Сумка из пробок и аксессуары из пластиковых стаканчиков. Показываем невероятные коллекции

28.11.2018 - 11:15

Ткани им заменили пакеты для мусора, а пробки превратились в стильные украшения. Дарить новую жизнь бытовым отходам юным минчанам в радость. В финале городского конкурса экологической моды они доказали, что из ничего можно создавать шедевры. Оригинальные коллекции окунули в мир сказок со Снежной королевой и лесными феями.    

Павел Кацевич:  
Мне помогала моя педагог Марина Владимировна. Эта сумка-клатч. Драпировал мешок, закладывал складки булавками, а потом мы все это скрепили.  

Кира Шадурко:
Мох, шишки, кукуруза, желуди. Три дня понадобилось, чтобы сделать эту красоту.  

Валерия Вечерская:  
Такая вот такая сумочка, которая сделана из пробок. На ней в виде оболочки наклеены обои. Можно выполнить такие красивые украшения, которые (некоторые из них) можно носить в реальной жизни.   

А жизнеспособного в волшебных спектаклях было немало. Сумки-сетки из пластика и бижутерия из деревянных панелей вполне могут стать трендами. Такие конкурсы помогают стать ближе к природе и формируют стиль. Возможно, через пару лет кто-то из участников выйдет со своей коллекцией на большой подиум.  

Ирина Кацевич:  
Великие дизайнеры очень талантливые, начинали из мусора. Тот же Александр Маккуин, он сделал платье из пищевой пленки и выпустил его на показ в Лондоне.  

Лучшие наряды, шляпки и сумочки жюри оценило по достоинству. В лидерах же в третий раз оказались участники архитектурно-художественной гимназии имени Масленикова. На этот раз публику покорила «Алиса в стране чудес» на новый лад. Аксессуары из пластиковых стаканчиков никого не оставили равнодушными. 

Устинья Сыс:   
Шляпа связанная, накрахмаленная и добавлены какие-то материалы.  

Ольга Зеленкевич, педагог-организатор:   
Секрет нашего успеха дружба, наша сплоченность и наши таланты.   

Виталий Бровко, генеральный директор группы компаний «Экология города»:   
В головы взрослых можно донести только через поступки детей, что отходы нужно сортировать, не покупать столько одноразовой упаковки, взять холщовую многоразовую сумку и с ней ходить, своим примером показывать.  

Loading...


Он снимал Ленина, Есенина и Ахматову. Как сын кассира из Минска стал кремлёвским фотографом



Анастасия Макеева, корреспондент:
Его не увлекали ни пейзажи, ни репортажи, но неизъяснимыми чарами манили лица людей. О фотографе, который нам оставил больше, чем портреты.

В его галерее элита Серебряного века и советской эпохи. Осколки драм, печали и радости. Код личности Моисею Наппельбауму удавалось расшифровать в каждом. Своих учителей он нашел в Эрмитаже. Использовал один источник света, делал акцент на глазах и руках. Отвергал искусственные позы и слащавые аксессуары.

Екатерина Алексеева, научный сотрудник Национального исторического музея Республики Беларусь:
Портрет Есенина. Он пришел в фотостудию к Наппельбауму в плохом настроении, не захотел снимать шубу и фотограф решил, что вот это и надо запечатлеть.

Максим Голубчиков, фотограф:
Удалось передать характер людей, которых он снимал. На Буденного смотришь и эти усы хочется разглядывать.

Гений родился в Минске в 1896 году. Район Уборки. Бедная многодетная семья. Отец – кассир коробочного сбора. До 14 лет Моисей Наппельбаум научился лишь писать и читать. Затем была практика у известного фотографа Викентия Баретти, но неожиданно молодой и талантливый отправляется в путешествие по Российской империи и Америке.

После чего открывает в Минске на главной Захарьевской улице сначала одно ателье, затем второе и третье! С дорогими фирменными бланками и арендой 1.000 рублей в год.

Александр Величко, историк:
В угловом здании на перекрестке Захарьевской и Петропавловской улиц был дом известного минского кондитера Франца Венгржецкого. На третьем этаже было его ателье. Здесь он проработал с 1908 до самого отъезда в Петербург в 1912 году.

На него уже работал стиль. Он снимал для ведущего журнала «Солнце России». Но как еврей из черты оседлости без образования смог прорваться в столицу империи?! У историка Александра Величко на этот счет своя версия.

Александр Величко:
Скорее всего, он был по молодости вовлечен в революционную деятельность. Эта же организация помогла ему устроиться и в Петербурге. Шикарное ателье на Невском проспекте, чем не лучше явочная квартира, как ателье.

Анастасия Макеева:
Вот тот самый легендарный фотоаппарат, на который в 1918 году Моисей Соломонович уловил пытливый ум вождя пролетариата.

Моисей Соломонович писал, что жутко волновался в тот пасмурный январский день. Но в глазах Ленина он увидел луч света. Портрет стал первым и самым узнаваемым. А Наппельбаум стал своим в Кремле.

В объектив к нему попали руководители нового государства, академики и актеры. К слову, с литературной богемой познакомили дочери-поэтессы.

По понедельникам в фотостудии читали стихи Ахматова, Блок, Гумилев и другие. В глубине портретов можно прочувствовать каждого героя эпохи.

Игорь Духан, теоретик искусства, архитектор, дизайнер:
На фоне такого очень активного развития фотографии, на фоне монтажа, коллажной стратегии фотографии вдруг возникает такой совершенно классический художник, в фотографиях которого очень много от классического и романтического живописного портрета.

Максим Голубчиков:
Второго такого фотографа в Союзе принципе нет, который всех самых главных людей снял, как их будут теперь всегда воспринимать потомки.