Начальник Департамента по гражданству и миграции в программе «Простые вопросы» с Егором Хрусталевым

30.03.2016 - 08:51

Сегодня в программе «Простые вопросы» - начальник Департамента по гражданству и миграции МВД Республики Беларусь Алексей Бегун.

Алексей Юрьевич, добрый вечер!

Добрый вечер!

Для вас, наверное, не секрет, по какому поводу мы попросили вас прийти. Большое спасибо, что вы оперативно отозвались на нашу просьбу. Теракты в Бельгии заставляют, наверное, и каждого гражданина Беларуси задуматься о том, насколько может это коснуться нас. Поэтому мы обратились к вам с теми вопросами, которые волнуют почти каждого нашего с вами соседа, гражданина Республики Беларусь. В первую очередь, после того, что произошло во Франции, а теперь уже в Брюсселе, произошли ли у вас какие-то внутренние изменения, так называемое «закручивание гаек», особое внимание?

Алексей Бегун, начальник Департамента по гражданству и миграции МВД Республики Беларусь:
Нельзя сказать, что это «закручивание гаек» или какое-то особое внимание. В любом случае мы прекрасно понимаем те категории граждан, которые должны подлежать особому контролю. И на самом деле система немножко перестроилась уже после событий во Франции. И мы, Министерство внутренних дел, совместно с правоохранительными органами проводим целый комплекс организационных и практических мероприятий для того, чтобы обеспечить контроль за пребыванием определенной категории граждан на территории Республики Беларусь, разделять миграционные потоки, выявлять среди лиц, которые задерживаются правоохранительными органами, беженцев, лиц, нуждающихся в международной защите или же нелегальных мигрантов, которые хотят попасть в Европейский союз транзитом через территорию Республики Беларусь.

Алексей Юрьевич, вот вопрос, который хотели бы задать многие наши граждане. То, что произошло в Бельгии, известно, что один из террористов, тот человек, который был замечен на территории, прилегающей к Сирии, был экстрадирован в Бельгию. И местные власти не обратили должного внимания. Попадают ли аналогичные или хоть немного похожие с такой биографией люди в поле вашего зрения? Есть ли конкретные примеры? Как вы себя ведете в такой ситуации?

Алексей Бегун:
Сейчас отвечу вообще за систему Министерства внутренних дел, за систему органов государственной безопасности по такой простой причине, что вы знаете, что часть граждан Беларуси были вовлечены в конфликт на территории Украины, уезжали туда и воевали как на одной, так и на другой стороне. И до каждого участника боевых действий уже доведено, что они нарушают законодательство Республики Беларусь и подлежат соответствующей уголовной ответственности. Кроме того, мы проводим определенную фильтрационную работу в отношении тех  граждан Беларуси, которые на длительное время выезжают на территорию Турецкой Республики, допустим, где они гипотетически могут попасть потом на территорию Сирии, где они могут принимать участие в боевых действиях, или на территорию других стран, где возможно их участие в боевых действиях на стороне группировки «ИГИШ».

А можно представить себе, какой это объем работы? Сколько людей находится в таком плотном кольце наблюдения?

Алексей Бегун:
Вы знаете, это же на самом деле первоначально информационные массивы анализируются Министерством внутренних дел, накладываются на другие информационные массивы. Конечно, первоначальную совокупность граждан Беларуси, с которыми предстоит работать, проводят и анализируют аналитики, и система Министерства внутренних дел, и Комитет государственной безопасности, который выявляет из большого массива граждан тех лиц, которые представляют оперативный интерес. Проводится целый комплекс профилактических мероприятий, оперативных мероприятий, чтобы выявить такое лицо, которое, возможно, представляет интерес для правоохранительных органов.

Глава государства неоднократно отмечал, что наша миграционная политика не будет меняться, «под увеличительным стеклом» будут рассматриваться все люди, которые пытаются остаться в Беларуси. Есть ли у вас информация, как много граждан с Ближнего Востока, в первую очередь, граждан Сирии или, может быть, Ирака пытаются остаться в Беларуси?

