Она стала прообразом Родины-матери возле стелы и создаёт уникальные гобелены. Показываем работы белорусской художницы

07.01.2021 - 09:51

Ее гобелены украшают не только республиканские и международные выставки декоративно-прикладного искусства. Результаты творчества нашей героини можно увидеть на большинстве официальных фотографий, в Национальном художественном музее, в холле «алмаза знаний» и даже на родине Янки Купалы – в Вязынке. Как белорусская художница создает уникальные произведения искусства, узнали в программе «Минск и минчане» на СТВ.

Но больше всего известная белорусская художница по текстилю Наталья Суховерхова гордится тем, что стала прообразом фигуры столичной Родины-матери.

Наталья Суховерхова, художница по текстилю:
Я позировала скульптору Занковичу. Сына не с кем было оставить, поэтому я в мастерской у него была с сыном. Она стоит с поднятыми руками на стеле, это уже потом появился Музей истории. Сейчас очень красиво все это сделано. Получилась такая чаша, такие крылья. Это 1974 год.

Скульптор Валентин Занкович выбрал модель неслучайно: Наталья – потомственная художница. Ее папа – знаменитый живописец, заслуженный деятель искусств Владимир Суховерхов.

Он прошел войну, был партизаном, потом написал хрестоматийную картину «За родную Беларусь». Мама – талантливая портретистка Галина Маевская, которая продолжала творить почти до своего столетнего юбилея.

Наталья Суховерхова:
Мамин автопортрет. Представляете, какой тонкий рисунок. Такой вот набросок абсолютно живой.

А это мой папа.

Легендарная семья обосновалась в доме в двух шагах от площади Победы, где сразу после войны жило много выдающихся людей. В такой творческой атмосфере и выросла наша героиня.

Наталья Суховерхова:
Чем интересен труд гобеленщика? Вы создаете эскиз, работаете как график, потом вы создаете картон, как живописец работаете, и потом вы все руками ткете, самые тончайшие детали делаются вручную, как скульптор вы работаете.

Несмотря на то, что стан незаурядной минчанки буквально стал визитной карточкой столицы, главная сказка в жизни художницы – ее тканые полотна.

Наталья Суховерхова:
В зимние праздники всегда хочется радости, потому что зима, темные и серые дни, нам так не хватает яркости цвета, настроения. В этом ключе сделаны мои работы. Именно яркие, такие нарядные. Видите, такой длинный рушник. Он праздничный, приехала Коляда.

Вот здесь вот та же тема, приехала Коляда, причем здесь даже я выткала текст по белорусскому фольклору: «Прыехала Каляда на белым коні, яе конічак – ясны месячык». Гэта так прыгожа.

Вот например, молодик рождение Луны, Нового года.

Гобелены Натальи очень символичны.

Наталья Суховерхова:
Здесь полностью воспроизведен наш белорусский орнамент. Это как бы и снег, и орнамент. Это встречается в рушниках. Полоски олицетворяют собой как бы и землю, и воду.

Ангел вечера. От белорусских легенд – к акварельным летним сумеркам. Самая загадочная работа нашей героини – вот это мистическое полупрозрачное полотно, на котором кому-то могут привидеться силуэты мужчины и женщины, а кому-то – море и очертания далеких гор.

Наталья Суховерхова:
Это ощущение просто сумерек, все это – вечерний несказанный свет. Когда перед тем, как потемнеет, такой необычный свет возникает. Он такой тонкий по сочетанию, по цвету. Хотелось это передать.

Такая красота создается не за один месяц кропотливой работы. Собеседница приоткрыла секреты мастерства.

Наталья Суховерхова:
Если гобелен большой, то он будет на весь станок. Для этого нужны три человека, чтобы натянуть основу. Один человек держит, другой – заводит за палку, и третий – там перебрасывает, потому что высоко и вы не прыгнете туда. И вот она так наматывается на эти балки и на палку одновременно. Ткать хорошо надо тоже уметь. Когда вы прокладываете ниточку, нужно знать, как ее положить, чтобы основа не сбилась, потому что где-то она собьется, где-то растянется. Это труд для терпеливых людей.

