О чем говорил Александр Лукашенко с трудовым коллективом ОАО «Камволь»? Репортаж СТВ

08.12.2017 - 21:06

Новости Беларуси. Максимальный эффект от модернизации и до 15 % мирового рынка. Такое поручение Александр Лукашенко дал сегодня, посещая  предприятие «Камволь», сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Это не первый визит главы государства. В прошлый раз в цехах он побывал в 2012 году. Тогда предприятие находилось в глубоком кризисе. Теперь благодаря модернизации  здесь  получают шерстяные ткани совсем другого качества. Сегодня Президент поручил еще больше сократить себестоимость, чтобы конкуренция тканей на мировом рынке была максимальной. 

А еще расти должны зарплаты. Это подчеркнул Президент, отвечая на вопросы работников «Камволя». Впрочем, их интересовала не только судьба предприятия.

Юлия Бешанова, СТВ:
Шум современных станков – «чистый», как звук работающего мотора нового автомобиля. Производственные цеха – сердце предприятия бьется без сбоя.  «Камвольный» переживает второе рождение. Впервые за много лет текстильный гигант вышел на прибыльную работу.

В 2012 году текстильный гигант оказался на краю финансовой пропасти. Производство в прямом смысле трещало по швам: долги, мизерные зарплаты и оборудование, которое давно было пора сдавать в музей. Узор новой жизни на полотне начали ткать в 2012. Тогда, посещая «Камволь», Александр Лукашенко принял решение «спасти производство».

Александр Лукашенко, Президент Республики Беларусь:
Здесь работали люди и работают люди, значит они должны иметь работу, поэтому была начата модернизация этого производства. Во-вторых, ну нельзя было потерять школу, нельзя было потерять то, что мы умеем делать. Я считаю, это преступление, если государство умеет что-то производить, а потом это похоронят. Это плохой знак.

По вашему состоянию понимаю, что вы еще не совсем довольны этим производством. Это правильно. Вот через год можно сказать, что это состоявшееся предприятие, которое производит хорошие ткани, они продаются на мировых рынках и вы получаете нормальную зарплату. Мы еще в начале пути.

Теперь в цехах светло и просторно. Но техническое и технологическое обновление досталось нелегко. Ткань самого предприятия буквально перекроили. Новый фасон обошелся больше чем в 100 миллионов долларов. Главное вложение – в современное оборудование. На таких станках можно производить ткани, которые не уступят по качеству ведущим мировым производителям. Тем более, спрос уже есть! В реализации помогут турецкие партнеры. Подписан дилерский договор почти на четыре миллиона евро.

Салим Сабри Доган, председатель Совета правления производственной компании (Турция):
Ткани, которые сегодня производятся на «Камволе», по своим качествам соответствуют самым высоким требованиям. Поэтому с новой коллекцией, которую разработали с помощью наших технологий, можно смело заявляться на мировом уровне. Мы отвечаем сегодняшним потребностям и планируем выходить на рынки России, СНГ, Европы, в целом, и Турции.

А дальше простая арифметика. Четыре миллиона погонных метров «уйдет» на внешние рынки. В одежду от Камволя (а с нынешней модернизацией, практически от кутюр) оденем не только Россию, но и страны Центральной Азии и Евросоюза. Еще полтора миллиона погонных метров – для белорусских ценителей качества.

Александр Лукашенко:
Ты знаешь, какую ткань покупают швейники Беларуси? Ты готов заместить на 1,5 миллиона эту ткань. Конечно, я сейчас приму решение, а потом они придут ко мне и скажут, что ж вы приняли решение, это не наша ткань, нам надо вот такая.

И здесь же еще один «наболевший» вопрос. Предприятие «Сукно», которое сегодня находится в бедственном положении, в стадии предсанации. Судьбу производства «с наскока» не решить, уже не раз обсуждались варианты «спасения». Присоединить его к «Камволю» или пойти по пути возрождения.

Николай Ефимчик, председатель концерна «Беллегпром»:
Первое и самое важное – сохранить бренд сукна. Варианты размещения покажет только экономика. Если будет целесообразно и возможно оставить на площадке сукно, значит будем этот вариант детально дорабатывать. Здесь надо учитывать и технологические возможности, ведь это же крошение, отделка, огромное количество идёт водопотребления. Целый ряд параметров, которые мы будем обсуждать.

Сегодня  весь мир в год потребляет 120 миллионов полотна. До конца 2017 года на предприятии выпустят 2 миллиона 300 тысяч метров ткани. План на 2018 год почти в два раза больше.  К 2020 предприятие разгонят на полную мощность до 6 миллионов погонных метров в год.

Текстильная магистраль «Камволя» сегодня – это цикл из 84 операций. Производство сложное и длиннее такого же суконного почти в два раза. Еще несколько лет назад в адрес шерстяных тканей от «Камволя» слышались одни нарекания, мол, плохо отглаживаются, некомфортные в носке. Ключ к разгадке прямо на входе в производственные площади. Шерсть от лучших мировых поставщиков, длина ее волокна – 7 сантиметров.

