Ирина Сазанович (мастер по куклам): «У меня есть куклы, которые я сделала специально для Любови Черкашиной»

10.10.2013 - 13:04

В студии программы «Утро» на СТВ настоящая волшебница, кукольных дел мастер – Ирина Сазанович.

На самом деле, Ирина – профессиональный психолог. И куклами начала заниматься только полтора года назад. С чего все началось?

Ирина Сазанович, мастер по куклам:
Все началось совершенно случайно. Увидела игрушку в Интернете и подумала, что смогу сделать такое сама. А у меня есть две дочери, так что создавать кукол есть для кого. Выбрала стандартную схему выкройки куклы-тыквоголовки, хотя был достаточно большой выбор. Мне показалось, что она больше остальных приближена к реальности.

Понятно, что выкройки можно найти в Интернете и как-то научиться шить. Но чтобы делать эти удивительные глаза, которые у всех игрушек разные, надо быть настоящим художником.

Ирина Сазанович:
Я не могу сказать, что образ для кукол продумываю заранее. Иногда он возникает уже в процессе работы, а бывает, что задумываешь одно, а в итоге получается совсем другое. Но свою первую куклу, Ангела, я делала с особым усердием и старалась ничего лишнего в неё не добавлять.

А не жалко расставаться с этими созданиями?

Ирина Сазанович:
Даже радость какая-то есть в душе. Потому что приятно, когда люди ценят твою работу, понимают. И изначально, когда человек собирается приобретать себе такую куклу, он понимает, что у неё свой характер, история и особая частичка души творца. У меня есть кукла, которую я сделала специально для Любови Черкашиной, а теперь она тоже живет у Марины Гончаровой, художественной гимнастки.

А психолог Ирина непосредственно участвует в создании кукол?

Ирина Сазанович:
У меня нет кукол, которые были сделаны под влиянием соседа, плохо играющего на музыкальных инструментах. Просто однажды мне захотелось сделать немного вредную куклу «Маю», и через какое-то время создать для неё сестру.

Раз уж мы познакомились в Маей и Ангелом, то представьте остальных.

Ирина Сазанович:
Все куколки тонированы вручную кофе, корицей и ванилью. Волосы из натуральной овечьей шерсти, одежда из хлопка.
Это – Нора. Хоть и уже наступила осень, но я задумывала ей счастливые глаза. Так что она рада даже холодной погоде.

Вот некоторые куклы сидят, а есть и на подставках. Видимо, с последними вы принимаете участие в выставках...

Ирина Сазанович:
Да, ходим все вместе. Участвовали у нас в Беларуси на выставках. Очень приятно, что их действительно много. А с подставок кукол можно снимать, хотя в интерьере они лучше смотрятся стоя.

А выставка для того, чтобы на других посмотреть, себя показать, или найти все-таки покупателя?

Ирина Сазанович:
И покупателей тоже. В Беларуси очень много кукольниц, просто у них всех разные направленности. А на выставках делишься и своим опытом, и что-то важное отмечаешь для себя. Люди идут на контакт, общаются, помогают, подсказывают, небезучастны к твоему творчеству.

Ирина, а вы можете с уверенностью сказать, что себя уже нашли? Или еще покоряете новые горизонты?

Ирина Сазанович, мастер по куклам:
Пока я нашла то, к чему я долго шла. Я – человек творческий. И если года два назад мне бы сказали, что буду шить куклы, я бы не поверила и даже рассмеялась. Быть кукольным мастером – очень высокое звание, и есть очень много мастеров, на работы которых стоит равняться. Я хочу учиться, стремиться и развиваться. Как пример, у меня немного поменялся стиль выкройки, по сравнению с первыми куклами: делаю пальчики на ручках и голени на ножках.

Люди в материале: Ирина Сазанович
Loading...


Принц из сказки Короткевича и белорусская Золушка. Сотрудница Ботанического сада создаёт кукол по мотивам сказок



От ее улыбки становится светлей! Миссия у цветочной феи нелегкая – выходить 300 сортов хризантем. 

Светлана Цеханович, научный сотрудник Центрального ботанического сада НАН Беларуси, мастер по куклам:
Напрыклад, назва «Калабок». Калі яна на полі расцвітае, то яна нагадвае сабой сапраўды нейкі запечаны бачок пад сонцам, які саскочыў і як раз пабег ад бабулі, дзядулі.  

