Политолог Алексей Беляев: политический хаос в мире – закономерный итог кризиса глобализации

11.10.2020 - 23:59

Новости Беларуси. В гостях студии «Неделя. P.S.» Алексей Беляев, политолог, кандидат исторических наук.

Алексей Беляев, политолог, кандидат исторических наук:
Конфликт в Нагорном Карабахе – это отдельный конфликт: этнический, территориальный и межгосударственный. А когда речь идет о событиях в Киргизии, то это формально внутреннее дело самой Киргизии, связанное с электоральным циклом. Если говорить о ситуации, то мы имеем возможность проводить параллели с Беларусью, Кыргызстаном, планирующимися выборами в Молдове.

Что касается Нагорного Карабаха, надо вспомнить, что в США в последнее время произошли изменения дипломатического корпуса

Что касается Нагорного Карабаха, то это отдельная тема, которая, тем не менее, вплетена в общую цепь событий не просто так. Тут надо вспомнить, что в США в последнее время произошли некоторые изменения дипломатического корпуса, и представители появились, которые методично работают по всему постсоветскому пространству с целью подготовки почвы. Мы должны прекрасно понимать, что здесь замешана очень большая геополитика. Все, что происходит на постсоветском пространстве, так и иначе потом ориентировано, направлено на Россию. Здесь мы видим и проблему с якобы отравлением оппозиционного лидера Навального, и раздувшийся после этого скандал, который попытался повторить скандал со Скрипалями.

Это все разные методы, разные болевые точки, но мы должны представлять, что есть определенная выгода приобретателя от этого. Выгодоприобретателем в данном случае является коллективный Запад, в задачи которого входит сегодня максимально осложнить жизнь на своей политической периферии, учитывая, что у них самих идут очень серьезные внутренние процессы внутренней борьбы. Те же выборы в США, которые должны венчать электоральные кампании 2020 года, тоже обещают быть весьма и весьма сложными. И уже сегодня не совсем понятно, к чему они в итоге приведут. Фактически в самих США государство готовится к тому, что будут какие-то бунты. Та запущенная схема формирования несогласия значительной части общества с результатами, итогами выборов – это схема, которая когда-то была опробована на геополитических противниках, а сегодня бумерангом возвращается туда.

Я наблюдаю сейчас эти события. Мне кажется, что тот политический хаос, который воцарился в мире, это закономерный итог кризиса глобализации, которая пыталась навязать какие-то унифицированные представления и в экономике, и в политике, и в культуре.

Наслоение чисто западной демократической формы правления оказывается абсолютно неприемлемо в странах с другими политическими культурами

Юлия Бешанова:
Сейчас идет обратный процесс?

Алексей Беляев:
Да. Дело в том, что, когда пытались навязывать единые представления унифицированные, не был учтен фактор абсолютной разности менталитетов, политических культур, просто культур. И в результате мы видим, что наслоение чисто западной демократической формы правления, которая у них хорошо работала и еще продолжает работать, оказывается абсолютно неприемлемо в странах с другими традициями, политическими культурами. В частности, Киргизия, которая сегодня находится в состоянии такого полуфеодального государства. Она демонстрирует, что вроде бы механизмы совершенно демократичные – парламентской или парламентско-президентской республики – в условиях феодальной клановой раздробленности оказываются полностью недееспособными, они не могут предотвратить политический хаос. В то же время жесткая достаточно политическая система Беларуси автократического типа, которую мы создали в 1990-е годы в противовес навязывавшейся нам парламентской форме правления, при всех своих многочисленных минусах (они, безусловно, есть, сейчас вопрос корректировки – вопрос номер один в белорусском обществе), но сама по себе политическая система оказалась более устойчива.

Юлия Бешанова:
И это та самая причина, почему не удался блицкриг?

Алексей Беляев:
Да. Если говорить о параллелях Кыргызстан – Беларусь, то, на мой взгляд, ключевое здесь – очень серьезная разница в политическом устройстве и разница в менталитете. Там – чисто восточный менталитет, а у нас все-таки более менталитет европейский, население выросло более в нормах законопослушных форм поведения.

Кыргызстан – это пример того, как вообще потеряны всякие институты легитимации власти

Юлия Бешанова:
Может быть, уже стало привычно? Это третья за 15 лет попытка свержения власти, переворота.

Алексей Беляев:
Кыргызстан – это пример того, как вообще потеряны всякие институты легитимации власти. После каждого электорального цикла, после всех выборов там всегда начинаются волнения, всегда начинаются непризнания этих выборов со стороны проигравших, они всегда сразу переходят в силовое наступление, не ведется никаких разговоров о мирной революции, о каких-то мирных протестах. Там все революции, которые были и которые разворачиваются сейчас, мы видим, что они сразу одномоментно сопровождаются огромным взрывом насилия, причем со стороны протестующих. Плюс, конечно, ситуация отсутствия там единой сплоченной элиты, в отличие, например, от Республики Беларусь. Наличие большого числа кланов и, соответственно, клановых, олигархических интересов внутри самой Республики Кыргызстан.