Алексей Бегун:
Тут нужно посмотреть на события, которые происходят в Европейском союзе и какая общая доля прибывающих лиц, беженцы, нелегальные мигранты, потому что в Беларуси в основном жесткая миграционная политика. Мы принимаем только лиц, которые имеют право на воссоединение семьи, которые имеют близких родственников, которые заключили брак с гражданами Республики Беларусь, которые связаны с Беларусью семейными узами. Ему есть, что терять, поэтому он прекрасно знает, что должен соблюдать законодательство. Это не беженцы, потому что основной поток, с кем столкнулся Европейский союз – это нелегальные мигранты, это те лица, которые прибывали на территорию Европы для того, чтобы получить статус беженца, и они фактически в общей массе были неуправляемы. У нас немножко другие потоки в настоящее время на территорию Беларуси – около 180 тысяч иностранцев, которые имеют вид на жительство. Из них львиная доля – больше 110 тысяч – это граждане Российской Федерации, 30 тысяч граждане Украины. Те люди, которые в принципе не нуждаются в каком-то таком усиленном контроле. Они очень легко интегрируются в общество, они очень легко ведут законопослушных образ жизни, работают, содержат свои семьи, содержат себя… Если вот говорить о Брюсселе, то там целый анклав, несколько анклавов, которые полумесяцем охватили Брюссель, где жили иммигранты, которые годами не интегрировались в общество, которые вели просто маргинальный образ жизни.

«Полумесяцем» - это вы образно так сравниваете?

Алексей Бегун:
Это даже по карте так выглядит. Все эти иммигрантские кварталы, где задерживались нелегалы, где проводились антитеррористические операции, это испокон веков те кварталы, где практически настоящие граждане Бельгии не проживали. Где жили и селились мигранты, где создавались устойчивые анклавы. У нас нет таких анклав. У нас мигранты живут в семьях. Тот первый опыт переселения граждан Сирии, который мы провели в 2014 году, мы интегрировали их в Гомельском регионе. Они получили квартиру. Я не скажу, что 14 человек или 20 человек как-то повлияют на ситуацию, связанную с терроризмом на территории Беларуси. Ежегодно мы рассматриваем около 100 ходатайств от граждан Сирии о предоставлении статуса беженца и допзащите, но в прошлом году цифра ходатайствующих лиц была больше 1100 иностранцев. То есть это тоже 10%, это не очень много. Это опять же расселение по всей территории республики, это комплекс профилактических мероприятий со стороны органов внутренних дел, органов государственной безопасности. Органы по труду и социальной защите выплачивают минимальные пособия для того, чтобы это лицо интегрировалось на территорию Республики Беларусь, поэтому, чтобы содержать себя и свою семью, он вынужден работать. Иногда это не высококвалифицированная работа, но очень часто из числа ходатайствующих лиц, среди них – те люди, которые окончили учебные заведения РБ, которые являются дипломированным врачами – они просто не могут вернуться в Сирию, потому что статус по учебе уже заканчивается, а в Сирию не могут вернуться из-за боевых действий. Поэтому они подают на статус беженца, получают дополнительную защиту и работают наравне с гражданами Республики Беларусь. То есть они не  нуждаются в каком-то комплексе мероприятий по обучению русскому языку, по интеграции в общество, по значительным материальным вложениям. Они уже готовы.

А вот интересный момент. Кстати, было много таких сообщений, что буквально вокзальные площади в европейских столицах были засыпаны паспортами. Люди уничтожали свои паспорта, и становилось непонятно кто, непонятно откуда. Чисто теоретически, попадался ли в ваше поле зрения такой человек – ни документов, ни паспорта, очень плохо или не говорит по-русски… Как вы с ним поступаете?

