«Купили на все деньги вина, и в Рим приехал этот вагон с хорошим настроением». Как Радзивиллов спасли от сибирской ссылки

24.06.2020 - 08:39

Как и владельцы Мирского замка, несвижские князья избежали сибирской ссылки. Время вспомнить оперу «Мадам Баттерфляй». Пуччини посвятил ее Елене Черногорской – королеве Италии, с которой была дружна мать последнего ордината Несвижа Мария Роза.

Королева Италии поручилась за Радзивиллов. Жизнь их была спасена. А вот ценности, которые на тот момент оставались в замке, вывезти не удалось. По воспоминаниям, для княжеской семьи выделили отдельный вагон.

Владимир Короленок, ученый секретарь Национального историко-культурного музея-заповедника «Несвиж»:
Ценности нельзя было брать. Радзивиллы были ограничены в средствах. Им были поставлены условия, что у них должно было быть не более 35 марок, какая-то очень небольшая сумма. Бессмысленно было эту сумму с собой везти, и на границе все просто купили на все деньги вина, и уже в Рим приехал этот вагон с хорошим настроением.

Люди в материале: Владимир Короленок
Loading...


Язык, которому 4,5 тысячи лет, всё ещё жив в Беларуси. Показываем некоторые уникальные экспонаты Ветковского музея



Новости Беларуси. Запах реки и свежей сосновой смолы – запах ее родины. Галина Нечаева признается: всю жизнь дороги неизменно приводят на родной берег Сожа, где ее дед Порфирий Нечаев когда-то строил легендарные барки-берлины.

Галина Нечаева, искусствовед, этнограф:
Ветка, жизнь, счастье, родина моя – это лозунг всех потом случившихся девизов малой родины. Мы сами всегда понимаем, что то место, где мы родились, – это и есть центр мира. Для каждого из нас весь мир развивается вокруг того места, где родился человек.

Ветковский музей старообрядчества и белорусских традиций сегодня настоящий бренд, известный далеко за пределами Беларуси своими уникальными коллекциями икон, окладов, рукописных книг и рушников.

Этот музей ничто иное, как результат любви ветковчан к своей малой родине. Его основатель Федор Шкляров и сегодня встречает каждого посетителя в самом начале пути к знанию.

Галина Нечаева:
Это у него дома было так. А вот здесь был стол, мы приносили. Здесь все его гости пили чай.

Александр Добриян, корреспондент:
Как бы он сформулировал, что такое любить родину?

Галина Нечаева:
По-моему, он сформулировал это на воротах. Там написано что? Жизнь и счастье. Вот что такое родина.

Осознанно быть не сторонним наблюдателем, а неотъемлемой частью своей культуры – главный посыл этого удивительного музея.

Вот мы сейчас идем вдоль реки. Все в основе этого зала – это попытка создать модель культуры от древнего мезолита до наших сегодняшних взглядов, до нашего XXI века. Мы с вами в данную минуту в одной из точек этого текста, и мы пытаемся передать, что он непрерывен.

Знание о культурном коде белорусов Галина Нечаева видит во всем, что ее окружает. И стремится не только понять глубину этих знаний, но и помочь понять ее другим.

Галина Нечаева:
Божественный наш, роскошный язык ткачества, красно-белого ткачества. Геометрический чин имеет возраст индоевропейства, то есть четыре – четыре с половиной тысячи лет этим знакам. Чем точнее и разнообразнее будет наше представление о нашем прошлом, тем больше у нас есть выбора в будущем.

Богатство традиционной белорусской культуры очаровывает раз и навсегда. Одних только орнаментов, вытканных на рушниках и рубахах, в коллекции музея более двух с половиной сотен.

Петр Цалко уверяет: глядя на рушник, можно увидеть человека, его мировоззрение, характер, радости и тревоги. Этот древний код говорит нам о нас самих. Нужно лишь научиться слышать.

