Если голуби идут навстречу друг другу – любовь в расцвете. О чем говорят символы на вышивке и кто постигает секреты белорусских ремесел?

14.01.2018 - 23:49

Новости Беларуси. Один из лауреатов премии «За духовное возрождение» – коллектив Октябрьского районного дома ремесел. Руками этих мастеров воссоздаются узоры рушников двухвековой давности, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Вещь особенная не только для белорусских деревень. Рушники ткали на свадьбы, украшали иконы, благословляли детей – это целое искусство, на работу у мастера в среднем уходит три месяца. Все вручную. А символы на вышивке всегда несут значение.

Чаще красными, реже черными нитями наши прабабушки расшивали одинаково белые тканые полотна рубах. Каждым стежком и движением руки, вкладывая сакральный смысл, без слов рассказывали историю жизни того, кто ее наденет и будет носить оберегом.

Наталья Молокович, мастер Октябрьского районного дома ремесел:
Это рубашка из деревни Волосовичи, мы возобновляем эту рубашку. Пересняли узор: это будет рукав.  По деталям сначала вышивается, а потом уже собирается и  шьется рубашка.

От региона к региону, от деревни к деревне узоры разнились по формам и цветам. Мастерицы из октябрьского дома ремесел 20 лет назад поставили перед собой амбициозную задачу. Сквозь 2 столетия протянуть нить тонкую нить связи между разными поколениями одной земли.

Тамара Станиславчик, мастер Октябрьского районного дома ремесел:
Мы сначала ездим в экспедицию, ищем бабушек, которые могли бы нам что-то рассказать, что-то показать. Затем мы приезжаем сюда, все фиксируем.

Татьяна Холодок, директор Октябрьского районного дома ремесел:
В наименьшем масштабе с учетом всех локальных традиций, особенностей. Чтобы все подробнее потом возродить, то есть аднавиць той касцюм ці той выраб, які мы вось папрасілі у бабулі, каб яна нам пра яго штосьці расказала, паказала.

Сейчас им даже приносят свое наследие прямо на выставках – просят вдохнуть новую жизнь.

Цветы и листья, которые оживают на ткани имеют свое значение. На тканом полотне, как и в жизни, нет бесследных и случайных точек.

Наталья Молокович:
Если голуби идут навстречу друг другу, то это означит, что любовь в расцвете, дело идет к свадьбе. Птицы, которые идут в разные стороны, то это обозначало или потеря, или отъезд. Во время войны вышивали такие, когда теряли человека.

Мода на белорусское и белорусскоть пробудила в жителях нашей страны интерес к традициям, говорят мастерицы. Желание молодых людей связать себя узами брака в национальных костюмах – уже не удивляет. И здесь с радостью готовы помочь создать уникальную вещь с очень личной историей.

Тамара Станиславчик:
Год назад мы делали на молодую пару. Они захотели на свадьбе быть в такой рубашке. Здесь узоры такие семейные и продолжение рода.

Еще одним древним и ярким символом нашего костюма значится пояс, со временем он, конечно, видоизменился. Привычный нам предмет гардероба в создании далеко не так прост, как кажется – даже опытному мастеру около двух дней интересной и кропотливой работы необходимо.

Анна Молокович, мастер Октябрьского районного дома ремесел:
Нужно разложить правильно нитки по цвету, чтобы получить такой узор. Есть разные виды плетения: можно на досочках, можно просто узелками плести, например.   

Особая роль в нашей истории отведена рушникам. На нем выносят хлеб и соль дорогим гостям, его постилают под ноги молодым – в той или иной степени это изделие с особой энергетикой и для особых случаев. Любовь к ткачеству у Марии Ивановы на генетическом уровне – ее бабушка ткала, позже мама, теперь и она сама.

Мария Сарнавская, мастер Октябрьского районного дома ремесел:
Создавая свое изделие ты передаешь свою энергетику этому изделию, и по этой энергетике оно и будет служить. Под ноги молодым – вот рушники. Там вообще даже слова плохого нельзя говорить для того, чтобы молодые жили.

Сколько рушников выткала она даже и не сосчитать. За десяток лет, ее руки огрубели от постоянного контакта с пряжей, а в голове сложились тысячи замысловатых узоров.

Мария Сарнавская:
В экспедиции одной женщине задала вопрос. Вот она постилки такие, много постилок – целый сундук. Говорю, узоры, вот как вы, у вас записи какие-то есть или что? А она мне показала – вот тут в голове должно быть все.

Но намного важнее то, что в сердце. У каждой из этих мастериц там – безусловная любовь к своему делу, земле и традициям. Они охотно передают ее тем, кому важно сохранить и продолжить яркий путь своих предков.

Loading...


«Меч как живой, только им никого нельзя зарезать». Чем живут белорусские ремесленники?