Я не пашкадавала ні аднаго дня, што трапіла ў батанічны сад. Гэта прырода, усе жывое, рухаецца. Кожны дзень не падобны адзін на адзін. Часам у мяне тут гучыць класічная музыка, якая прыемная мне. Я думаю, што ім таксама прыемна.  

А ведь не так давно Светлана изучала споры грибов под микроскопом, но затяжной декретный изменил все в корне. Многодетной маме захотелось сделать для дочурок кукол. На тильдах дело не остановилось. Случайно попала на выставку, и закружило в водовороте идей. Сходила на мастер-класс и вспомнила дедушкины сказки, когда на каникулах собирались в деревне и устраивали кукольные спектакли.  

Светлана Цеханович:  
Напрыклад, «Сіняя світа налева пашыта». Вось сядзіць цар, у яго вось гэта чароўная кніга, ен апрануты так як цар. Ен па гэтай кніжачцы шукае сінюю світу. Сіняя світа пераўтвараецца то ў кветкі палявыя, то ў такіх звяроў, каб схавацца ад гэтага цара. Прыйшлося закупіцца некаторымі кнігамі. Па старым фатаздымкам я гляджу, як людзі апраналіся.  

И в руках самоучки стали появляться жар-птицы и Пилипки. Все по мотивам белорусских сказок и фольклора. Каждый сюжет волшебница старается превратить в сценку – такой театр на ладошке. Здесь и тяжелая крестьянская доля, и паны-задзіры, и любимый юмор, и нечистая сила. 

Например, знали ли вы, что у нас есть своя Золушка?! Только звать ее Папялушка в сказке «Свіны кажушок». Помогает девушке-сироте не фея, а ее родная мама. Дарит красивое платье и зайца, на котором она мчит на религиозный праздник, где встречает красавца-князя и, конечно, теряет туфельку.   

Светлана Цеханович:    
Гэты чароўны дзядок з казкі «Янка-сірацінка». Ен як бы падкармлівае ўвесь час гэтага беднага Янку, які зусім бедна жыве, яго бацькі паўміралі. Потым сказаў: «Ты мяне так стаміў, вазьмі ты залатую табакерку, і яна будзе выконваць твае жаданні». Калі яны выстаўляліся ў літаратурным музеі, то многія потым ішлі і чыталі гэтыя казкі, і вельмі былі зацікаўлены такімі сюжэтамі.   

С «чемоданом сказок» Светлана путешествуют по музеям, а в закулисье – кропотливый труд. Лица, руки и ноги лепит из полимерной глины, окрашивает акрилом и покрывает лаком. Все – от пояса Витовта до волчка-серого бочка из дремучих лесов – делает сама. И лен превращается в шляхетское платье, а шерсть козы – в красивые локоны. Но самое главное – васильковые глаза, в них душа белоруски.   

Кто-то вспомнит свое детство с Дедом-Бородедом, узнает мудрый прищур бабушки или старых-добрых героев Короткевича. К 90-летию писателя мастерица открыла новую главу.  

Светлана Цеханович:  
Адна з казак – «Ноч». Там скача прынц у выглядзе ночы на чорным кані і нясе як бы спакой па той краіне, дзе ен ахоўвае сон і спакой.   

Галина Варенова, ведущий научный сотрудник Государственного литературного музея Янки Купалы:  
Я лічу, што ў Караткевіча заўседы была маладая і чуйная душа. Вось гэтае дзіця ў ім жыло заўсёды. Ен умеў убачыць цуд у кроплі вады і распавесці аб гэтым усім так, каб паверылі, каб самі гэты цуд убачылі.  

Со своих «зеленых метров» Светлана, как эльф, уносит вдохновение, и продолжение следует. В скором времени появятся куклы, которых можно не только созерцать, но и играть, окунаясь в родник белорусской культуры.  

Светлана Цеханович:  
Дарослым казкі яшчэ больш патрэбныя, таму што яны даюць падказку да нейкай жыццевай складанай сітуацыі, гэта мудрасць. У беларускіх казках паказана шмат цярпення, любові, павагі да іншых. Яны натхняюць на нейкую іншую лепшую думку.   

Как говорил Владимир Короткевич: «Делай неожиданное, делай, как не делает никто, – и тогда победишь!» Наша героиня – тому подтверждение.