Все это привело к тому, что были уже готовы, по сути, группы протеста, было получено ими финансирование. И происходит ведь не просто мародерство, как можно себе представить: бьют витрины магазинов, забегают в ближайшие кафе. Мы видим, что целенаправленно захватываются золотые прииски, золотодобывающие предприятия, происходил захват угледобывающих предприятий, оттуда грузовиками вывозили уголь. Понятно, что это не действия какого-то отдельного гражданина, человека, это действие каких-то групп, которые заранее знали, готовились. Внутренне – очень разные события, но внешняя их окантовка и поддержка идет со стороны одних и тех же сил.

Грозятся и вводят санкции, но самого непризнаваемого Президента в этих санкционных списках нет

Алексей Беляев:
То, что Светлана Тихановская не самостоятельная фигура и не политик в классическом смысле – это понятно.

Юлия Бешанова:
Внимание она привлекает и заставляет говорить.

Алексей Беляев:
Она Зицпредседатель Фунт, который должен за всех сидеть, который должен всех представлять. Понятно, что за ней стоят определенные силы, которые себя в данный момент не афишируют, но которые эту программу разработали. Если сегодня говорить о том, что происходит на Западе, мы видим, что проблема внутренняя выборов в Республике Беларусь, которая в любом государстве является внутренней проблемой суверенного государства, сегодня приобретает гипертрофированные масштабы, выход на международную арену. Специальные заседания Совета Безопасности ООН, вопросы дипломатического непризнания, скандальные достаточно заявления лидеров других стран. Не просто стран, а весь Евросоюз отказывается официально признавать Александра Лукашенко Президентом, но идет при этом очень тонкая игра.

Юлия Бешанова:
Но дипломатические каналы мы же сохраняем для общения?

Алексей Беляев:
С одной стороны заявляют, что не считают Лукашенко легитимным Президентом, грозятся и вводят санкции, но самого непризнаваемого Президента в этих санкционных списках нет. Вопрос тогда: что это за санкции, если у вас самая главная проблема – это всего один человек, Президент Лукашенко, которого вы таковым не хотите считать?

Встречаясь с той же Тихановской – что лидер Франции, что лидер Германии – не называют ее «госпожа Президент»

Юлия Бешанова:
Не признал Евросоюз – а просили мы его признавать? Чем это нам грозит?

Алексей Беляев:
Есть момент: официальные контакты с Евросоюзом в данном случае невозможны, разорвались достаточно давно готовившиеся встречи, например, поездка в Латвию (которая планировалась, но теперь, ясное дело, не состоится).

Но с другой стороны – торгово-экономические отношения. Дипломатические отношения Республика Беларусь пока ни с кем не разрывала. Сразу было видно, что страны Европы настроены по-разному. Понятно, что есть ближайшее окружение: Литва, Латвия, Польша, Украина подвизалась, не являясь членом Евросоюза. Но это были страны, у которых свои местные региональные интересы, у которых достаточно напряженные отношения с Республикой Беларусь существуют давно. А есть большая Европа, Старая Европа, в частности локомотивы Европейского союза, такие как Германия и Франция. Для них есть понятие, которого они придерживаются, – европейские ценности. Они заявляют, что видят на этих выборах нарушение европейских ценностей – хотя, в принципе, это европейские, а не белорусские ценности, мы их не провозглашали таковыми, мы не являемся членами ЕС, и мы поэтому свободны с точки зрения международного права и с точки зрения всех международных традиций вольны на своей территории жить так, как мы хотим.  

А вот тут идет попытка навязать нам какое-то чуждое представление, не соответствующее нашей внутренней ситуации. Но при этом эти страны, встречаясь с той же Тихановской – что лидер Франции, что лидер Германии – не называют ее «госпожа Президент». То есть у них нет в данном случае желания официально признавать ее в качестве победившей, потому что они догадываются, что не было там на самом деле победы.

Сохранение этой игры – это дипломатический нажим, попытка в условиях режима санкций добиваться понятно каких уступок от Республики Беларусь – включение ее в пояс недобрососедства с Россией и подключение к этим европейским движениям.

Республике Беларусь, если мы говорим об изменениях, на мой взгляд, реформа, безусловно, нужна  

Юлия Бешанова:
Хорошо, а что делать? Люди продолжают выходить.

Алексей Беляев:
Надо относиться, наверное, как западные страны. С одной стороны, высказывание своего мнения в странах западной демократии – это вполне нормальная часть политического процесса. А учитывание этих мнений – это совершенно другой аспект, совершенно другой вопрос. Республике Беларусь, если мы говорим об изменениях, на мой взгляд, реформа, безусловно, нужна.

