Почему в Минске годами пустуют десятки квартир, а люди вынуждены жить в бараках? Расследование СТВ

14.12.2014 - 20:54

Новости Беларуси. Жилье до востребования. Почему в Минске месяцами, а то и годами пустуют десятки кварти? Ответ на этот вопрос корреспонденты СТВ попытались найти на неделе.

Дело в том, что это жилье зарезервировано под владельцев домов, которые идут под снос. То ли сносить стали меньше, то ли строить стали больше, но на лицо – избыток незаселенных квадратных метров. И что с ними делать?

Образ довоенного Минска в этих дворах разрушают разве что растущие рядом новостройки. Деревянные двухэтажки строились еще в 30-х и начале 40-х. За романтизмом прошлого века в гости к жильцам приезжали даже киношники. Привыкли здесь и к объективам журналистов, но одно дело – позировать в винтажном интерьере, а другое – жить.

Валентина Павловна, если бы и захотела полюбоваться на ретро-пейзаж из своего барака, не смогла бы. Окна сверху до низу заклеены пленкой.

Валентина Тимербаева:
До чего дожиться, что пихни окно – оно повалится. Мы даже боимся мыть окна. Гвоздями забиты все рамы. Заклеиваем, чтобы было тепло.

Когда-то с соседями родные места называли райским уголком: от центра недалеко и все прелести деревенской жизни. Но дожди, снега и ветры привязанность к собственным деревянным стенам за долгие годы подточили.

Валентина Тимербаева:
По потолку, уже дочка и заделывала, все равно трещит. Соседи идут – сыпется. Я не знаю, сколько он продержится, как там ввалятся ко мне соседи. Фундамент посмотрите какой, вообще дырки. У нас раньше такие крысы бегали, внучку мою ночью укусили за палец.

Раздолье здесь и для незваных гостей, и для сквозняков. Зато местным жителям и в квартирах не по себе.

Валентина Тимербаева:
Очень страшно. Живешь как на вулкане. Ни то крыша упадет, ни то газ где взорвется.

И в подъезд выходить лишний раз не хочется.

Ольга Полуэктова:
Открыли: там балки несущие сгнили так, что не подлежат ремонту. Подставили подпорки. Их было две – одна упала. Просто ночью упала – такой грохот был, что все повыходили.

Пока потолок держится на подпорках, жильцы – на обещаниях о сносе. На этом месте, по планам городской застройки, будет красоваться элитный район с многоквартирными высотками. Правда, обещанного сноса местные жители не первый год ждут.

Елена Борисевич:
Очень много, конечно, людей пожилого возраста, ушли уже из жизни и так и не дождались нового жилья, хотя очень ждали, что на самом деле где-то поживут еще, в каких-то условиях.

Желающих пригласить съемочную группу в гости целый двор. Елена показывает свою эксклюзивную квартиру. Хотя квартирой, собственно, место обитания давно не называет. Говорит, жилье барачного типа.

Конструкция здания такая особенная, что даже счетчики воды поставить невозможно. Затевать капитальный ремонт в квартирах, которые пойдут под снос, не решаются ни ЖЭС, ни сами жильцы.

Елена Борисевич:
Тревожит газовое оборудование. Зимой часто замерзает эта система. Если вовремя не вызвать специалистов, не проконтролировать, котел может просто взорваться. Это я должна брать свои шубы, залазить на чердак и сама этим всем заниматься.

Тревожит местных жителей и финансовая сторона бытовой проблемы.

Елена Борисевич:
Допустим, за коммунальные услуги я плачу около 700 тысяч. Около 700 тысяч, проживая в этом бараке.

Обслуживание такого вот уникального жилья, как ни парадоксально, обходится недешево. Местные жители, говорят, и рады бы платить. Было бы за что.

Валентина Тимербаева:
Я бы платила за все, сколько положено, но я бы знала, что у меня вода горячая есть, помылась. Берешь таз, так если я сяду, не встану. Как нам жить, я не знаю.

Расселять жильцов деревянных бараков на новые квадратные метры предстоит застройщику. На него и кивает местная администрация. И тех, и других хозяева квартир тоже рады бы пригласить в гости. Показать, как живут в ожидании сноса.

Сквозь заклеенные пленкой окна Валентина Павловна пробует рассмотреть хоть какую-то перспективу. И с надеждой считает метры до развернувшейся рядом стройки. Когда-то бульдозеры доберутся и до ее барака, настанет, наконец, и их черед.

А вот Павел и рад бы отодвинуть строительную технику от собственного дома. Хотя бы на полсотни метров. Может, тогда, говорит, поезда столичной подземки промчались бы мимо его земельного участка.

Павел Зиновьев:
Бабушка с дедушкой приехали в Минск в 1954 году, в 1956 был построен этот дом. Здесь прожил мой дядя, моя мама. Получается, в 1984 году родился здесь я. В 2013 году родился мой сын. Получается уже четвертое поколение.

Снести дом со всем хозяйством готовы хоть завтра. Строительство новых станций метро в этом районе уже идет. О судьбе своего дома хозяева узнали год назад и, как ни жалко, с тем, что в родном гнезде доживают последние дни, смирились. Но вместо участка, зелени во дворе, хозпостроек, домика с верандой и четырьмя отдельными комнатами семье предложили единственный вариант. Общая площадь меньше. Три комнаты, причем две – проходные.