Алексей Бегун:
Задерживается органами внутренних дел для установления идентификации и, так как он фактически является нарушителем законодательства – он пребывает без документа, он задерживается до того момента, пока не будет проведена процедура идентификации. По некоторым случаям, поверьте мне, это даже больше года. К сожалению, так бывает, когда он называет себя одним именем, потом получается, что он совсем другой, иногда идентификация происходит только по языковому наречию и по отпечаткам пальцев. То есть это очень сложная процедура. Он содержится в заключении. Ему не предоставляется право свободно передвигаться. Если же лицо самостоятельно прибыло на территорию Республики Беларусь и обращается с ходатайством о предоставлении статуса беженца, и мы видим, что действительно по наречию или по каким-то косвенным документам является гражданином Сирии, то, конечно, его, как правило, никто не задерживает, и он помещается в открытый центр временного проживания лиц, ходатайствующих  о предоставлении статуса беженца.

Беларусь представляет собой страну, через которую мечтают попасть в Европу. И, наверняка, появляется немало людей, которые готовы оказать за определенные деньги такого рода услуги. Вы, наверняка, сталкиваетесь с запросами, даже с претензиями со стороны наших западных соседей, что вот, через вас к нам поступают люди.

Алексей Бегун:
Во-первых, претензий со стороны правоохранительных органов стран Европейского союза, которые граничат с Беларусью, никогда не было. У нас налажено достаточно конструктивное сотрудничество, потому что именно сотрудники отделения по борьбе с организованной преступностью очень часто работают совместно с нашими литовскими коллегами, латвийскими коллегами, чтобы выявить всю цепочку доставки нелегальных мигрантов из страны исхода и транзитом через территорию Российской Федерации, Беларусь, Литву, и Польшу. То есть для того, чтобы выявить всех организаторов нелегальной миграции только сообща можно работать по этому направлению, чтобы всех привлекать к уголовной ответственности, наказывать и по одну сторону, и по другую сторону границы. Они всегда говорили о том, что Беларусь всегда выполняла международные обязательства, борется с нелегальной миграцией и не будет таких случаев, которые были в других государствах, которые открывали границы и говорят: «Только не к нам, пожалуйста, едьте, куда вы хотите».

Из вашего интервью я получил такую информацию, что, скажем, пробные попытки вести переговоры со стороны Евросоюза о том, чтобы разместить у нас мигрантов в связи с кризисом в Европе. Какого рода переговоры проводятся?

Алексей Бегун:
Глава представительства ОДКБ в Беларуси посчитал или предложил, чтобы мы приняли ряд граждан Сирии для того, чтобы обучили их в учебных заведениях РБ, чтобы в последующем, когда ситуация нормализируется, вернулись в Сирию и работали по тем специальностям, по которым они прошли подготовку в вузах республики. Этот вопрос в настоящее время осмысливается теми органами, которые вовлечены будут в прием и размещение этих сирийских студентов для того, чтобы понимать насколько соответствует это национальным интересам РБ, насколько соответствует нашим целям миграционной политики и сможем ли мы выполнить международные обязательство, обучив их и направив на территорию Сирии.

Все наши сограждане смотрят телевидение, видят новости, взрывы, человеческие трагедии, и экстраполируют все это в какой-то степени на себя. И они видят, что меры безопасности усиливаются во многих странах, усиливаются и у наших соседей в России и на Западе. Для Беларуси на первый взгляд необходимости такой нет. Но как внутри вашего ведомства? Рассматривается ли усиление безопасности?