Наталья – поклонница классического ткачества. Несмотря на его трудоемкость, результат работы зачастую превосходит все ожидания.

Наталья Суховерхова:
Самые чувства – когда получается эскиз, когда твоя идея, ты уже видишь, что она должна воплотиться. Ведь иногда работа выскакивает буквально сама. Раз – и оно само как-то родилось как бы из ниоткуда. На самом деле перед этим гигантский труд.

Есть работы, которые ты вынашиваешь несколько лет, оно у тебя не получается. Уже как бы ничего, но ты не согласен с чем-то. Когда ты вдруг видишь, даже бывает, что вот такую маленькую почеркушечку делаешь и смотришь: «А, получилось». Вот это самый такой момент, когда холодок бежит по спине.

Зимние праздники у художницы по текстилю совпали с важными переменами в жизни. Буквально месяц назад после капитального ремонта квартиры ткацкий станок вернулся из арендованной мастерской в родной дом, где прошло детство нашей героини.

Наталья Суховерхова:
Буквально у меня чешутся руки приступать и делать. Хорошо, что как раз совпадают и Новый год, и новая жизнь. Станок вернулся в свои родные пенаты. В юности я начинала здесь.

Наталья признается, что не она выбрала гобелены, а гобелены выбрали ее. Дочь легендарных художников росла очень болезненной девочкой. Единственный вид творчества, который был ей доступен – декоративно-прикладное искусство, и то далеко не все направления.

Наталья Суховерхова:
В детстве лепила, рисовала очень много. Когда я была еще совсем маленькая, на коленках были мозоли, потому что я стояла и все время рисовала беспрерывно. Родители просто побоялись, что работа даже с керамикой, отец просто знал эту технологию, он сказал, что ей нельзя – легкие. И как-то отправил меня на ткачество. Вначале мне было трудно, я привыкла мыслить объемно, даже когда я рисовала, я все равно представляла, что это в движении. А потом я полюбила искренне и сильно. Я научилась ткать хорошо.

На память о далеких пятидесятых у нашей героини остался целый стеллаж замысловатых вылепленных фигурок.

Наталья Суховерхова:
Эта дама отдыхает на лошади. Я сделала ее, когда мне было 4,5 года.

Вот этот котеночек малюсенький тоже сделан в четыре года. Что такое четыре года? Это вылепил, а потом мама буквально вырывала у меня из рук и сохраняла.

Дороже этих барышень в пышных юбках из фольги и изящной русалки среди ветвей, пожалуй, только содержимое этой необычной шкатулки.

Наталья Суховерхова:
Болезненные дети бывают творческими. Поскольку ограниченное пространство, мы создаем себе свой мир. Я очень много была прикована к постели: воспаление легких. Я рисовала эти фигурки. Это карандаш и акварель. Фигурки двигались, они были живыми, и это было целое сочинение. Когда появились первые сериалы в 90-е годы, я эти сериалы для себя создавала, когда мне было 10,11,12 лет.

Ну, а напоследок мы не преминули погадать на кофейной гуще.

Наталья Суховерхова:
Я в гостях пила кофе, и мы немножко начали так баловаться, опрокинули чашки посмотреть, что там будет. Погадали на кофейной гуще, я вдруг увидела какой-то мотив. Это не значит, что я точно вот воспроизвела, я доработала. Но мне показалось. Я показываю, никто не видит, а я вижу, причем перед сном. Не могла уснуть, пока не набросала. Потом быстро сделала эскиз. И эта работа мне всегда нравится, она такая оригинальная.

Вот такая эта удивительная минчанка – творческая и невероятно обаятельная, которая может соткать лето, зиму, а заодно и отличное настроение.

Loading...


«Минск и минчане» за 16.01.2021