«Талонная» волокита, или почему дверь кабинета открывается не с первой попытки. Как в Беларуси изменится система медицинских очередей?

24.11.2019 - 20:13

Новости Беларуси. Здоровье – самый ценный человеческий ресурс. Кажется, в современном мире это понимают с самого детства и стараются беречь изо всех сил, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Юлия Огнева, СТВ:
У нас государство в этом только в помощь – не знаю, можно ли еще больше говорить о важности здорового образа жизни и создавать условий для его поддержания, чем в нашей стране.

Но от болезней все равно никто не застрахован. И от того, насколько ранней будет диагностика, зависит процесс выздоровления. Потому переоценить значение своевременных и качественно оказанных медуслуг в поликлиниках тяжело – практически невозможно.

Чтобы сделать процесс максимально быстрым и минимально зависимым от человеческого фактора, в нашей стране активно внедряют электронное здравоохранение. Это и электронные очереди, и карточки, и рецепты. Другое дело, что процесс идет не так быстро, как хотелось бы. Потому до сих пор то и дело возникают вопросы.

Ответы на них искала корреспондент Ксения Худолей.

Рано утром очередь. В восемь часов начинают выдачу. Иногда надо придти и в шесть утра, чтобы занять очередь.

Очень плохо талоны нам брать. Мы встаем в пять часов и до восьми, до девяти стоим.

Наверняка каждый хоть раз оказывался в очереди за талоном на прием к врачу. К затяжному медицинскому квесту мы, кажется, даже привыкли. И если молодым и полным сил этих самых сил хватает на альтернативные варианты, то пожилым пациентам порой приходится нелегко.

Людмила Георгиевне 78. Женщина обратилась на горячую линию нашего телеканала с безысходностью и обидой. А еще со страхом за здоровье супруга.

Людмила Гарманова, жительница агрогородка Лесной:
Ему надо к офтальмологу, потому что один глаз у него совсем не видит. Он под наблюдением у офтальмолога. Он меня попросил взять талончик после 20-го числа, чтобы ему попасть к офтальмологу. Я позвонила. Мне говорят, что они не записывают на талоны и надо приходить в полвосьмого утра. На этот день дают талон. Можно попасть, но если будут талоны. Он, конечно, не выстоит. Я об этом им сказала – ему 89 лет. Очень попросила записать.

Юрий Николаевич прошел Афган, Чечню, а вот на прием к офтальмологу попасть оказалось труднее. В Боровлянах, где живет ветеран, медицинских учреждений в изобилии. Правда, поликлиника всего одна. Не приходится долго искать причину «талонной» волокиты – желающих попасть на прием к узкому специалисту (офтальмологу, хирургу, кардиологу) в разы больше, чем заветных квитков. Но ведь и случай не рядовой.

Людмила Гарманова:
В нашем возрасте – мне 78 лет, ему 89 – как мы можем предугадать в начале месяца, что нам станет плохо и надо к врачу?

Система записи на прием – процедура, одинаковая для всех. Правда, как выяснилось, и в ней бывают сбои. Например, пациенты, которые сметают сразу несколько талонов «про запас». Или временная нехватка специалистов. Свои коррективы вносит и быстрый рост населения. Однако в районной поликлинике нас заверили: случай Людмилы Георгиевны – исключительный.

Гарик Барсамян, главный врач Минской центральной районной больницы:
Поселок растет, развивается. Минский район, население, каждый год где-то на 7-8 тысяч увеличивается. В этом тоже есть определенная проблема, поэтому мощности наших амбулаторных учреждений несколько планово меньше, чем оказались фактически.

Ситуацию возьмем на свой контроль. Буквально сейчас я дам распоряжение выяснить информацию про этого пациента. Офтальмолог, конечно, его примет.

Обещанию врачей доверяем, но через несколько дней после разговора все же проверяем.

Людмила Георгиевна, здравствуйте, как у вас с поликлинникой дела?

Людмила Гарманова:
Был он вчера на приеме. Принял врач его хорошо. Ксения, я вам очень благодарна. Когда я позвонила племяннику, он сказал, что я молодец. Ведь не в очереди надо говорить, какие плохие врачи, государство и все прочее, как у нас принято, а нужно действовать.

Хочется думать, что эта история не станет прецедентом больших «талонных» прений. Однако попасть в кабинет узкого специалиста не всегда получается даже у опытных веб-пользователей. В интернет-регистратуре или на едином для всех белорусов портале «Талон.бай» желания больного порой не совпадают с реальными возможностями записи. Иными словами, талон зачастую можно взять только придя в поликлинику «день в день» и, как правило, только рано утром.

Дмитрий Шевцов, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси 6-го созыва:
Сталкивается население с наслоением, с каким-то сбоем. Но есть все возможности самому модернизировать, совершенствовать эту систему, чтобы человек мог не приходить в учреждение и не стоять в регистратуре, к примеру, с утра. Мог в режиме онлайн открыть календарь, посмотреть месяц, посмотреть дату, посмотреть время, которое ему подходит, и заказать талон.