Новости Беларуси. За последние пять лет количество ремесленников в нашей стране увеличилось в четыре раза. Сейчас их более 8 тысяч, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Откуда такой интерес к народным традициям, и какие ремесла развивают белорусы? Выясняла Кристина Федорович.

– У меня, допустим, меч легионера десятого легиона. Как живой, только что им нельзя никого зарезать. Раньше можно было, сейчас нельзя, они все не заточены.
– А этот?
– А это меч ведьмака.

Два месяца кропотливой работы, и старинное оружие готово. В мастерской Александра прописались войска, которые не знают поражений. Настоящая мечта полководца.

Все началось в школе с лепки из пластилина, а после художественная обработка металла стала делом всей жизни. Ну а что из этого вышло – лучше один раз увидеть.

Александр Апанович, историк, реконструктор, член Союза мастеров Беларуси:
Вот мои любимые тамплиеры. Вот он, рыцарь-тамплиер на коне. Это самая интересная тема, XII-XIII век, эпоха крестовых походов. Это не самая сложная из фигурок. Схема такая же: это лепка и потом отливка. В чем прелесть – здесь еще покраска.

Такая фигурка может обрести нового хозяина в среднем за 40 рублей. Важна не материальная сторона. За каждой из них – своя эпоха, национальность и биография.

Анастасия Мороз, ремесленница:
Создание такой мышки – часов пять-шесть. Но это учитывая, что она уже не первая, мышки пользуются популярностью и рука набита.

В руках Анастасии охотничьи трофеи становятся искусно выделанными зверюшками (найдите пять отличий от настоящих). Главный секрет: только натуральная овечья шерсть и любовь к своей работе.

Анастасия Мороз:
Приходишь, оформили, без проблем работаешь. Для меня было вообще шикарно, никаких ограничений.

В основном повторяют своих животных. Даже были варианты, пару заказов, что животных уже нет, мне скидывали фотографии, и я делала по аналогу. Были счастливы люди, что осталось воспоминание.

Хендмейд у нас еще как-то ассоциируется с «подешевле». За границей хендмейд – это что-то на уровне фантастики. Для Беларуси ценник ниже гораздо.

Руслан Красичков, ремесленник:
Прошлого века антикварные стулья наши 70-х годов, очень интересные и в таком формате восстановленные.

Глина, металл, лоза и дерево – все эти материалы подвластны Руслану. Пять лет назад он оставил работу в офисе и полностью посвятил себя ремесленничеству, открыв лавку. В ней можно найти почти все: от детских игрушек до банных принадлежностей.

Руслан Красичков:
По сей день, на протяжении пяти лет, я не пользуюсь совершенно никакими средствами по уходу за телом и за собой другими, только своими. Все в моей семье, мои родственники, пользуются моим мылом, моими мочалками натуральными.

Я работаю 24 часа в сутки, потому что, даже ложась спать, ты понимаешь, что мозг не отключается. Постоянно какие-то вынашиваешь изделия, засыпаешь и просыпаешься со своими работами, которых еще нет. Ремесло, оно человека никогда не отпускает. Если ты один раз в него вошел, ты в нем на всю жизнь остаешься.

Илья Аристов, ремесленник:
Круціцца, круціцца, выравніваецца, прасуецца. І рэшта рэшт атрымліваецца такое донца.

А вот для Ильи слова работа и ремесло не одно и то же. Мужчина трудится на заводе, свободное время посвящает плетению, это его панацея. Хотя в лихие 90-е первую шляпку своими руками мастер делал почти два года.

Илья Аристов:
На такі капялюшык трэба 17 гадзін. Убачыў у сябра капялюш на галаве, і так захацелася мець самому. Прыставаў да яго: «Навучы!». Ён паказаў самае галоўнае – рух, як пляцецца зубатка (яна «зубатая» такая) з чатырох саломін. Атрымалася.

Один такой головной убор можно купить за 65 рублей. В среднем берут две шляпы в месяц, поэтому говорить о большом доходе от ремесла приходится крайне редко.

Но все-таки о меткости: можно ли превратить хобби в бизнес, а главное – как и где реализовывать хендмейд-изделия?

Кристина Федорович, корреспондент:
Ремесленники оттачивают не только свое мастерство, но и навык использования интернет-пространства. Взять тот же Instagram. Страничек с предлагаемым товаром масса, будь то изделия из бисера или мыло. В описании профиля часто можно встретить надпись «доставим в любую точку мира». Географически получается, можно сказать, масштабный бизнес. Правда, где та самая грань между ремесленником и самозанятым?

За пять лет в Беларуси стало в четыре раза больше ремесленников

Уникальность в каждом очертании и, конечно, в том, что все сделано своими руками. Благодаря таким преданным своему делу людям все отчетливее выражается творческое «я», а как следствие – колорит белорусской культуры.