«Скорее всего, мы нашли шлем Изяслава Полоцкого». Показываем белорусскую сенсационную находку

02.06.2019 - 20:04

Новости Беларуси. Самый древний символ государственности и власти – шлем, принадлежавший полоцкому князю Изяславу, сыну киевского князя Владимира Святославовича и полоцкой княжны Рогнеды, сообщили в программе «Неделя» на СТВ. Тому самому, который заступился за мать и спас ее от смерти. Тому самому, в честь которого назван Заславль.

Напомним, артефакт был найден в начале апреля в Бобруйске. Сейчас он на реставрации в Минске. Почему находка равна сенсации? Выяснял корреспондент Дмитрий Боярович.

Верхний слой – как известь, пропитанная окислами. Потихоньку, не затрагивая родную поверхность, просто снимается.

С инкрустацией и позолотой. Шлем, которому 1000 лет, впервые попадает в объектив нашей телекамеры. Исторической находкой сейчас занимается один из лучших реставраторов Беларуси. Василий Пчельников восстанавливает оригинальный вид артефакта.


 

Василий Пчельников, реставратор:
Сначала он лежал некоторое время в воде для того, чтобы ушли с него все хлориды, соли. Из-за того, что он долгое время находился в воде, это позволило ему сохраниться. Эти вмятины, возможно, были получены еще в то время.

Дмитрий Боярович, корреспондент:
Интересно, что исторический артефакт нашли случайно, когда здесь, в Бобруйске, сотрудники местного предприятия углубляли дно Березины. Вода после зимы вместе со льдом ушла, и шлем оказался на виду.

Артефакт чудом не задели ковшом экскаватора, который убирал глину. К тому же и сама глина – довольно жесткая – не оставила на нем следов. После шлем передали в руки историков.

Николай Силков, историк:
Была сделана первоначальная экспертиза, которая установила, что это довольно редкая находка вообще в мире, а для Беларуси она сенсационная. Подержать в руках такой шлем, который, наверное, уже 1000 лет никто не держал, – очень трудно передать эти эмоции...

Находка взволновала и Игоря Марзалюка. Историк, депутат и ведущий нашего телеканала утверждает: Беларусь получила самый древний символ государственности и власти в мире. О шлеме общество и Президент страны впервые узнали от него.

Игорь Марзалюк, депутат Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь:
Совершенно недавно в городе Бобруйске при земляных работах мы обрели реальный знак той великой суверенной власти – скорее всего, мы нашли шлем Изяслава Полоцкого. Он сейчас на реставрации. Когды мы отреставрируем, я думаю, что мы сможем с честью выставлять и гордиться этим.

Тогда же депутат предложил Президенту ввести в стране новый праздник – День белорусской государственности. Его должны были бы отмечать 5 мая в честь Евфросинии Полоцкой – княжны, которую почитают и католики, и православные.

Александр Лукашенко, Президент Республики Беларусь:
Вопрос очень актуальный и интересный, особенно с точки зрения того, чтобы показать всему миру, что Беларусь, что наши земли белорусские – это древнейшие земли. И государственность к нам приходила и уходила много раз, и мы создавали государственные нормативно-правовые акты в этом регионе первыми точно, и книжки печатали и так далее. И герои у нас есть – настоящие, белорусские. Это правильно. Это крен в нашей политике верный. Не в упрек кому-то, не в укор кому-то. Мы это будем делать. В этом плане подумаем и над вашим вопросом.

В мире существует только 19 подобных шлемов, которые сохранились до наших дней. Найденный в Бобруйске артефакт стал 20-м. По возрасту он обошел знаменитую шапку Мономаха, которой почти 600 лет.

К тому же, наш шлем – наиболее сохранившийся. Внешний вид свидетельствует: это работа по заказу, штучная, выполнена, скорее всего, скандинавами.

Игорь Марзалюк:
Менавіта такія шлемы называлі залацістымі шлемамі альбо залатымі шлемамі. Такія шлемы належалі, як правіла, тым, хто кіраваў дружынай. Як правіла – першым у бой ішоў князь.