Алексей Бегун:
Я уже говорил, что усилились мы уже. Мы приняли соответствующее распоряжение по данному вопросы, которое четко ориентировано на категории лиц, которым необходимо уделять особое внимание. Если вы помните когда-то, когда граждане Беларуси впервые столкнулись с досмотром при входе на спортивные площадки, на какие-то другие мероприятия с массовым скоплением граждан, то это их шокировало и удивляло. У нас был свой повод печальный. Но мы уже это прошли, и теперь все меры, которые предпринимает милиция, правоохранительные органы по досмотру тех лиц, которые хотят пройти на эти мероприятия уже не вызывает какой-то негативной реакции. Мы работаем так, как мы уже наработали. Поэтому сейчас на эти нюансы уже никто не обращает внимание. Общественные мероприятий закрыты, въезд на территорию Беларуси определенной категории лиц под особым контролем. Те лица, которые получают разрешение, тоже проходят несколько этапов контроля. За внешним спокойствием на самом деле работа правоохранительных органов происходит, причем индивидуально, точечно и с каждым конкретным человеком. То есть я не могу сказать, что наши сотрудники стоят возле молельных домов, возле мечетей и спрашивают каждого, что ты делаешь в стране и какую веру ты исповедуешь. Но негласный комплекс мероприятий, в том числе и в Интернете, происходит каждый день и повсеместно. Он тоже приносит результаты. Это плавная, постепенная работа, которая в любом случае приносит результат.

Я очень много путешествую, очень много бываю в Москве.  И вот недавно у меня состоялся такой разговор, говорили о Минске, о Москве. Приятель говорит: «Не зря у вас Белая Русь. Совершенно не встретишь на улицах такое количество людей, которые являются приезжими из Азербайджана, из Грузии, из Кавказа, из Таджикистана…» Дело в том, что это совершенно другие государства для Российской Федерации. В чем, по вашему мнению, главная причина, почему у нас нет такого количества приезжих из наших братских стран по Советскому союзу?

Алексей Бегун:
Это целый комплекс причин. Нужно понимать, что мы к регулированию миграционных вопросов приступили еще в 1993 году. В 1996 году появился комплекс нормативно-правовых актов Правительства по регулированию вообще вопросов миграции. Уже 20 лет мы выстраиваем достаточно жесткую миграционную политику, которая ориентируется на то, что въезжать должны законопослушные иностранцы. Если Закон говорит, что нужно делать так, то иностранец делает так и никак иначе. Правоохранительные органы работают в достаточно жесткой связке, несмотря на то, что в прошлом и позапрошлом годах мы привлекли более 40 тысяч трудящихся мигрантов. Что у нас нет иностранцев, я бы тоже не сказал. Беларусь находится в центре Европы, через нас ежегодно въезжает более 5 миллионов иностранных граждан. Миграционный поток тоже очень большой. Зачастую, наверное, благодаря тем правилам и установкам, тем механизмам, которые работают с иностранцами, они не позволяют им нелегально получать гражданство, получать документы, удостоверяющие личность, интегрироваться или не интегрироваться в общество – все это разбавляется большим количеством белорусов, теми иностранцами, которые представляют интерес для нас. Они работают, получают нормальную зарплату, они могут интегрироваться в общество. Кто не готов интегрироваться в общество, он отправляется домой через меры принуждения, которые осуществляют органы внутренних дел.

Люди в материале: Алексей Бегун, Егор Хрусталев
Loading...


Что происходит с детьми в Сморгони и когда белорусы смогут прививаться западными вакцинами? Рассказал главный санитарный врач



Новости Беларуси. Мы вплотную подошли к созданию своей вакцины. Об этом на Неделе говорили в Витебском районе. Глава государства посещал фарм-предприятие «БелВитУнифарм». Предприятие – флагман ветеринарной медицины, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Евгений Поболовец, СТВ:
Сыворотки, вирусные и бактериальные вакцины – всего более 150 наименований ветпрепаратов, закрывающие 50 % потребностей страны. Многолетний опыт производства ветеринарных вакцин, фактически, готовая платформа работы с препаратами для людей. Позволяют и технологии, и кадровый потенциал.

Глава государства подчеркнул: долгосрочная перспектива – любые виды вакцин. Там же Александр Лукашенко исчерпывающе пояснил, что и сама вакцинация, которая массово проходит в Беларуси, дело исключительно добровольное.

Александр Лукашенко: «Никакой насильственной вакцинации. Категорически предупреждаю»

Что у нас в стране происходит с вакцинированием, какой по качеству и цене будет белорусская вакцина и как скоро она станет доступна белорусам? 

Обсудим этот вопрос с заместителем министра здравоохранения, главным государственным санитарным врачом Беларуси Александром Тарасенко.