Впрочем, найти техническое решение проблемы – дело времени. Интернет-будущее у белорусской медицины, несомненно, есть. Его на просторы всемирной сети перенесли наши айтишники. Сервис предлагает записаться к конкретному специалисту и даже поставить врачу свою оценку.

Олег Шашурин, сооснователь IT-проекта:
Идея данного проекта сделать именно так, чтобы человек сам выбрал того врача, к которому он хочет обратиться. Но не только выбрать, но и записаться на конкретное время.

Сергей Атанасов, сооснователь IT-проекта:
В ближайший квартал появится несколько дополнительных услуг. Одна из них – это вызов врача на дом. Соответственно, можно будет в один клик вызвать себе частного терапевта. Также мы движемся в сторону работы комплексных осмотров, мы называем это чекапы.

За услугу доктору, правда, придется заплатить. Сервис – платформа для врачей частной практики. Впрочем, для большинства белорусов медицина «за деньги» давно не табу.

К зубным врачам сто лет не ходил бесплатно, потому что интересует результат, хорошие материалы, обезболивание.

За справкой я обращаюсь бесплатно в медицину. Дальше по обстоятельствам.

Специалисты открыто заявляют: в сферах частной и государственной медицины полное равновесие. Причем шторм недовольства время от времени наблюдается на двух берегах. На одном пациентов смущают цены, на другом – лучшего оставляет желать сервис.

Александр Старовойтов, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси 6-го созыва:
Когда есть конкуренция, это всегда хорошо. Она позволяет повышать знания, увеличивать перечень услуг, которые оказываются для граждан. И это всегда лучше для клиента. Но о том, насколько позволяют финансовые возможности людям, они уже и будут голосовать за это своим рублем.

Вне зависимости от того, куда идет пациент – в частный медкабинет или в свою поликлинику – его здоровье под контролем профи. Немало врачей совмещают работу в частной и государственной сферах, потому вопрос качества не обсуждается.

Что касается других «временных трудностей» – их решение с бумаги на реальные геолокации перенесут уже в 2020 году. Только в столице на объекты здравоохранения направят 98,5 миллионов рублей.

Ксения Худолей, корреспондент:
Станут ли экспресс-осмотры и телеконсультации трендом, покажет время. Но даже в таких прогрессивных подходах лучшим лекарством все же является взаимное доверие пациента и доктора. И чтобы очередь за талоном не стала темным пятном на репутации поликлиники, медпрогресс должен шагать вперед точно по выбранному курсу.

Loading...


Спросили Суконко об эвтаназии: «Я вышел из бывшего СССР. Мы будем бороться до конца. Когда нет даже перспективы. Мы так воспитаны»



Глава РНПЦ онкологии откровенно рассказал о себе и своей работе в программе «В людях».

Вадим Щеглов, ведущий СТВ:
Какой позиции Вы придерживаетесь: бороться до конца человеку? Или, если есть понимание, что ему осталось совсем немного, прожить эту жизнь как-то по-другому, оставшуюся часть?

Олег Суконко, доктор медицинских наук, профессор, директор государственного учреждения «Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии им. Н.Н. Александрова»:
Я же вышел из бывшего Советского Союза. Мы, те, которые остались, мы будем бороться до конца. Когда нет даже перспективы. Мы так воспитаны. По-другому мы не можем. Поэтому я считаю, что надо бороться до конца. Я бы, например, не смог сделать так, чтобы ввели лекарство, чтобы закончить жизненный путь. Хотя, в некоторых странах это разрешено. У нас есть специальная палата, где мы обезболиваем. Человек полностью...

Иногда даже приходится дозировать морфин постоянно каплями, чтобы он находился в таком состоянии – не понимал, что происходит. Потому что самое страшное, когда человек понимает, что происходит, что заканчивается его жизненный путь. И мы обезболиваем сегодня. Это целая технология, целое направление – паллиативная медицина. И его надо развивать.

Вадим Щеглов:
А как Вы относитесь к эвтаназии?

Олег Суконко:
Эвтаназия – я пока считаю, что это не нужно. Я отрицательно отношусь к эвтаназии и считаю, что дело ненужное. По церковным понятиям, по православным считается, чем больше будет человек так вот страдать, тем ему будет лучше там – на том свете. Так говорят церковники.

Вадим Щеглов:
Если пациент сам прекращать решает борьбу, опускаются руки, врач должен как-то повлиять на это? Если сам пациент не хочет дальше бороться.

Олег Суконко:
Я не видел таких пациентов. Я не встречал. 35 лет работаю онкологом, я таких не встречал. У нас устроена так нервная система – человек до последнего верит, что он будет жить.

Я же провожал на тот свет много и врачей, докторов, которые знают, что это такое. Но они всё равно думают, что они выздоровеют. Так устроена нервная система. Поэтому эвтаназия, мне кажется, по крайней мере, в славянских странах она не приживётся.

Наверное. Я думаю. Может быть, новое поколение по-другому будет. Но пока новое поколение, то рак будет побеждён.