«Уже высохло практически, там даже рыбачить негде». Как спасти «лоевское море»?

03.04.2018 - 00:23

Новости Беларуси. «Лоевское море» – малая родина тысяч жителей одного из самых маленьких районов страны, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Незаурядный объект мелиоративной системы или проблемное водохранилище? В 70-х сюда вложили огромные государственные средства и создали водоем для орошения 19 тысяч гектаров сельхозугодий. Это была и Мекка для рыбаков. Однако со временем от моря осталось лишь одно название.

Возможно ли вернуть к жизни водохранилище? Выяснял Александр Добриян.

На гербе Лоева плещут волны. Город на Днепре всегда был связан с водой, а в конце XX века здесь и вовсе появилось собственное море. Его судьба – едва ли не самая популярная тема в разговорах лоевчан.

Василий Башлаков, житель Лоева:
Конечно, разговор этот идет каждый год среди местного населения. Там речичане, светлогорцы, гомельчане – приезжают люди на рыбалку. А оно уже высохло практически, там даже рыбачить негде.

Сергей Гавриленко видел «лоевское море» полным до краев. В 1987 молодой гидролог пришел работать на водохранилище. Говорит, все с самого начала шло не так.

Сергей Гавриленко, заместитель генерального директора «Гомельмелиоводхоза»:
Первоначально была построена мелиоративная система в 60-70-е, а потом в 1987 году водохранилище. Вот эта нестыковка привела к этому. Необходимо было провести реконструкцию всех мелиоративных систем.

Вода по каналам просто скатывалась обратно в Днепр – без эффекта для сельхозугодий. Планы реконструкции мелиоративной системы остались на бумаге: по прямому назначению водохранилище поработать так и не успело. Зато на долгие годы «лоевское море» стало Меккой и Мединой для рыбаков. Так бы и оставалось, но, не имея естественной подпитки, это «озеро на горе», которое медленно, но уверено высыхает.

Алесандр Добриян, СТВ:
Колоссальное сооружение не что иное, как гигантское механическое сердце всей днепро-брагинской водной системы. Четыре двигателя, каждый мощностью 1250 киловатт, рассчитаны на то, чтобы каждую секунду поднимать 15 кубических метров воды на высоту десятиэтажного дома.

Наполнить море стоит примерно 4 миллиона рублей. Однако потратить на эти нужды мелиораторы не имеют права ни копейки: деньги выделяются исключительно на мероприятия, связанные с повышением плодородия сельхозугодий.

Ирина Трестьян, начальник финансового отдела Лоевского райисполкома:
Исполком, конечно, тоже заинтересован в использовании данного объекта. Все-таки ему нужен хороший хозяин, который бы продлил ему жизнь.

Пока же ясно одно: без солидного инвестора собственное море лоевчанам не по карману. Но надежды здесь никто не теряет.

Сергей Гавриленко:
Сумасшедшие государственные деньги: 13,2 миллионов рублей. На те, советские деньги – считайте, 13 миллионов долларов. Как это все разбазарить?

Василий Башлаков:
Только надеждами мы и живем. А вдруг какой-то умный человек найдется, этот вопрос поднимет и сдвинет с мертвой точки.

За судьбу своего рукотворного моря в одном из самых маленьких районов страны переживает, кажется, каждый из 12 тысяч его жителей. В глазах людей читается неподдельный интерес к будущему этого незаурядного объекта мелиоративной системы, ставшего частью их малой родины.

Новости по теме
 

Окна вываливаются, балконы крошатся, в подвале потоп. Жители многоэтажки 50 лет ждали капремонта, а он, оказывается, был?

Жители многоэтажки по адресу пр. Партизанский, 32/2  в один голос уверяют: их жилище – не дом, а самая настоящая напасть! Растрескавшиеся перекрытия, несмываемая плесень и вечный потоп в подвалах. Трубы здесь прорывает регулярно.

Татьяна Маскевич:
Я уже называю свой дом «Дом ненужных людей», «Дом изгоев».

Житель дома:
Один кран, и весь дом надо спускать. Это сколько воды! А технику: включаешь – давление «пух-пух», краны вот так вот (трясёт руками, - ред.). Включил стиральную машину, она 2-3 раза вылетит из строя запросто.

И если в квартирах воды днём с огнем не сыскать, то в подвале дома есть свой неиссякаемый источник – вечно текущая ржавая труба. По словам жильцов, именно она стала причиной сырости и прочно прописавшейся в подъезде плесени. В дождливый день жильцы и заглядывать боятся на цокольный этаж. 

Оксана Новикова:
Здесь стояла вода откровенно. Было сыро. Я спускалась сюда, когда у нас уже подулись полы. На первом этаже мы живём, поэтому у нас всё сразу вот буквально здесь.

Все попытки жильцов отремонтировать подъезд идут насмарку: со стен почти мгновенно отваливается свежая краска. Но на такие мелочи люди готовы закрыть глаза, лишь бы коммунальщики обратили внимание на настоящие беды: ужасают разрушения и трещины в перекрытиях дома.

Но пока надежды жильцов на спасение разбиваются вместе с вылетающими стеклами. Разбитые проёмы коммунальщики не могут заделать по сей день! 

Оксана Новикова:
Балконные плиты все покрошены. На чём там эти железки держатся, непонятно. По поводу окон – не цельные, открываются, кое-где болтаются, на 8 этаже, вообще, выпало не так давно. Это всё летит на козырёк, было разбито.

Светлана Якубович: 
ЖЭС сказал: да, мы дадим Вам вышку, потом год прошёл. То отопительный сезон, то ещё что-то. Потом мне пришёл ответ: это ваша частная собственность и ремонтируйте сами. Как я могу отремонтировать это сама?