Евгений Поболовец:
Вы только что вернулись из Сморгони. Расскажите последние данные. Какая информация подтверждается, а какая – нет.

«У четверых детей пока определен штамм индийский «Дельта»

Александр Тарасенко, заместитель министра здравоохранения, главный государственный санитарный врач Беларуси:
По детскому реабилитационно-восстановительному центру «Лесная поляна» ситуация стабильная. Сейчас там круглосуточно находится медицинская служба в лице центральной районной больницы Сморгонского района и санитарно-эпидемиологическая, чтобы ситуацию держать под контролем. Она действительно стабильная. Мы уже выявляем меньшее количество детей с коронавирусной новой инфекцией. Поэтому могу сказать, что взята ситуация под контроль. Единственное, чтобы нам сегодня с учетом всех профилактических мероприятий выйти достойно из этой ситуации. Ситуация действительно спокойная и стабильная.

Евгений Поболовец:
Информация о том, что это штамм коронавируса, подтверждается?

Александр Тарасенко:
Да, эта ситуация подтвердилась, действительно, у четверых детей пока определен штамм индийский «Дельта».

Евгений Поболовец:
А насколько он опасен?

Александр Тарасенко:
Я не скажу, насколько он отличается от уханьского или бразильского и других штаммов, которые циркулируют в мире. Он лишь может влиять на клинические проявления.

Задача вируса – продолжать свое существование с учетом всех профилактических мер, в том числе и вакцинации

Евгений Поболовец:
Давайте эту тему разовьем. Чем отличаются штаммы коронавируса?

Александр Тарасенко:
Штамм коронавируса ввиду того, что постоянно происходят мутации, вирус приспосабливается к новым условиям, они отличаются по своему строению, и поэтому мы говорим о постоянных мутациях вируса.

Евгений Поболовец:
Давайте немножко о природе штаммов поговорим. Я правильно понимаю, что вирус просто приспосабливается к новым условиям, когда ситуация меняется, и он мутирует из-за этого, да?

Александр Тарасенко:
Совершенно верно. Мутация почему и происходит – он приспосабливается к новым условиям, чтобы ему выживать, так скажем, и продолжать свое существование. С учетом всех профилактических мер, в том числе и вакцинации.

Как производится и когда ждать белорусскую вакцину?

Евгений Поболовец:
Белорусская вакцина, о которой сейчас много говорят и уже презентуют первые образцы, учитывает в себе эту разновидность штаммов коронавируса?

Александр Тарасенко:
Конечно же, разработчиком вакцины учитывается мутация. Потому что если мы возьмем за основу вирус уханьский, тот, который был в начале заболеваемости, то здесь вакцина может оказаться малоэффективной, поэтому мы учитываем все эти мутации. В первую очередь мутации среди вируса, который циркулирует среди населения Республики Беларусь и в мире. Конечно же, учитываются мутации вируса, и с учетом этого вакцина разрабатывается и будет разрабатываться. Мы не останавливаемся только на индийском «Дельта».

Создается из цельного «убитого» вируса. Чем отличается белорусская вакцина от иностранных?

Евгений Поболовец:
А в каких числах, каком месяце нам ожидать первое применение белорусской вакцины?

Александр Тарасенко:
Мы не говорим про текущий год. Кандидатная вакцина действительно есть. То есть произведенная в лабораторных условиях. Сейчас стоит задача трансформировать и передать для промышленности, чтобы могла промышленность наша уже ее производить, выпускать в гражданский оборот. Но мы говорим, это уже выпуск – начало 2023 года. После проведения всех испытаний.

«Исследования показали, что в среднем имеет иммунитет у нас 38 % населения»

Евгений Поболовец:
Вакцинация идет уже несколько месяцев, видна какая-то динамика, уменьшается количество заболевших?