В доме кроме Павла с женой и маленьким ребенком – его родители. У мамы инвалидность, по медицинским показателям ей положено отдельное помещение. Привыкли и к местной инфраструктуре, а рядом с новой квартирой ни поликлиники, ни детского сада. Справедливости Павел ищет в суде.

Павел Зиновьев:
Когда мы обращались в райисполком, он сказал, что этим не занимается, этим занимается Метрополитен. Метрополитен от одного человека переправляет к другому. Говорит, что дал райисполком, отправляет нас обратно туда.

Вот и длится тяжба месяц за месяцем. Такие раздоры и тормозят, по мнению чиновников, процесс. Квартиры ждут хозяев, люди ждут квартир. Павел и сам устал жить на чемоданах, но равнозначной замены ему почему-то не предлагают, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

В этом доме четыре пустующие квартиры. Предназначены исключительно для людей, чье жилье идет под снос. В районе таких пустующих квартир уже 50, а в городе – около 300. Владельцев ждут месяцами, а иногда пустуют и несколько лет.

Геннадий Романович показывает одну из таких новеньких квартир. Сейчас она на балансе ЖРЭО. А значит все затраты на ее обслуживание берет на себя жилищная организация.

Геннадий Акстилович, заместитель директора ЖРЭО № 2 Фрунзенского района Минска:
У нас квартира отапливается, счетчики в каждой комнате, датчики.

Заселяться можно хоть прямо сейчас. Дом сдан в 2012 году. Мы в самом большом и самом строящемся районе столицы. Метро недалеко, рядом и школа, и детский сад, и магазины. Кому-то такие пустующие квартиры показались бы лакомым кусочком, но им не предложили, а кому-то, возможно, вариант не подошел.

Геннадий Акстилович, заместитель директора ЖРЭО № 2 Фрунзенского района Минска:
Когда отселяют из центра города и заселяют на окраину, зависит от собственника: согласится он или нет. Вопрос в том, что предоставление квартир под снос – это не улучшение жилищных условий. В пределах того, что у вас было, то и предоставляется. А не то, что, допустим, дом был 50 квадратных метров, квартиру вам нате 120 квадратных метров.

Фонд из пустующего жилья, конечно, должен быть. Чтобы без крыши над головой не остались Валентина Павловна с соседями, когда настанет их черед. Да и у Павла с семьей была возможность выбрать из нескольких вариантов.

Годами пустующее жилье или излишки квартирного резерва – нерациональный расход средств. Внимание на ситуацию уже обратили в Мингорисполкоме.

Проблема в том, что назначение этих квартир целевое. Для того, чтобы нивелировать дисбаланс, свети к минимуму пустующие квадратные метры, а значит и затраты на их содержание, и при этом учесть интересы людей, законодательство предлагают сделать более гибким.

Александр Авраменко, начальник управления жилищной политики Мингорисполкома:
Эти квартиры должны использоваться только по назначению, то бишь для тех, кого будут переселять в результате сноса. И ни на какие другие цели, только на эти. Мы видим, что их собралось уже, может быть, немножко больше, чем для этого есть потребность. На наш взгляд, такие квартиры можно было бы предложить предоставить, например, для людей, которым квартиры требуются в социальное пользование, или для многодетных семей.

Квартирный вопрос – один из вечных. Интересует каждого, аспектов много, а значит поле деятельности большое. На этой неделе, например, у главы государства обсуждали судьбу колясочных, жильцы которых тоже озадачены своими перспективами. На произвол судьбы их обещали не бросать: пригодные для проживания помещения предлагают перевести в арендное жилье или взамен колясочной предоставить съемную квартиру по гостарифам. Почему бы и не из числа тех, которые сейчас пылятся без хозяев.

Loading...


«Освещения не было никакого, я думаю: господи, что делать? Обратилась к председателю райисполкома»



Новости Беларуси. Ежегодно большое количество вопросов, которые поднимают люди во время приемов граждан, связаны с качеством дорог и освещением, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Собирались полгода, а сделали за две недели. К санаторию возле посёлка Приозерский отремонтировали дорогу

Проблема наиболее острая для кварталов с новой застройкой.

Мария Капустина, жительница Каменца: 
Здесь не было дороги никакой. Особенно если дождливая погода – машина сразу сядет. Освещения не было никакого, я думаю: господи, что делать? Я обратилась к председателю райисполкома.

Мария Капустина два года назад въехала в свой новый дом по улице Пионерской. Но, в отличие от пионеров, которые всегда готовы, улица к жизни оказалась неприспособленной.

Николай Коршенков, директор Управления капитального строительства Каменецкого района:
В идеале, конечно, создание инфраструктуры минимального перечня, который определен законодательством – то есть водопровод дороги и освещение – должно идти упреждающим способом. Но, учитывая темпы жилищного строительства, которое в свое время имели место, мы не всегда за этим успевали. Сегодня мы эти вопросы, так скажем, мы догоняем.

«Помогли оформить быстро». Как семья с 8 детьми купила дом недалеко от Беловежской пущи

После обращения новоселов улицы Пионерской здесь сделали освещение, уложили тротуары, отсыпали гравийную дорогу.

Мария Капустина:
Здесь было болото. А теперь совсем другое – и машины ездят, и все. Поэтому я хочу сказать, что неправда, что нельзя достучаться.