Петр Цалко, директор Ветковского музея старообрядчества и белорусских традиций им. Ф. Г. Шклярова:
Сярод сотні неглюбскіх арнаментаў ёсць адзін, які дакладна ведае кожны беларус. Бо традыцыйны сцяг змяшчае гэты арнамент – кручча, каторы назвалі неглюбчане, ромб с крукамі, каторы б назвалі знакамітыя даследчыкі сімволікі арнамента.

Як раз такі гэта тое, што кажа: Беларусь – аграрная краіна. Гэты знак, як ніякі іншы, падкрэслівае гэта, бо ў аснове гэта ромб. Ромб для традыцыі – гэта заўжды зямля. Ромб заўжды ўскрыжаваны, гэта знак пахаты, узворвання зямлі. У кожнай кропцы ёсць зярняты, бубкі, як сказалі б неглюбчане. У нас ёсць зямля, якая ўзарана і засеяна. Узгадваем, як жыта расце: яно цягнецца да сонца, а пазней, калі каласы наліваюцца, яны закручваюцца.

Вось гэтыя кручча, якія ёсць на неглюбскім рушніку, каторыя змяшчае сцяг Рэспублікі Беларусь – гэта зямля, каторая мае ўжо свой ураджай, каласы, якія наліліся. Але зерне з каласоў зноў падае ў зямлю, зноў расце. Гэта такі знак вечнасці, вечнага ўраджая, вечнага росквіту.

Древние символы и знаки очаровали молодого филолога в студенческие годы. Для того, чтобы глубже узнать свою культуру, а вместе с тем и самого себя, в университетское общежитие он привез ткацкий станок. В результате сегодня директор одного из самых известных музеев страны управляется с челноком не хуже профессионального ткача.

Петр Цалко:
І гэта таксама ламала пэўныя стэрэатыпы. Бо мы ў інтэрнаце збіраліся спяваць традыцыйныя песні, рабілі рэканструкцыі абрадаў, мы ткалі таксама. І гэта быў цікавы досвед, якім чынам твая радзіма можа не толькі ў душы ў цябе быць, а ты цэлым мехам за плячыма яе з сабою.

Где-то здесь, в хитросплетении традиционных орнаментов, скрыта мудрость веков. Опыт, накопленный многими поколениями белорусов, подсказывает ответы на самые важные вопросы в жизни человека.

Петр Цалко:
Веткаўскі музей стаў той кропкай, дзе насамрэч ты разумееш радзіму ў такім больш глабальным сэнсе. Ты разумееш, што кропка, нетра, крыніца, якая б’е – яны там. Яны ў Сіманічах, яны ў Лельчыцкім раёне – там, дзе дом маці стаіць. А далей радзіма… Ты разумееш гэта як кроплю, якая на ваду падае і дае, дае, дае такія далей шэрагі.

Вельмі важна ведаць гэту апору, гэту кропку, скуль б’е ўсё-такі крыніца і як яна расцякаецца. Вось Веткаўскі музей ужо стаў такой паўнавартаснай чашай, дзе сабралася гэта вада.

К слову, Ветковский район – одно из немногих мест на карте Европы, где непрерывно продолжает жить живая народная традиция. Местные жители ежегодно выходят на «пахаванне стралы», поют «словно птицы» свои обрядовые песни.

А местные ткачихи все так же повторяют узоры, которым тысячи лет, передавая новым поколениям знания о том, кто же они есть – белорусы.

Галина Нечаева:
Пространство, в котором я нахожусь, позволяет мне чувствовать себя счастливым человеком. Вот это и есть любовь к родине реализованная. Реализованность человека и любовь к родине – это может быть залог того, что он счастлив.

Белорусская земля веками была домом для самых разных культур. Словно в одном большом котле здесь смешивались представления о мире славян, балтов, варягов, а позже христиан, иудеев и мусульман. Это пространство до сих пор открыто для всех. Найти в Синеокой свою родину очень просто, достаточно связать с ней свое счастье.