Мы увидели, что есть серьезная опасность в рамках тех полномочий, которые есть сегодня. Очень серьезные автократические властные полномочия Президента – и человек совершенно противоположный, например, из оппозиции, он переворачивает с ног на голову всю политическую систему, что не может положительно сказаться.

Не платить налоги вы можете до определенного момента, после чего вы перестанете получать зарплату

Юлия Бешанова:
Если мы говорим, что эти протесты, когда выходят женщины, постояли, разошлись, перед Белым домом выходят, высказывают мнение. Но ведь есть достаточно радикальные призывы.

Алексей Беляев:
По поводу радикальных призывов: все-таки надо нам возвращаться в правовое русло. За радикальные призывы и действия существует уголовная ответственность.

Юлия Бешанова:
Как вы оцените призывы забирать деньги из банков? Это проходили в Украине, в Грузии, в России перед революцией, когда советовали всем доставать из банков золото. Это тоже радикальные призывы?

Алексей Беляев:
Это неприемлемые вещи, но здесь, я думаю, и государству следует разъяснять, к чему ведут подобные предложения. Изъятие ваших денег из банковской системы, засовывание их под подушку лишает вас процентов, лишает оборотных средств (кровь экономики). Не платить налоги вы можете до определенного момента, после чего вы перестанете получать зарплату, если вы бюджетник, ваши родители перестанут получать пенсии, поскольку они платятся из госбюджета.

Loading...


Профессор МГИМО: лояльность белорусской власти по отношению к оппозиционерам потрясающая



Новости Беларуси. О западном следе в белорусских протестах говорил Сергей Нарышкин. След, собственно говоря, уже никто и не скрывает. Да и систему кнута и пряника никто не отменял, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

На неделе Европарламент присудил белорусским оппозиционерам премию Сахарова. Что обо всем этом думает Елена Пономарева? Российский профессор, доктор политических наук и публицист на прямой связи из Москвы.

Та деятельность, которая ведется Координационным советом, выходит за конституционные рамки и попадает даже под госизмену

Елена Пономарева, доктор политических наук, профессор МГИМО:
Очевидно, что все премии и номинации, которых будут удостаиваться представители так называемого Координационного совета, они, конечно, будут носить политический характер. Но я бы тоже отметила, что премия, в общем-то, скользкая: дело в том, что она была учреждена именем человека, который приложил огромные усилия к свержению советского строя и к фактическому уничтожению государства. То есть, в принципе, премия нашла своих героев – они сейчас рушат государственность Беларуси, они сейчас занимаются деструктивной практикой. В общем-то премия, что называется, для них – значок такой, сигнал, который нормальные люди должны увидеть и понять. Мы вообще должны сказать, что та деятельность, которая ведется Координационным советом, она, конечно, выходит за конституционные рамки и, в принципе, попадает в раздел «попытки свержения государственного строя» по изменению конституционных основ конкретного государства и даже под госизмену.

Я вообще полистала, готовясь к передаче, Уголовный кодекс Республики Беларусь и нашла буквально более двух десятков статей, по которым все участники вот этого действа, которое происходит в Беларуси с 9 августа, попадают, начиная от преступлений против порядка управления. В частности, есть такие статьи в УК Беларуси, как «клевета в отношении Президента», «оскорбление представителей власти», «содействие дискредитации деятельности правоохранительных органов». То, что делают так называемые оппозиционные каналы – это все туда попадает. Это митинги, протесты, препятствие движению общественного транспорта и так далее.

Кстати, очень интересная есть статья, 357-я, это «заговор или иные действия, совершенные с целью захвата государственно власти» – собственно то, чем занимаются представители оппозиции. Интересный момент, кстати, сказал вчера, выступая в Алтайском клубе, президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин. Я не буду давать полную цитату, смысл передам: на иностранные деньги истинную демократию в своем государстве построить никому не удавалось. И надо понимать, что при всех благих намерениях, даже которые есть, наверное, у оппозиции, беря деньги у иностранного государства, они решают задачи этого иностранного государства. Вот как бы это донести до тех людей, которые колеблющиеся, непонимающие, не разбирающиеся в политике и следующие, скажем, за какими-то рупорами.

Елена Пономарева об исследованиях Chatham House: «Чистейшей воды политическая манипуляция»

Вот вы говорите о политических манипуляциях. Давайте посмотрим на одну из последних новостей, не связанных с премией, а связанных с исследованием известного мозгового центра британского – наконец-то британский след здесь проявился. Chatham House – это совершенно недружественные структуры, начиная еще с советских времен, занимающиеся деструктивными практиками. И в частности, на этом оппозиционном канале подается информация, что вот этот институт провел исследования, согласно которым 70 % жителей Беларуси не поддерживают действующую власть. Я как профессиональный исследователь, не доверяя информации Telegram-каналов, захожу на официальный сайт Chatham House и смотрю, что это исследование проводил человек по имени Рыгор Астапеня, какой-то молодой человек, и думаю: на основании чего же он сделал такие выкладки? И там, в частности, в методологической части зафиксировано, что были опрошены 899 человек всего. 899 человек, соответственно, ни социальный срез не дан, ни возрастной срез, ни откуда они: из города или из села, например. Потому что, если мы зайдем на любой портал уважаемого социологического агентства, они обязательно делают репрезентативную выборку, показывают, что те граждане, которых они опрашивали, отражают общую картину. Так вот, из этих 899 человек 70 % опрошенных действительно, так скажем, не разделяют позицию белорусских властей. Но канал-то дает пользователю какую информацию? Что 70 % жителей Беларуси – не опрошенных, а жителей Беларуси – то есть такая чистейшей воды политическая манипуляция, я бы даже сказала, это элемент информационно-психологической войны, которая ведется сегодня даже не столько против руководства Беларуси, сколько против именно жителей Беларуси.

Лояльность белорусской власти по отношению к оппозиционерам, она потрясающая

В свое время, например, известный политик, который, к сожалению, был убит, причем в Международном институте в Гааге, это Слободан Милошевич, он за несколько дней до своего свержения сказал потрясающей значимости фразу: «Они нападают на Милошевича из-за Сербии». И Сербия действительно прекратила ту значимую политическую роль после свержения Милошевича. Так и сейчас на Лукашенко нападают из-за Беларуси. Важно понимать, что ценность единства власти и народа заключается в политическом лидере при всех проблемах, которые есть у любой власти. Власти не бывают идеальны, как не бывает идеальных обществ.

Лояльность, кстати, власти белорусской по отношению к оппозиционерам, она потрясающая. И готовность взаимодействовать тоже потрясающая. Поэтому и возникли эти идеи разного рода ультиматумов. Очевидно, что не получилось с кондачка захватить власть, изменить политический вектор Беларуси. И теперь предлагаются все новые и новые понятия, происходят попытки перехвата управления на разных участках. Если мы посмотрим: были марши женщин, были марши пенсионеров, даже понятие партизан было перехвачено оппозицией, а теперь уже и марши инвалидов или людей, как они говорят, с неограниченными возможностями. Таким образом мы с вами наблюдаем попытку задействовать разные социальные группы, разные слои населения. При этом каждый раз градус агрессивности повышается.

Профессор МГИМО об ультиматуме Тихановской: «Формирует силовую повестку именно оппозиция на улицах»

И что мы видим в ультиматуме Тихановской? Вторым пунктом она говорит о необходимости прекращения насилия – так это же прямое обращение к ее коллегам, потому что формирует силовую повестку именно оппозиция на улицах. Если мы посмотрим все кадры, которые есть: силовые структуры стараются до последнего не реагировать на выпады. Но, когда уже применяется силовая агрессия в отношении представителей правоохранительных органов, они отвечают. То есть они не провоцируют жестокость, они отвечают на нее. И вот это мы видим в ультиматуме. Опять же, изменение понятийного аппарата, так скажем, перескок с реальных действий на другие действия.

Уголовный кодекс Беларуси очень детализирован: там сложно неправильно дать статью

Что касается третьего требования ультиматума – это немедленное освобождение всех политических заключенных. Соответственно, смотрим на этот пункт: а есть ли вообще в Республике Беларусь политические заключенные? Если мы посмотрим на состав преступлений тех людей, которые находятся в СИЗО или уже в тюремных камерах, они осуждены по очень конкретным делам. И вообще, я хочу сказать, что Уголовный кодекс Беларуси очень детализирован: там сложно неправильно дать статью, потому что очень четкие и малые понятия выделены, очень конкретные статьи. Это и экономические преступления, и вопросы, связанные с информационной безопасностью, перехватом информационного управления, и с теми же массовыми беспорядками. Соответственно, если человек нарушает законы государства, то, естественно, он должен отвечать за это нарушение – такова правовая норма любой страны, в том числе тех стран, на которые ориентирован в настоящий момент один из лидеров белорусской оппозиции. Вот это надо понимать и это надо, наверное, доносить до сознания значительной массы людей.

Это есть некая попытка оживить протест, заставить людей снова в значительной массе выйти на улицы. Но при этом ожидается провокация очевидная. Они все ближе и ближе подходят к необходимости вывода людей на уровень очень большой агрессии и, соответственно, им нужны жертвы. Вот эта вот попытка ужесточения протеста, которая может привести к жертвам, – это и есть следующий шаг оппозиции, которой необходима сакральная жертва для того, чтобы раскручивать вот этот протестный потенциал.