Масла в огонь добавляют соседи по двору – их дом по сравнению с этим – настоящие хоромы! 

Ольга Зигарь:
Бесхозный дом! Когда спрашиваешь, почему сделали 28-ый и 30-ый дом – ремонт – и «шубу» надели, и внутри что-то делали, стояки меняли. Они говорят – это кооперативные дома, а Ваш дом – государственный.

Татьяна Маскевич:
Никто слушать не хочет, никто говорить не хочет. Стены в трещинах. Мы никому не надо. Почему? И объясните мне, почему жильцы нашего дома должны продолжать платить деньги на капитальный ремонт? 50 лет мало?

Масла в огонь добавили коммунальщики – по словам специалистов ЖЭСа, ремонт они уже сделали! 

Ольга Зигарь:
Ответ был такой: всё было. У вас был капитальный ремонт.

Светлана Якубович:
Как мог быть ремонт в 78 году, если дом был построен в 67 году?

Ольга Зигарь:
Через 10 лет? Покажите, говорю, по бумагам, что у нас. Они говорят, бумаги хранятся пять лет. Всё уже пропало и ничего вы нигде не найдёте.

ЖЭУ, которое обслуживает дом, находится всего в квартале от злополучного здания. Туда, заручившись поддержкой жильцов, направляются корреспонденты нашей программы. Но от одного вида телекамер в учреждении повисает гробовая тишина, а сотрудники в считаные секунды баррикадируются в кабинетах.

Представитель ГП «ЖЭУ №1 Заводского района г. Минска»:
Если наш руководитель находится в вышестоящих организациях, то его никто не замещает. Заместитель есть. Вот – Наталья.

Наталья, представитель ГП «ЖЭУ №1 Заводского района г. Минска»:
Я не буду разговаривать.

Пока одни работники ЖЭУ скрываются от объективов, другие увиливают от простых вопросов. 

Беседа корреспондента СТВ с представителями ГП «ЖЭУ №1 Заводского района г. Минска»:
– С руководителем с Вашим можно как-то связаться? Здравствуйте. А есть номер директора, зам. директора?
– У него нет сотового рабочего, есть городской телефон.
– Но я так понимаю его здесь нет, и на городской смысла звонить нет?
– Да.

Директора учреждения, всё-таки, удалось застать на рабочем месте. С его слов, проблемы в доме они пытаются решать всеми силами.  

Сергей Катков, директор ГП «ЖЭУ №1 Заводского района г. Минска»:
Капитальным ремонтом занимается ЖКХ Заводского района. Там есть отдел капитального ремонта.

Корреспондент СТВ:
То есть вы к этому дому не относитесь?

Сергей Катков:
Мы обслуживаем. Техническое обслуживание. Но дом, действительно, требует капитального ремонта.

Корреспондент СТВ:
Какие последние работы проводились вашей организацией?

Сергей Катков:
В 3-ем подъезде замена трубопровода. Был порыв буквально недавно.

Корреспондент СТВ:
Мы сегодня там были. Он течёт.

Сергей Катков:
Мы варим. Но там не к чему варить. Идёт прорыв дальше, и дальше, и дальше.

Корреспондент СТВ:
Как собираетесь решать проблему?

Сергей Катков:
Дом надо ставить на капитальный ремонт.

Но для жильцов дома это всего лишь пустые обещания! Сейчас люди не на шутку боятся обвала, ведь балконы дома полностью покрыты трещинами. 

Светлана Якубович:
Ответ пришел: это ваша частная собственность, и ремонтируйте сами балконную плиту.

Сергей Катков:
Насчёт плиты я не слышал.

Сергей Катков:
Но это в вашей компетенции

Сергей Катков:
Да. Маляр-штукатур к двум часам к вам подойдёт. Квартира 134. Хорошо.

Несмотря на обещания, люди не верят не единому слову и требуют лишь одного – в кратчайшие сроки привести дом в божеский вид! Покидая организацию, жильцы дома встретили и сотрудника ЖРЭО, который отвечает за ремонт во дворе. 

Сергей Рубанов, главный инженер КУП «ЖКХ Заводского района г. Минска»:
Сегодня там будут. Будет назначена комиссия, выйдут специалисты, кураторы по исполнению и посмотрят каждую проблему. Разрабатывается вопрос о следующей пятилетке по постановке домов на капитальный ремонт, и данный дом будет также рассматриваться о включении в эту программу.

Корреспондент СТВ:
Если этого не произойдёт?

Сергей Рубанов:
Я думаю, что произойдёт. Мы рассматриваем этот дом, как включение в программу капремонта.

На следующий день после визита наших корреспондентов жильцы дома снова обратились в редакцию. Люди уверяли – после приезда съёмочной группы из ЖЭУ уволили главного инженера, но вот заветный капремонт пока так и не начался. Чем закончится эта история – узнаем совсем скоро. Мы будем следить за развитием событий. 


Александр Лукашенко: быть у истоков создания Европейских игр – честь для Беларуси

Адам Квятковски: При проведении III Европейских игр в Польше будем учитывать белорусский опыт

Василий Кириенко выиграл золото в гонке с раздельным стартом

«Поддержать своих». Как болельщики поддерживают спортсменов во время шоссейной гонки в Минске

Татьяна Шаракова: «Индивидуальная гонка – это очень тяжёлый вид»

Концерты, мастер-классы спортсменов и активности для детей. Что происходит на фан-зонах около Дворца спорта

Они исполнили песню Барских на баяне. Послушайте, как получилось

Состоялся телефонный разговор Александра Лукашенко с президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном