Что ждёт экономику Беларуси и какие политические процессы сейчас происходят в нашей стране? Мнение экспертов

23.08.2020 - 20:43

Новости Беларуси. В студии программы «Неделя» на СТВ Сергей Рачков, председатель Постоянной комиссии Совета Республики по международным делам и национальной безопасности и Василий Гурский, директор института экономики Национальной академии наук Беларуси, кандидат экономических наук, доцент.

Игорь Позняк, СТВ:
С чем мы имеем сейчас дело? То, что сейчас происходит в стране и с точки зрения безопасности, и сточки зрения экономики, и с общечеловеческой точки зрения?

Разброс не только мнений, но и разброс тех основ, от которых люди отталкиваются в своих суждениях

Сергей Рачков, председатель Постоянной комиссии Совета Республики Национального собрания Беларуси по международным делам и национальной безопасности:
С точки зрения безопасности мы наносим определенный урон своей безопасности. Тем не менее те, кто провоцирует ситуацию, должны четко понимать, что в Беларуси государственные институты функционируют и выполняют работу, которая определена Конституцией и законодательством. Общественно-политическая ситуация непростая, существует много мнений, порой полярные мнения. Общество несколько взбудоражено, если не сказать возбуждено. У каждого своя точка зрения. Кто-то отталкивается от каких-то одних вопросов, другие глубже погружаются в какую-то другую тематику. Разброс не только мнений, но и разброс тех основ, от которых люди отталкиваются в своих суждениях.

Но последние дни показывают, что несколько эмоции спадают. Конечно же, сохраняется определенное противостояние. Но то большинство, которое первые дни, скажем так, молчало, наблюдало за тем, что происходит, – это большинство высказалось в рамках правового поля, политического процесса, в ходе выборов. Оно сейчас тоже очень громко начинает заявлять о своей позиции, своем мнении. Я посещал ряд митингов, которые проходят сейчас. И когда говорят, что людей собирают на эти митинги – ну, скажем так, другая сторона тоже собирает.

Игорь Позняк:
Ну, людей собирают, с другими эмоциями приходят.

Сергей Рачков:
Да, с другими эмоциями абсолютно. Я хочу сказать, что митинг заканчивается (более часа идет митинг, вроде бы уже и гимн даже исполнили белорусский), но люди все равно подходят к микрофону, берут микрофон и продолжают обсуждать, высказывать свои мнения. И еще митинг продолжается полтора часа. Поэтому тут вопроса о том, что кто-то кого-то подталкивает или собирает, не существует. Сегодня всех заботит обстановка в стране, будущее страны.

Василий Гурский, директор института экономики Национальной академии наук Беларуси:
И вот здесь прослеживаются два совершенно четких вектора. С одной стороны, государство пытается всеми силами стабилизировать обстановку в стране, всячески успокоить протестные отношения и сохранить производственный потенциал, чтобы экономика не пострадала. В конце концов экономика – это мы, наши люди, наши доходы, наша жизнь.

Даже если какие-то протестные отношения затихают, тут же находятся предложения, допустим, не платить за коммунальные услуги, снимать деньги со счетов

И прослеживается совершенно иной вектор деятельности, который направлен на расшатывание ситуации любыми способами. Даже если какие-то протестные отношения затихают, тут же находятся предложения, допустим, не платить за коммунальные услуги, снимать деньги со счетов в банках. То есть делать всякого рода провокации, чтобы только ослабить государство, ослабить экономику.

Игорь Позняк:
Но ведь ослабить и себя самого.

Василий Гурский:
Конечно же. В результате мы делаем хуже только самим себе. Это называется стрельнуть себе в ногу.

Игорь Позняк:
Сергей Анатольевич, вы опытный дипломат. Подобные сценарии в мировой практике к чему приводили?

Сергей Рачков:
Сегодня многие говорят о том, что в Беларуси осуществляется попытка реализовать сценарий цветной революции. Отдельные элементы присутствуют. С моей точки зрения они пока не приносят тех, может быть, результатов, которые хотели бы организаторы. Но я был свидетелем ряда таких вот событий в нескольких странах, где я долгие годы работал. Конечно, в арабском мире.

Некоторые из стран потеряли свою государственность, фактически они разрушили государство. Там неуправляемые политические процессы, экономика упала. Есть и страны, которые потом все-таки одумались – люди одумались, люди остановили эти процессы. Но, тем не менее, нанесли огромнейшие, колоссальные потери. В первую очередь, своему международному авторитету, во-вторых, падение национальной валюты происходит просто в разы – в 4-5 раз растут цены.

Игорь Позняк:
Давайте вспомним ту самую галопирующую инфляцию, которую мы имели в 90-е годы. Люди постарше наверняка помнят, когда за курсом просто не угнаться было и даже существовало несколько курсов в стране одновременно. Мы этого сейчас хотим?

Имиджевые потери скажутся и на экспорте продукции, валютной выручке, а через нее – прибыли предприятий, зарплате работников

Василий Гурский:
Основной предпосылкой стабильного курса в стране является стабильная работа предприятий, реального сектора. Если каким-то образом остановить, допустим через забастовки, работу некоторых предприятий, это может повлечь за собой очень нехорошие последствия и в плане курса. Но здесь, конечно, больше имиджевые потери возможны. Это наиболее быстро и долгосрочно действует – потерять авторитет у международных финансовых организаций, которые предоставляют международные займы и влияют на привлечение инвестиций в страну. Это скажется и на экспорте продукции, валютной выручке, а через нее – прибыли предприятий, зарплате работников. И в конце концов люди, которые не получили зарплату по причине того, что сами не пошли на работу, начнут возмущаться. И конечно, возмущение прежде всего будет в сторону государства.

Сергей Рачков:
Мы должны напомнить, что все-таки мы экспортоориентированная страна: более половины ВВП формируется за счет экспорта. У нас нет ни металлов, ни других серьезных полезных ископаемых, поэтому стране нужна валюта. А валюту мы можем заработать, только продав свой товар. Если в советские времена было достаточно просто произвести и сложить на склад, то сегодня это не работает, сегодня важно произвести, продать и получить выручку.

Игорь Позняк:
Это было в свое время поручение Президента – чтобы все дипломаты за рубежом и все наши дипмиссии за рубежом фактически были эдакими министерствами торговли. Наши дипломаты впрягались в это?

Как Чрезвычайный и Полномочный Посол 90 % времени посвящал продвижению белорусского экспорта в тех странах, где представлял государство

Сергей Рачков:
Я вам на личном примере приведу, что я как Чрезвычайный и Полномочный Посол 90 % времени ежедневно посвящал продвижению белорусского экспорта в тех странах, где я представлял наше государство. Это сложнейший процесс, мы отработали очень многие механизмы. Мы за это время добились в этой сфере значительных успехов – диверсифицировали рынки. Сегодня же не просто борьба за рынки, идет война за рынки. И вот эпидемия COVID-19 показала, что идет четкое перераспределение участников рынков. Мы должны воспользоваться определенными окнами возможностей, чтобы найти ниши для нашей продукции. Нас никто не ждет, пусть никто не обманывает себя – ни рабочие, ни интеллигенция. Нас никто на внешних рынках не ждет. Это бизнес.

Игорь Позняк:
Причем бизнес мирового масштаба.

Сергей Рачков:
Да. Мы – производители сложнейшей техники, у нас достаточно конкурентов.

Игорь Позняк:
Те, кто призывает к забастовкам, мне кажется, делают такую услугу нашим конкурентам. На днях я читал, что уже руки потирает главный мировой конкурент «Беларуськалия». Если упустить момент, это чем может обернуться? Меня еще в университете учили: каждый четвертый доллар в казну поступает от экспорта калийных удобрений. Сейчас может быть другая картина, но, в принципе…

Сергей Рачков:
Это одно из бюджетообразующих предприятий.

Игорь Позняк:
И бюджето-, и валовообразующих, и градообразующих предприятий.

Сергей Рачков:
Что думают себе граждане и жители Солигорска? Если остановится (предприятие – прим. ред.) – это учителя, это врачи, это работники культурной сферы. Они все завязаны на работу.

Игорь Позняк:
Граждане и жители Солигорска, если уж на то пошло, всегда возглавляли рейтинг средней зарплаты в стране. Правда ведь, больше чем в Минске?

Василий Гурский:
Да, конечно.

Сергей Рачков:
3 600 рублей средняя зарплата на «Беларуськалие» – цифра все-таки звучит на зависть многим. Почему бы не работать? Почему бы не выдавать на-гора калий, не продавать? Бороться не в своей стране, а бороться за пределами за рынки, за сбыт, за более конкурентоспособную цену, выгодную для страны? Вот это более сложная задача.

В мировой экономике основным критерием эффективности предприятия является не столько его сиюминутная прибыль, а рынки сбыта

Василий Гурский:
Сейчас в мировой экономике основным критерием эффективности предприятия является не столько его сиюминутная прибыль, которую оно получает, потому что на некоторых этапах эта прибыль может быть даже очень небольшой или даже убытки понести. Главный актив – это рынки сбыта. Если предприятие занимает значительную долю мирового рынка, как наш «Беларуськалий», то оно представляет огромный интерес даже с точки зрения не производственных мощностей, а с точки зрения этого рынка сбыта, который формирует возможность получения выручки и в дальнейшем большей прибыли, формирует возможность доминировать на рынке и диктовать свои условия. Вот за это борются международные корпорации. Это представляет наибольший интерес, можно сказать, лакомый кусочек для них.

Игорь Позняк:
Но не только «Беларуськалий»?

Василий Гурский:
Конечно, не только «Беларуськалий».

Игорь Позняк:
Тот же МТЗ – это каждый десятый трактор в мире – это наш «Беларус»?

В том же Будапеште в 90-е годы приватизировали водоканал – а потом всем миром выкупали у французских корпораций

Василий Гурский:
Да. Сюда можно отнести даже нашу коммунальную сферу. Хотя она не на мировом рынке, но внутри страны – благодаря тому, что государство сохранило контроль над коммунальной сферой – она занимает 100 % нашего внутреннего рынка. И если мы говорим о системах водоснабжения, системах газоснабжения, то это 100 % нашего внутреннего рынка. Это тоже большой актив.

Благодаря тому, что государство сохранило у нас контроль над этим, не разбазарило эти активы, у нас люди получают социальные и коммунальные услуги по приемлемым ценам, могут себе обеспечить достойную жизнь. В некоторых странах еще в 90-е годы пошли по пути приватизации коммунальных предприятий, допустим, водоканалов. В том же Будапеште была ситуация в 90-е годы – они приватизировали водоканал – а потом, если не ошибаюсь, в 2013 или 2015 году, что называется, всем миром выкупали у французских корпораций этот водоканал, чтобы можно было устанавливать свои цены на социальные услуги.

Ситуация не способствует работе отрасли – туристической, гостиничного бизнеса, ресторанного. Мы несем просто колоссальные потери

Сергей Рачков:

Я хотел бы обратить еще внимание на очень важную отрасль экономики, которая за последние годы у нас начала стремительно развиваться, в которую мы вложили колоссальные средства, – это туризм. Не секрет, что почти 100 % торговли приватизировано, в сфере сервиса тоже в основном частные деньги. Какие потери эти сферы понесли только из-за эпидемии? Они только начали восстанавливаться, как сейчас эта ситуация, которая не способствует работе отрасли – туристической, гостиничного бизнеса, ресторанного. Мы несем просто колоссальные потери.

Вот я обратился к солигорчанам, обращаюсь сейчас к минчанам. Мы, минчане, понесем очень серьезные потери. Построено много шикарных отелей, к нам начали ездить иностранцы.

Игорь Позняк:
А агротуризм, который буквально на наших глазах построен за последние 10 лет?

Сергей Рачков:
А санатории, которые были под 101 % заняты? Сейчас многие санатории, скажем так, несколько месяцев под 30 % были загружены. Это все тоже белорусы, наши люди, которые работают в этой сфере. Эта сфера должна нам приносить значительно больше того, что она приносила ранее. Это самая перспективная сфера. Как IT-сфера не требует металла, газа, нефти. Это то, что мы умеем делать, то, что нам интересно делать. Мы – креативная нация и это доказываем, развитие агротуризма доказывает. Это то, что есть – природа, то, что мы можем использовать и монетизировать.

