя бы одну часть вышьет, то это будет очень интересно. Я одолела всю эту картину.

Сегодня в ее доме «крестиком» отмечены практически все вещи: ручники, скатерти, шторы и даже халаты.

Говорит, впервые иголку в руки взяла еще в институте, но в жизни трудовой на рукоделие времени не хватало. Зато когда вышла на пенсию, «поставила крест» на отдыхе – увлечение молодости переросло в дело всей жизни.

Зоя Лавецкая, рукодельница:
Я никогда не ездила в санаторий, чтобы не брать с собой, что там делать. Я обязательно там вышивала. Сейчас смотрю и вспоминаю: это в том санатории делала, это в этом.

Сейчас в разработке у рукодельницы бисерная вышивка. Говорит, самое сложное – подобрать для новой работы в домашней картинной галерее достойное место. 

Люди в материале: нет
Loading...


«Меч как живой, только им никого нельзя зарезать». Чем живут белорусские ремесленники?



Новости Беларуси. За последние пять лет количество ремесленников в нашей стране увеличилось в четыре раза. Сейчас их более 8 тысяч, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Откуда такой интерес к народным традициям, и какие ремесла развивают белорусы? Выясняла Кристина Федорович.

– У меня, допустим, меч легионера десятого легиона. Как живой, только что им нельзя никого зарезать. Раньше можно было, сейчас нельзя, они все не заточены.
– А этот?
– А это меч ведьмака.

Два месяца кропотливой работы, и старинное оружие готово. В мастерской Александра прописались войска, которые не знают поражений. Настоящая мечта полководца.

Все началось в школе с лепки из пластилина, а после художественная обработка металла стала делом всей жизни. Ну а что из этого вышло – лучше один раз увидеть.

Александр Апанович, историк, реконструктор, член Союза мастеров Беларуси:
Вот мои любимые тамплиеры. Вот он, рыцарь-тамплиер на коне. Это самая интересная тема, XII-XIII век, эпоха крестовых походов. Это не самая сложная из фигурок. Схема такая же: это лепка и потом отливка. В чем прелесть – здесь еще покраска.

Такая фигурка может обрести нового хозяина в среднем за 40 рублей. Важна не материальная сторона. За каждой из них – своя эпоха, национальность и биография.

Анастасия Мороз, ремесленница:
Создание такой мышки – часов пять-шесть. Но это учитывая, что она уже не первая, мышки пользуются популярностью и рука набита.

В руках Анастасии охотничьи трофеи становятся искусно выделанными зверюшками (найдите пять отличий от настоящих). Главный секрет: только натуральная овечья шерсть и любовь к своей работе.

Анастасия Мороз:
Приходишь, оформили, без проблем работаешь. Для меня было вообще шикарно, никаких ограничений.

В основном повторяют своих животных. Даже были варианты, пару заказов, что животных уже нет, мне скидывали фотографии, и я делала по аналогу. Были счастливы люди, что осталось воспоминание.

Хендмейд у нас еще как-то ассоциируется с «подешевле». За границей хендмейд – это что-то на уровне фантастики. Для Беларуси ценник ниже гораздо.

Руслан Красичков, ремесленник:
Прошлого века антикварные стулья наши 70-х годов, очень интересные и в таком формате восстановленные.

Глина, металл, лоза и дерево – все эти материалы подвластны Руслану. Пять лет назад он оставил работу в офисе и полностью посвятил себя ремесленничеству, открыв лавку. В ней можно найти почти все: от детских игрушек до банных принадлежностей.

Руслан Красичков:
По сей день, на протяжении пяти лет, я не пользуюсь совершенно никакими средствами по уходу за телом и за собой другими, только своими. Все в моей семье, мои родственники, пользуются моим мылом, моими мочалками натуральными.

Я работаю 24 часа в сутки, потому что, даже ложась спать, ты понимаешь, что мозг не отключается. Постоянно какие-то вынашиваешь изделия, засыпаешь и просыпаешься со своими работами, которых еще нет. Ремесло, оно человека никогда не отпускает. Если ты один раз в него вошел, ты в нем на всю жизнь остаешься.

Илья Аристов, ремесленник:
Круціцца, круціцца, выравніваецца, прасуецца. І рэшта рэшт атрымліваецца такое донца.

А вот для Ильи слова работа и ремесло не одно и то же. Мужчина трудится на заводе, свободное время посвящает плетению, это его панацея. Хотя в лихие 90-е первую шляпку своими руками мастер делал почти два года.

Илья Аристов:
На такі капялюшык трэба 17 гадзін. Убачыў у сябра капялюш на галаве, і так захацелася мець самому. Прыставаў да яго: «Навучы!». Ён паказаў самае галоўнае – рух, як пляцецца зубатка (яна «зубатая» такая) з чатырох саломін. Атрымалася.

Один такой головной убор можно купить за 65 рублей. В среднем берут две шляпы в месяц, поэтому говорить о большом доходе от ремесла приходится крайне редко.

Но все-таки о меткости: можно ли превратить хобби в бизнес, а главное – как и где реализовывать хендмейд-изделия?

Кристина Федорович, корреспондент:
Ремесленники оттачивают не только свое мастерство, но и навык использования интернет-пространства. Взять тот же Instagram. Страничек с предлагаемым товаром масса, будь то изделия из бисера или мыло. В описании профиля часто можно встретить надпись «доставим в любую точку мира». Географически получается, можно сказать, масштабный бизнес. Правда, где та самая грань между ремесленником и самозанятым?

За пять лет в Беларуси стало в четыре раза больше ремесленников

Уникальность в каждом очертании и, конечно, в том, что все сделано своими руками. Благодаря таким преданным своему делу людям все отчетливее выражается творческое «я», а как следствие – колорит белорусской культуры.