Сбежал из больницы и украл аккордеон. Необычное преступление в Брестской области

23.08.2019 - 12:03

В деревне Верховичи пациент сбежал из больницы и украл аккордеон, сообщили в программе «Экстренный вызов». Мужчина сорвал амбарный замок и влез в чужой дом. Оттуда подозреваемый вынес всё, что плохо лежало: посуду, постельной бельё, музыкальный центр и военный мундир. Следом прихватил раритетный музыкальный инструмент. Награбленное подозреваемый отнёс односельчанину. В милиции завели уголовное дело. Мужчине светит до 4 лет тюрьмы.

Люди в материале: нет
Loading...


На чём «специализировались» белорусские группировки в 90-х и сколько банд было на территории страны



Новости Беларуси. Говорил, что отмажет от армии, брал деньги и… ничего не делал. Так в 2020-м попадают в поле зрения правоохранителей «смотрящие за городом», сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ. По крайней мере именно так представили в Telegram-канале МВД 36-летнего мужчину, задержанного в Орше. Теперь ему грозит реальный срок за мошенничество и подстрекательство к взятке.

В 90-е все было несколько иначе. Многие белорусы хорошо помнят тот беспредел, который происходил во всех городах страны: от райцентра до столицы. Действовали банды, на счету которых десятки убийств и сотни искалеченных судеб простых белорусов.

Тему продолжит Евгений Поболовец. Авторская рубрика «Ближе к делу».

Евгений Поболовец, корреспондент:
Рэкет, вымогательства, угоны автомобилей, заказные убийства и отмывание денег, в том числе через офшоры – вот лишь малая часть того, чем занимались многочисленные банды 90-х. Справедливости ради, не только в Беларуси. Истины для: именно в нашей стране боролись с этим явлением системно и максимально эффективно, практически уничтожив организованную преступность как явление. Не на словах.

Это рубрика «Ближе к делу». Меня зовут Евгений Поболовец. Добрый вечер.

Когда государство слабеет, когда нет четко выстроенной системы управления, возникает вакуум. Управленческий вакуум. И обязательно найдется тот – человек или отдельная сила – кто начинает рулить процессом. И не всегда у такой силы благие намерения.

Первые годы независимой Беларуси как раз и стали временем безвластия. Только распался Союз, что делать с независимостью, как наводить порядок – об этом если и думалось, то далеко не в первую очередь. Политические распри уводили внимание руководителей страны в другую плоскость, что было на руку организаторам криминальных кланов. Они как раз не дремали, слабость вожака стаи прочувствовали четко и ловко воспользовались ситуацией.

К 1994 году – аккурат к первым демократичным выборам в Беларуси – в стране уже действовали 150 организованных преступных групп. Руководили ими более сотни криминальных авторитетов. Бывшие спортсмены, десантники, афганцы, сотрудники силовых ведомств – срез типичной банды того времени. Организация внутри группы – как в армии, четко и без рассуждений. На выходе – прибыль, о которой ни один легально работающий бизнес не может и мечтать. Если хотите, эдакое государство в государстве.

Зарабатывали транзитом. Тонны цветных и черных металлов шли из России в Европу через Беларусь.

Угоном машин. Угнанные в Германии авто продавали в Польше, перегоняли через Беларусь в Россию. Только за 1993 год таким маршрутом ушло 60 тысяч авто: каждые два из трех угнанных в Германии за год. Для сравнения, сейчас в стране бременских музыкантов угоняют автомобилей в три раза меньше – 30 тысяч. В разы снизилось число угонов и в Беларуси. Что важно: наша ГАИ находит сейчас в среднем 90 из 100 угнанных авто. В России, к примеру, это 6 из 100. Девяносто и шесть – это когда одни реально находят, пока другие говорят, что ищут.

Рэкетом. Торгуешь на рынке? Заплати за место. Не государству в виде аренды, бандиту в виде дани. В первом случае правила игры известны, они одинаковы для всех и долгосрочны в видимой перспективе. Главное, работай прозрачно. Во втором случае – на усмотрение смотрящих. В среднем это 10 % от товарооборота (заметьте, не от чистой прибыли и не от дохода) в общак каждый месяц. А за отказ…

Еще одна статья доходов – заказные убийства. В 90-е именно белорусские группировки стали специализироваться на «заказах». Но вот активно вычислять их стали только ближе к середине десятилетия. Первая новость пришла весной 1995-го: задержаны сразу 14 киллеров! Много лет они убивали за деньги бизнесменов в Беларуси, Украине и Казахстане. К вопросу о быстроте реакции.

Были и другие методы заработка. Группировки не брезговали ничем. Все конвертировалось в валюту. Миллионы долларов шли не в казну государства –  то есть не на пенсии и зарплаты бюджетникам. В итоге страна жила в страхе и ощущении безысходности: просить о защите не у кого. Воры чувствовали себя хозяевами жизни и были уверены в беспомощности молодого государства, у которого еще не было опыта борьбы с преступными кланами.

Во многих моментах Беларусь тогда стала первопроходцем. К законам: от 17 мая 1997-го – ввели уголовку за создание и участие в организованной преступной группе, от 26 июня того же года – появились правовые основы для противостояния. Добавлялась и смелая риторика самого главы государства. В октябре 1997-го он говорил:

Александр Лукашенко, Президент Республики Беларусь:
Я хочу обратиться к уголовникам: запомните, господа, земля будет гореть у вас под ногами. Я предупреждаю всех, кто подвизается на ниве бессовестной коммерции и грязных денег, всех так называемых предпринимателей и банкиров: у вас 10 дней, чтобы рассчитаться с государством, чтобы выплатить долги... Пугать нас бесперспективно, мы найдем достойные ответы на любые выпады против власти, против людей, которые хотят добра другим людям.

Спустя две недели приняли декрет «О неотложных мерах по борьбе с терроризмом и другими особо опасными насильственными преступлениями». Следователям давали исключительные полномочия при расследовании таких дел.

Дальше – больше. 1998-й, указ Президента № 185. Прокуратура получила полномочия по координации работы спецподразделений по борьбе с оргпреступностью и коррупцией. Потом были еще законодательные акты. По всей стране провели десятки масштабных спецопераций.

Не будем перечислять все методы борьбы государства с преступностью, мы говорим об эффективности. Не на словах: если в 1994-м в Беларуси было 100 воров в законе, то в 1998-м на свободе остались пятеро. Остальные были арестованы или покинули страну, бегством спасаясь от набирающей силу машины правосудия.

Итог всей борьбы – вот в этой цитате министра внутренних дел Беларуси Владимира Наумова (ноябрь 2006 года).

Владимир Наумов, министр внутренних дел Беларуси (2000 – 2009 гг.):
Сказать, что в настоящее время на территории республики есть хотя бы одна организованная преступная группа, которая создавала бы проблему, я не могу.

Морозовская, Речицкие, Пожарники, Поселковые. 90-е поставили ребром сам вопрос существования независимой Беларуси. Бюджет страны трещал по швам, в борьбе за место под солнцем все чаще спорили Макаровы и Токаревы – до 70 % достигала смертность молодых и здоровых мужчин от 20 до 44 лет.

Но можно ли сказать, что преступность побеждена? Вряд ли. Да, кто-то реально осужден, кто-то уехал из страны. Но кто знает? Возможно, есть и те, кто затаился и ждет.

Так бывало уже в нашей истории. Не на словах...