Сельскохозяйственная продукция демонстрирует нам увеличение экспорта, она может компенсировать для экономики в целом эти потери

Василий Гурский:
Падение в туристической сфере еще больше усиливает актуальность стабильной работы системообразующих, крупных промышленных предприятий. Потому что в условиях, когда не работают эти сферы (не работают по причине коронакризиса, во всем мире они свернулись), основным валовообразующим станут именно промышленные предприятия. Сельскохозяйственная продукция демонстрирует нам увеличение экспорта, она может компенсировать для экономики в целом эти потери.

Сергей Рачков:
Обратите внимание на эти две с небольшим недели. Цифры показывают: в сельском хозяйстве идет прирост на пять с лишним процентов. Крестьяне, сельские люди, работают. Убирают урожай, сеют. Неужели мы хотим оказаться в 90-х с пустыми полками? Неужели мы клюнем на то, что нам обещает наполнить наши полки кто-то другой?

Игорь Позняк:
Наверняка проблема в том, что те, кто призывает к этим протестам, забастовкам, а порой и неким радикальным мерам, не видели эти пустые полки. Не видели талоны, которые наши мамы или мы вырезали маникюрными ножницами, приходя в магазин, количество нулей невероятное на ценниках, пустых прилавков, когда нужно занимать очередь за три часа до открытия магазина.

Я хочу подчеркнуть, что все, о чем мы сейчас говорим, говорим ведь превентивно. Слава богу, пока точку невозврата мы не прошли.

Буллинг, который идет против педагогов… Я просто еще раз призываю подумать очень хорошо тех, кто этим занимается

Сергей Рачков:
Не прошли, и я уверен, что не пройдем. Государство функционирует, государство у нас состоявшееся, поэтому все разговоры о том, что здесь что-то получится, несостоятельны тоже. Я бы так сказал: нет у нас и глубокого какого-то политического кризиса, больше сейчас эмоции, определенное подстрекательство, которое мешает людям заниматься делом.

И поэтому выход в целом из этой ситуации – надо нам охладить головы, вспомнить, что надо трудиться более качественно, зарабатывать деньги, надо отправлять детей в школу – очень важно, 1 сентября не за горами. Педагогический корпус готовится, но тоже находится в определенном состоянии волнения, потому что буллинг, который идет против педагогов… Я просто еще раз призываю подумать очень хорошо тех, кто этим занимается. Это бумеранг, он вернется. Он вернется к вам.

Игорь Позняк:
Этим людям через неделю учить ваших детей.

Экономические отношения с Россией возникали не спонтанно, не под настроение. Это абсолютно объективные условия нашей жизни

Что касается программы, которая на днях была озвучена координационным штабом оппозиции. Кстати, за создание того самого координационного штаба на днях было возбуждено уголовное дело – это отдельная тема. Один из пунктов той самой программы – давайте-ка мы закроем границу с Россией, обрубим все эти наши тысячи, миллиарды ниточек кооперационных связей с регионами, с Россией, которые наш Президент лично начинал еще в 90-е годы, когда лично ездил по регионам России. Я очень хорошо помню это как журналист. Чем может обернуться с геополитической и экономической точки зрения реализация этого одного пункта программы?

Василий Гурский:
Меня всегда удивляло это фатальное стремление некоторых людей разрушить якобы для того, чтобы потом что-нибудь построить.

Игорь Позняк:
Это совершенно обычный, знакомый революционный лозунг: разрушить до основания, а потом… А что же потом?

Василий Гурский:
Экономические отношения с Россией возникали не спонтанно, не под настроение. Это абсолютно объективные условия нашей жизни. Республика Беларусь небольшая, малая открытая экономика. Внешняя торговля критически важна для нашего развития. И самым близким, самым доступным рынком сбыта для нас является именно российский рынок.