Александр Тарасенко:
Мы уже с марта 2021-го стабильно стоим на тех цифрах, и даже два месяца назад отмечено снижение и стабилизация. То есть, пока у нас, конечно же, не отмечено снижение. С учетом захода, так скажем, на территорию Республики Беларусь новых мутировавших вирусов, штаммов. Но с учетом дальнейшей вакцинации и послеинфекционного иммунитета, я думаю, ситуация должна не только стабилизироваться, но и заболеваемость должна снизиться.

Евгений Поболовец:
Как сейчас Минздрав оценивает популяционный иммунитет в нашей стране, насколько высок?

Александр Тарасенко:
Мы проводили исследование, совместное с научно-исследовательским институтом имени Пастера – это Санкт-Петербург, Российская Федерация – в мае. Наши майские совместные исследования показали, что в среднем имеет иммунитет у нас 38 % населения. Данная работа будет проведена буквально в конце августа, чтобы нам посмотреть, что же изменилось за летний период, за три месяца, чтобы видеть, что происходит в результате вакцинации населения Республики Беларусь и, конечно же, заболеваемости вкупе инфекционный, послеинфекционный иммунитет. Какой у нас будет? Я думаю, что выше 38 %.

Евгений Поболовец:
На какую планку мы должны выйти, чтобы сказать, что ситуация под полным контролем?

Александр Тарасенко:
Я скажу такую цифру – это 90 % и более. Мы говорим о том, что вакцинировать надо 60 % населения, во всяком случае, числа подлежащих. У нас пока не вакцинируется население от года до 18. Должен сыграть существенную роль и послеинфекционный иммунитет.

Мы будем в будущем рассчитывать на многообразие вакцин, потому что пожелания белорусов есть

Евгений Поболовец:
Для того чтобы вакцинация проводилась быстро, необходимо определенное количество доз вакцины. Была информация, что к концу августа поступит китайская вакцина. На каком этапе сейчас решение этого вопроса находится?

Александр Тарасенко:
Этот вопрос активно рассматривается с участием Министерства иностранных дел, посольства Китайской народной республики. Поэтому эти планы в скором времени реализуются – мы рассчитываем, что это произойдет в текущем месяце. Это будет вакцина Sinopharm, которая уже у нас поступала по гуманитарной помощи.

Евгений Поболовец:
Речь о миллионе доз?

Александр Тарасенко:
Совершенно верно.

Евгений Поболовец:
А американская, западная вакцина?

Александр Тарасенко:
Такие тоже вопросы рассматриваются, но здесь, конечно же, вопросы и качества, и цены, и условий хранения тоже влияют, вносят свои коррективы. Поэтому тоже эти вопросы рассматриваются.

Евгений Поболовец:
У нас действительно будет многообразие вакцин и каждый белорус сможет выбрать ту, которая ему больше подходит, которой он больше доверяет?

Александр Тарасенко:
Мы будем в будущем рассчитывать на это, потому что пожелания белорусов есть. Кто-то хочет Pfizer, AstraZeneca или Moderna привиться. В скором времени, конечно же, будем мы, как я и озвучил, рассматривать и доставку вакцины других производителей.

Евгений Поболовец:
На неделе Президент еще раз сделал акцент: в Беларуси вакцинация – дело сугубо добровольное. Насколько активны сами белорусы в этом вопросе?

Александр Тарасенко:
Действительно, у нас в Беларуси вакцинация – это дело лично каждого гражданина. И никто не вправе заставить, согласно Конституции Республики Беларусь. Поэтому здесь выбор человека. Конечно же, врачи могут рекомендовать, могут настоятельно рекомендовать, но, еще раз повторяю, это дело лично каждого гражданина – вакцинироваться или нет. Но я призываю все-таки вакцинацию проводить. А ваш вопрос, вы сказали: как востребована вакцина? Могу прокомментировать, что если говорить об очередности, о листе ожидания так называемом, то есть те люди, которые записываются в амбулаторно-поликлинические учреждения организации здравоохранения, то сейчас эта очередь по республике составляет примерно 50 тысяч человек. То есть это говорит о том, что население активно записывается и вакцинируется.