Усё гэта дазваляе казаць, што гэта ўнікальная рэч, якая, безумоўна, належала чалавеку з вельмі высокім сацыяльным статусам.

Период бытования подобных шлемов – X-XI века. Это время, когда на территории Беларуси формировалась государственность. Границы Полоцкого княжества расширялись. Дружины Изяслава (а потом – Всеслава) овладевали новыми землями. Во время одной из стычек, возможно, князя и убили.

Степан Темушев, кандидат исторических наук, доцент:
Что мы из письменных источников знаем об этом времени? Что происходило на территории среднего течения Березины? Что самое интересное, источники не сообщают ничего. Поэтому находка в Бобруйске такого статусного шлема – уже само по себе это сенсация.

Сегодня неизвестно, где похоронен Изяслав Владимирович. И похоронен ли вообще. Но находка дает основания искать вероятную могилу исторической личности под Бобруйском. Историки не исключают: порт города скрывает много тайн.

Игорь Марзалюк:
Гэту тэрыторыю неабходна грунтоўна, сістэмна даследаваць. Я думаю, што нас чакаюць вялікія адкрыцці. Выглядае ўвогуле, што там ёсць затопленыя курганы – у гэтай затоке. Гэта трэба правяраць. Трэба мазольная, крапатлівая праца. І мы яе будзем рабіць.

Кстати, в Березине уже нашли и боевой топор, и наконечник стрел того же времени. Что касается шлема, то он наравне с крестом Евфросинии Полоцкой (который увековечен на одной из рублевых банкнот) или Туровском Евангелием, или ладьей Витовта должен пополнить пантеон уникальных исторических артефактов Беларуси.

Loading...


Язык, которому 4,5 тысячи лет, всё ещё жив в Беларуси. Показываем некоторые уникальные экспонаты Ветковского музея



Новости Беларуси. Запах реки и свежей сосновой смолы – запах ее родины. Галина Нечаева признается: всю жизнь дороги неизменно приводят на родной берег Сожа, где ее дед Порфирий Нечаев когда-то строил легендарные барки-берлины.

Галина Нечаева, искусствовед, этнограф:
Ветка, жизнь, счастье, родина моя – это лозунг всех потом случившихся девизов малой родины. Мы сами всегда понимаем, что то место, где мы родились, – это и есть центр мира. Для каждого из нас весь мир развивается вокруг того места, где родился человек.

Ветковский музей старообрядчества и белорусских традиций сегодня настоящий бренд, известный далеко за пределами Беларуси своими уникальными коллекциями икон, окладов, рукописных книг и рушников.

Этот музей ничто иное, как результат любви ветковчан к своей малой родине. Его основатель Федор Шкляров и сегодня встречает каждого посетителя в самом начале пути к знанию.

Галина Нечаева:
Это у него дома было так. А вот здесь был стол, мы приносили. Здесь все его гости пили чай.

Александр Добриян, корреспондент:
Как бы он сформулировал, что такое любить родину?

Галина Нечаева:
По-моему, он сформулировал это на воротах. Там написано что? Жизнь и счастье. Вот что такое родина.

Осознанно быть не сторонним наблюдателем, а неотъемлемой частью своей культуры – главный посыл этого удивительного музея.

Вот мы сейчас идем вдоль реки. Все в основе этого зала – это попытка создать модель культуры от древнего мезолита до наших сегодняшних взглядов, до нашего XXI века. Мы с вами в данную минуту в одной из точек этого текста, и мы пытаемся передать, что он непрерывен.

Знание о культурном коде белорусов Галина Нечаева видит во всем, что ее окружает. И стремится не только понять глубину этих знаний, но и помочь понять ее другим.

Галина Нечаева:
Божественный наш, роскошный язык ткачества, красно-белого ткачества. Геометрический чин имеет возраст индоевропейства, то есть четыре – четыре с половиной тысячи лет этим знакам. Чем точнее и разнообразнее будет наше представление о нашем прошлом, тем больше у нас есть выбора в будущем.

Богатство традиционной белорусской культуры очаровывает раз и навсегда. Одних только орнаментов, вытканных на рушниках и рубахах, в коллекции музея более двух с половиной сотен.