Буквально пощупать изменения на ощупь уже успели и партнеры комбината. На бобруйской «Славянке» есть с чем сравнить. Кстати, новую ткань  закупили уже и для следующего модного школьного сезона.

Ирина Дайнеко, начальник швейного цеха: 
Моя бригада подшивала школьный ассортимент из шерстяной ткани камвольного комбината. Это были сарафанчики, это были юбочки. Красивые изделия. А в обработке ткань вела себя неплохо, хорошо поддавалась влажной тепловой обработке.

Это образцы опытные, подогнаны по фигурам моделей. Но вот еще одна ниточка в плотном полотне новой жизни завода – многие из сегодняшних гостей «одеты» в «Камволь».

Фактически новое предприятие получилось, что называется с перспективой. Увеличение мощности, выход на новые рынки сбыта. Государство в трудную минуту подставило плечо. Теперь  ответный шаг должен быть и от трудового коллектива. 

Александр Лукашенко:
Что меня радует? Меня радует то, что сегодня не хватает людей для того, чтобы задействовать все производство. Это меня радует. И то, что полторы сотни сегодня надо набирать людей, и это будут в основном женщины (для женщины всегда сложнее создать рабочее место) – это меня радует.

Думаю, вы справитесь и выйдете на те темпы и объемы к концу года, которые мы планируем достичь через два года по производству 6 миллионов погонных метров ткани. Я вам сразу скажу: шесть миллионов – это не предел, даже на этом производстве. Ваш руководитель, которого я сюда направил и который имеет здесь чрезвычайные полномочия, должен понимать, что минимум 7 миллионов, а то и 8, потом посмотрим, в этих стенах, с этих машин, на этом производстве мы должны получить. На рынке хорошая ткань нужна.

Визит Александра Лукашенко на заводе ждали. Во-первых – поблагодарить за поддержку, во-вторых – задать  вопросы о будущем предприятия.

Александр Лукашенко:
Мы будем вас поддерживать, но имейте в виду – закрыться от продаж здесь тканей – китайских, турецких, российских и прочих мы не можем. Как минимум по двум причинам. Первое – конкуренция, есть конкуренция, есть качество, есть рост, поэтому вам нужна конкуренция. Во-вторых, это очень важно, мы не огромная страна, которая управляет миром. Сейчас таких стран практически нет, даже Америка не та. Если мы закроемся от кого-то, быстро закроются от нас. Полтора миллиона мы потребляем. Произведём 6, 4,5 будем есть с вами сами. Нас не пустят на рынки. Поэтому есть у нас пока разного рода возможности для того, чтобы раскрутить вас, поднять вас, но главное – это вы. Будет качественная ткань, тогда и поддерживать вас легче.

Чувствовалось, что заводчане за предприятие  искренне переживают. Говорили больше не о личном, обсуждали общие коллективные проблемы. Задавали главе государства вопросы и выдвигали свои идеи.

Александр Лукашенко:
Мы будем поддерживать и поддерживаем швейные производства, но ещё раз подчёркиваю – все это не без предельно. Мы итак вложили 100 с лишним миллионов долларов в ваше производство и, просто вам по человечески говорю¸ вы не ждите дополнительных льгот. Старайтесь своё счастье искать здесь. Государство подставит своё плечо, где только возможно. Я же понимаю, новое фактически производство. Пока вы подниметесь на соответствующий уровень, будем поддерживать. У вас не должно быть вот этих настроений: рынок закрыть, никого не пускать, будем перерабатывать только ткани «Камволя» и так далее. Не на это ориентируйтесь, ориентируйтесь на то, что будет тяжело и в этой конкуренции нам надо победить.   

С тем, что нужно крепко самостоятельно стоять на ногах и идти вперед, девушка согласна. Но все-таки признается: чувство «локтя» помогает ощущать себя увереннее.

Екатерина Баранова, бухгалтер бюро учёта ОАО «Камволь» :
Мы всего должны добиваться сами, по крайней мере, стараться это делать. Президент сказал, что если нужно он поможет.

На камвольном комбинате коллектив в основном женский. А потому и проблемы, которые волнуют – словно срез общественного мнения. Женщин волнует, как сделать так, чтобы мужья, братья, отцы семейств меньше употребляли алкоголя. Тема не нова, но все еще вызывает вопросы.