Однако мы не замыкаемся на России, у нас многовекторная внешнеэкономическая политика. Более 25 % экспорта идет в Европу. Но если мы проанализируем, в основном в Европу идут нефть и нефтепродукты, калийные удобрения, дерево, топливо и прочее, то есть продукция с низкой добавленной стоимостью, почти сырье. На Россию у нас приходится более 40 % экспорта. И туда у нас идут молочная и мясная продукция, трактора, тягачи, большегрузные автомобили – продукция с высокой добавленной стоимостью. Этот рынок для нас предпочтительный. В Европу с этой продукцией нас никто просто не пустит.

Игорь Позняк:
А высокая добавленная стоимость это наши деньги.

Василий Гурский:
По большому счету это в конце концов зарплаты наши. Конечно, и наполнение бюджета, и здравоохранение, но это прежде всего наша зарплата. И потеряв… точнее, не потеряв, нас же оттуда никто не выпихивает, ну, кроме обычной конкуренции, совершенно нормальной на мировом рынке. Если мы сами, как некоторые соседние страны, откажемся от российского рынка, мы сами себе навредим. Возникает логичный вопрос: для чего это? Что мы этим выиграем? Просто так, на эмоциях, заодно с неуплатой коммунальных услуг?

Те предложения, которые выдвигаются альтернативными активистами, совершенно не связаны ни с каким улучшением. Как мы говорили про ЕАЭС, допустим. Они связаны с остановкой производства, с забастовками. Потеря рабочего места никогда не была улучшением для человека – это воспринималось всегда катастрофа для него и для его семьи. Важно сохранять чувство ответственности и понимать, что перемены должны быть взвешенными, подготовленными, конструктивными, в правильном русле.

Игорь Позняк:
Какие у нас могут быть перемены, Сергей Анатольевич? В законодательной плоскости вы представляете верхнюю палату Парламента.

Те политические силы, которые желают принять участие в подготовке Конституции, пусть принимают участие

Сергей Рачков:
Нам пытаются навязать вот этот лозунг. Но, если говорить об изменениях, то и власть на протяжении последних нескольких лет говорила, что мы постоянно эволюционно совершенствуемся. Новый Совет Республики, который проработал шесть месяцев и провел первую сессию – за это время мы одобрили около 55 законопроектов.

Около 35-40 законопроектов проходили через комиссию по международным делам и национальной безопасности. И они были больше посвящены вопросам совершенствования и создания более благоприятных условий для внешней торговли и для внешнеэкономической деятельности. Вы видите, на что были направлены эти документы? Чтобы больше продавать, больше поступало валюты в страну, больше инвестиций поступало в страну. И тем самым повышать уровень и качество жизни наших людей.

Второе – это Конституция. Здесь работа ведется над изменениями в Конституцию, о которых мы заговорили даже раньше, чем в Российской Федерации. Глава государства недавно отметил, что были представлены уже некоторые варианты, но они не соответствуют сегодняшнему дню. Необходимо продолжать работать в спокойной, нормальной обстановке. Те политические силы, которые желают принять участие в подготовке этого документа, пусть принимают участие.

Игорь Позняк:
Вы правильно сказали – в спокойной обстановке. Мы всегда гордились тем, что у нас в Парламенте никогда не было мордобоев, что у нас в Парламенте никогда не таскали за волосы друг друга. Ведь правда? Как это – бизнес любит тишину? Законотворчество тоже любит тишину и разум.

Улица уже нанесла значительные потери Республике Беларусь: и экономические, и репутационные

Сергей Рачков:
В законотворчестве много чего можно сделать, надо сделать, и мы уже начали это делать. Много принимается и принималось законов, которые, как потом жизнь показывает, ничего для жизни не дали. Не помогли улучшить качество жизни людей. Поэтому мы сразу же этот портфель перетрясли, пересмотрели, что является приоритетом для страны. Необходимо идти поэтапно, вдумчиво, профессионально. Через улицу эти вопросы не решить, улица может только остановить эти процессы.

Улица уже нанесла значительные потери Республике Беларусь: и экономические, и репутационные. Тот, кто этим не занимался и не занимается, просто не представляет, какой это колоссальный труд – добиться, чтобы тебя узнали, тебя признали.