Петр Цалко уверяет: глядя на рушник, можно увидеть человека, его мировоззрение, характер, радости и тревоги. Этот древний код говорит нам о нас самих. Нужно лишь научиться слышать.

Петр Цалко, директор Ветковского музея старообрядчества и белорусских традиций им. Ф. Г. Шклярова:
Сярод сотні неглюбскіх арнаментаў ёсць адзін, які дакладна ведае кожны беларус. Бо традыцыйны сцяг змяшчае гэты арнамент – кручча, каторы назвалі неглюбчане, ромб с крукамі, каторы б назвалі знакамітыя даследчыкі сімволікі арнамента.

Як раз такі гэта тое, што кажа: Беларусь – аграрная краіна. Гэты знак, як ніякі іншы, падкрэслівае гэта, бо ў аснове гэта ромб. Ромб для традыцыі – гэта заўжды зямля. Ромб заўжды ўскрыжаваны, гэта знак пахаты, узворвання зямлі. У кожнай кропцы ёсць зярняты, бубкі, як сказалі б неглюбчане. У нас ёсць зямля, якая ўзарана і засеяна. Узгадваем, як жыта расце: яно цягнецца да сонца, а пазней, калі каласы наліваюцца, яны закручваюцца.

Вось гэтыя кручча, якія ёсць на неглюбскім рушніку, каторыя змяшчае сцяг Рэспублікі Беларусь – гэта зямля, каторая мае ўжо свой ураджай, каласы, якія наліліся. Але зерне з каласоў зноў падае ў зямлю, зноў расце. Гэта такі знак вечнасці, вечнага ўраджая, вечнага росквіту.

Древние символы и знаки очаровали молодого филолога в студенческие годы. Для того, чтобы глубже узнать свою культуру, а вместе с тем и самого себя, в университетское общежитие он привез ткацкий станок. В результате сегодня директор одного из самых известных музеев страны управляется с челноком не хуже профессионального ткача.

Петр Цалко:
І гэта таксама ламала пэўныя стэрэатыпы. Бо мы ў інтэрнаце збіраліся спяваць традыцыйныя песні, рабілі рэканструкцыі абрадаў, мы ткалі таксама. І гэта быў цікавы досвед, якім чынам твая радзіма можа не толькі ў душы ў цябе быць, а ты цэлым мехам за плячыма яе з сабою.

Где-то здесь, в хитросплетении традиционных орнаментов, скрыта мудрость веков. Опыт, накопленный многими поколениями белорусов, подсказывает ответы на самые важные вопросы в жизни человека.

Петр Цалко:
Веткаўскі музей стаў той кропкай, дзе насамрэч ты разумееш радзіму ў такім больш глабальным сэнсе. Ты разумееш, што кропка, нетра, крыніца, якая б’е – яны там. Яны ў Сіманічах, яны ў Лельчыцкім раёне – там, дзе дом маці стаіць. А далей радзіма… Ты разумееш гэта як кроплю, якая на ваду падае і дае, дае, дае такія далей шэрагі.

Вельмі важна ведаць гэту апору, гэту кропку, скуль б’е ўсё-такі крыніца і як яна расцякаецца. Вось Веткаўскі музей ужо стаў такой паўнавартаснай чашай, дзе сабралася гэта вада.

К слову, Ветковский район – одно из немногих мест на карте Европы, где непрерывно продолжает жить живая народная традиция. Местные жители ежегодно выходят на «пахаванне стралы», поют «словно птицы» свои обрядовые песни.

А местные ткачихи все так же повторяют узоры, которым тысячи лет, передавая новым поколениям знания о том, кто же они есть – белорусы.

Галина Нечаева:
Пространство, в котором я нахожусь, позволяет мне чувствовать себя счастливым человеком. Вот это и есть любовь к родине реализованная. Реализованность человека и любовь к родине – это может быть залог того, что он счастлив.

Белорусская земля веками была домом для самых разных культур. Словно в одном большом котле здесь смешивались представления о мире славян, балтов, варягов, а позже христиан, иудеев и мусульман. Это пространство до сих пор открыто для всех. Найти в Синеокой свою родину очень просто, достаточно связать с ней свое счастье.