Александр Лукашенко:
В средствах массовой информации развернулись дебаты – запретить, не продавать, наказать. Если вы хотите жуликов развести, которые будут из под полы, как это было всегда, продавать ночью или поздно вечером алкоголь и карманы набивать и подхлестнём ещё цену. Это можно сделать. Запреты, как показывает история, результатов ещё не давали, поэтому нормальный активный образ жизни, и спортивный образ жизни в семье, в государстве. После Нового года вернёмся к этой проблеме и будем её решать исходя из возможности. Здесь нельзя пережать. Есть предложение – точку напротив школы закрыть. Правильно, закрыть, пускай перенесут её в другое место, но напротив школы не должны продавать алкоголь и табак. С этим согласен. Много таких предложений. Будем идти от жизни.

Не обошли вниманием и тему, которая последние дни буквально не сходит с первых полос газет и эфиров новостей. Грядущая зимняя олимпиада и участие в ней российской сборной.

Александр Лукашенко:
Что мы знаем? Мы знаем только вот этот гвалт в средствах массовой информации: «А, обидели, накатили, задавили» и так далее. Пока нет абсолютно спокойных, взвешенных рассуждений. Не было, по крайней мере до того, как президент России – правильно, я считаю – сделал заявление: каждый спортсмен, если он хочет, должен поехать под любым флагом на Олимпиаду. Если бы это не дай Бог случилось с белорусами, я бы поступил точно так. Ты можешь, это твоя жизнь – вот как ваша – ты можешь, езжай и показывай результат. Что касается допинга. То, что МОК (Международный олимпийский комитет) таким образом борется против допинга – я всецело поддерживаю.

Уже на прощание Александру Лукашенко вручили подарок: набор отрезов из новых тканей «Камволя».
Президент пообещал, что обязательно сошьет из них костюм и появится в нем на публике. А коллективу пожелал не останавливаться на достигнутом и с удовольствием трудиться на обновленном заводе. С чистого листа начинается новая история «Камволя».

Loading...


Никаких консервантов, всё натуральное. Вот как на Стародорожском плодоовощном заводе изготавливают берёзовый сок



Новости Беларуси. Как известно, у многих наших любимых деликатесов есть свой сезон. Например, самые сахарные арбузы в сентябре, самая сладкая черника в июле, а самый вкусный березовый сок прямо сейчас. В программе «Центральный регион» на СТВ рассказали, где и как производят натуральный березовый сок и почему о нем мечтают любители экологически чистых продуктов из Германии.

Вадим Смоляк, корреспондент:
Можно сказать, что ваш завод в какой-то степени специализируется на березовом соке? 

Николай Жуков, директор Стародорожского плодоовощного завода:
Мы специализируемся не только на соке, на всем натуральном, на лесном богатстве нашем. На том, что выращивают люди, то есть на экологически чистой продукции, которая поступает к нам. Перерабатывается, хранится, производится в готовый вид, поступает на прилавки. 

Вадим Смоляк:
Сейчас сезон, этот месяц вы сконцентрируетесь на производстве.

Николай Жуков:
Это не месяц, это буквально 10-15 дней. Редко бывает, что на 20-30 растягивается. Считаем, что в этом году качество сока хорошее. Практически нет возвратов. Лаборатория сработала, объехала все участки наших коллег, лесхозов. То есть в Стародорожском и Слуцком проверили на местах, получили результаты. По этим результатам завозится продукция на завод. 

Николай Жуков:
Лаборатория производит входящий контроль, то есть проверяет качество. При положительном заключении он переливается в накопительные емкости, а дальше поступает на производство. 

Ольга Аранович, оператор линии Стародорожского плодоовощного завода:
Здесь у нас находится березовый сок. С этого столика он поступает в деаэратор. Из деаэратора он проходит фильтрацию. Вот фильтр. Из этого фильтра он поступает в лейку. Из этой лейки все проходит через трубы, охлаждение 125 градусов. Оно идет на охлаждение прямо на выход. Эта машина наполняющая стерилизационная головка, в которой здесь наполняется сок. Здесь ставим мы бочку, общий налив 210 литров. 

Оксана Красовская, технолог Стародорожского плодоовощного завода:
Это все необходимо для сохранности березового сока. У каждой продукции есть определенный срок годности, поэтому заготавливаем в сезон, чтобы потом мы могли использовать как на своем производстве, так и продавать его на внутренний рынок и за границу. 

Оксана Красовская:
Мы находимся в отделении розлива, приготовления соков, нектаров, морсов. Мы заготавливаем сок березовый не только в асептическом консервировании, то есть в бочках, также мы его используем после на розлив в своих целях. Мы за то, чтобы сохранить первозданный продукт, который поступает из леса. Мы разливаем сок березовый чистый. Вы видите при покупке то, что у вас внутри. Когда сезон и большие заявки покупки, мы можем производить до 20 000 бутылок и выше за смену.

Николай Жуков:
Сок после асептической переработки попадает на хранение в это место и хранится до реализации или до розлива. Реализация продукции идет в страны СНГ, идет часть в Евросоюз и нашему белорусскому потребителю.

«Установлены фотоловушки». Как ищут тех, кто собирает березовый сок в неположенном месте – подробнее здесь.