А за последнее десятилетие Беларусь и узнали, и признали. Посмотрите, мы возвращаемся к теме национальной безопасности. 2018, 2019 год – три крупнейшие международные конференции проводятся в Республике Беларусь по линии ООН, по линии ОБСЕ, к нам приезжают представители из более 50 стран, которые активно участвуют в обсуждении вопросов международной, региональной безопасности.

Мы стали на путь, на котором старались (сделать так – прим.ред.), чтобы мы не стали, чтобы мы не получили этот авторитет, чтобы мы не включились в реальную дискуссию о новом миропорядке, например, о мировой безопасности, о распределении экономических выгод и преференций. Что стоят призывы выйти Беларуси из ЕАЭС, который мы столько лет создавали, создаем, укрепляем в том числе огромным трудом белорусов. Или из ОДКБ – это уже вопросы безопасности, внешней и внутренней безопасности.

Игорь Позняк:
Выйти можно, а где возьмут, где нас ждут? Нигде, в других союзах и объединениях ведь не ждут нас с распростертыми объятиями.

Сергей Рачков:
Ну, может быть и заявляют, что кто-то ждет, но когда дойдет до дела – все это останавливается.

Василий Гурский:
Например, Турция подписала договор об ассоциации с ЕС в 1963 году и до сих пор стоит в очереди и ждет, когда же все-таки снизойдут. Полвека. В Украине тоже мы видим, что с огромными уступками, с огромными потерями для своей экономики они добились этого соглашения об ассоциации. А никаких выгод до сих пор не видим. Европа им выделяет настолько мизерные квоты на торговлю своими товарами на рынках ЕС, что они ни в коей мере не могут компенсировать потерю российского рынка. Поэтому одни потери. По большому счету ЕАЭС строился именно в интересах стран-участниц, в том числе и в национальных интересах Республики Беларусь. И там прописаны очень хорошие для нас условия, остается просто воплощать и получать от этого дивиденды.

Наверное, надо подумать и о том, что впереди: а будет ли то государство, в котором я живу?

Игорь Позняк:
Какие уроки мы должны вынести из нынешней непростой ситуации?

Василий Гурский:
Когда необходимо помириться, говорят: сделай 10 вздохов и только потом начинай говорить. Мне кажется, как раз ситуация сложилась такая, что особо горячим головам нужно спокойненько стать, сделать 10 вздохов – может, чуть больше, может, какое-то время подождать, когда страсти успокоятся, улягутся, – и в мирной конструктивной обстановке обсуждать те проблемы, те претензии, которые были высказаны, и совместно находить пути решения.

Сергей Рачков:
Наверное, еще время не настало, чтобы делать крупные выводы и извлечь крупные уроки. Определенные моменты уже видны. Мы, наверное, где-то расслабились, мы хорошо стали жить, большинство из нас. Призываю в качестве примера тех иностранцев, которые к нам приезжают, которые удивлены. Газеты пишут на Западе одно, приезжают к нам – видят совершенно другую страну: красивую, ухоженную, с прекрасным народом, который улыбается, а не так, как пишут западные газеты, что мы хмурые и не улыбаемся. Прекрасно работает промышленность, прекрасные поля, сельское хозяйство.

Эта ситуация встряхнет нас всех, мы, наверное, произведем какую-то переоценку ценностей. Нельзя жить только открытием новых торговых точек, новых брендовых магазинов, думать только об этом, о новых автомобилях. Наверное, надо подумать и о том, что впереди: а будет ли то государство, в котором я живу? Останется ли это государство, которое в целом выполняет свои социальные обязательства?

Loading...


Европейская «тройка» снова отвергла попытку США вернуть санкции против Ирана



Великобритания, Франция и Германия вновь отвергли инициативу США о возврате санкций ООН в отношении Ирана, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.  

Европейская «тройка» отмечает, что Соединенные Штаты перестали быть участниками Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе после их выхода в мае 2018 года из этого соглашения.  

В заявлении подчеркивается, что любые действия, предпринятые с целью возвращения ограничений, не будут иметь юридической силы.