The Guardian (Великобритания). Рой из 20 000 пчел атаковал прилавок с хотдогами

05.09.2018 - 17:48

Толпы людей охотно наблюдали за тем, как офицер полиции Нью-Йорка, на время ставший пчеловодом, собирает насекомых с прилавка с помощью… пылесоса. Как пишет The Guardian, работа в офисах была полностью остановлена из-за любопытства сотрудников.

Адам Габбатт (Adam Gabbatt) – Работа остановилась в офисах Нью-Йорка во вторник днем, так как толпы людей с интересом наблюдали, как передвижной прилавок с хотдогами очищают от 20 тысяч пчел. Пчелы буквально роились вокруг прилавка, расположенного в квартале к югу от Таймс-сквер. Нападение произошло около часа дня.

Тысячи людей смотрели прямую трансляцию Reuters – торговая тележка стоит рядом со штаб-квартирой новостного агентства в Нью-Йорке – и потом, когда был вызван полицейский, чтобы удалить пчел с помощью пылесоса, стали досматривать в Твиттере. Участок улицы на углу 42-й Стрит и 7-й Авеню был закрыт на время проведения этой деликатной процедуры.

Офицеры из Нью-Йоркского департамента полиции охраняли территорию, некоторые с большим желанием, чем другие. В это время один из их коллег надел шляпу пчеловода и подошел к ларьку.

Пчелы представляли собой плотный клубок размером приблизительно в квадратный метр. Усатый офицер полиции, одетый в белую куртку толстые перчатки приступил к сбору пчел, который занял около 40 минут. За процедурой наблюдали пользователи интернета. Примерно к 3 часам дня офицер удалил с зонтика прилавка большую часть пчел. На вопрос, безопасно ли оставаться в этом районе, полицейский указал на своего коллегу и сказал: «Он их собирает, так что проблем больше не будет».

Эндрю Коте, который управляет Ассоциацией пчеловодов Нью-Йорка, ответил на звонок из полиции Нью-Йорка и наблюдал, как собирали пчел. Удаление пылесосом – это был специально адаптированный пылесос – обычное явление, сказал Коте. Он подсчитал, что на зонтике было 20 тысяч пчел, и добавил: «Вы должны сосчитать число лапок и разделить на шесть, чтобы быть уверенным в их количестве». Говоря о «мотивации» пчел, Котэ сказал, что, по-видимому, они хотели хот-дог.

В дальнейшем разговоре Котэ пояснил, что он пошутил по поводу пристрастия пчел к хотдогам, и просто этот рой, вероятно, вылетел из плохо управляемого улья. Он сказал, что в квартале от места происшествия есть несколько ульев. К 3.15 полиция вновь открыла улицу, хотя несколько пчел все еще находились на месте происшествия. Котэ пожурил корреспондента The Guardian за то, что тот пригнулся, когда мимо пролетели пчелы. «Ты не умрешь, – сказал Коте. – Если только ты не анафилактик (аллергик – прим. ред.)».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.

Люди в материале: нет
Loading...


Aftenposten. Экстремальная температура станет нормой



Исключительно сухое и жаркое лето не меняет смысла предостережений климатологов, связанных с будущим: самым большим испытанием для Норвегии станут экстремальные осадки.

«Афтенпостен» (Aftenposten): А насколько экстремальным было жаркое и сухое лето этого года?

Хельге Дранге (Helge Drange): Летние месяцы с мая по июль были рекордно жаркими – на два градуса теплее, чем в 1947 году, в предыдущее экстремальное лето. В Осло температуру измеряют с 1837 года, так что жара установила серьезный рекорд! Эти же месяцы были и очень сухими, такими же, как летом 1947, 1976 и 1994 годов.

Хельге Дранге (Helge Drange) работает в Центре изучения климата в Бьеркнесе (Bjerknes) и является профессором океанографии в Университете Бергена.

– Какие признаки климатических изменений Вы видите?

– Мы знаем, что в северном полушарии растет количество осадков, мы знаем также, что уровень океана повышается. Морские льды в Арктике уменьшаются и по площади, и по толщине. Мы знаем, что ледники и гренландские льды тают, мы знаем, что тундра размораживается. Весна наступает раньше, а осень – позднее. И температура вообще повышается. Так что есть очень много разных изменений, но все они из одной и той же истории.

– Но ведь летом этого года осадков практически не было?

– Естественные вариации будут всегда. Например, прошлое лето было не жарким, но очень мокрым. Но мы здесь говорим о двух разных вещах: вариациях год от года, которые мы называем «погодой», и более долговременных изменениях, которые мы называем «климатом». Когда мы говорим о климатических изменениях, мы ищем тенденции в течение длительного времени. В Норвегии за последние сто лет количество осадков выросло на 20%. А температура за тот же период выросла примерно на один градус.

– Один градус за сто лет звучит не так-то много. Почему это становится проблемой?

– А зимой это даже почти приятно, правда? Но давайте посмотрим на взаимосвязь. В прошлый раз, когда Земля была действительно теплой, температура на два-три градуса превышала ту среднюю температуру, которую мы имеем сейчас. Это случилось более трех миллионов лет тому назад. И тогда понимаешь, что мы вот-вот встретимся с климатом, который современный человек никогда не видел.

Летом чаще будет жарче

– Следует ли нам ожидать в будущем, что летом чаще будет сухо и жарко?

– Да, летом чаще будет жарко и сухо, и мы должны ожидать также, что жара будет длиться дольше. Это не означает, что следующее лето также будет жарким, но жара летом будет чаще. И это не означает, что одновременно непременно будет засуха. Основной проблемой для Норвегии будут осадки, и летом тоже.

– Возможно, в какой-то момент нам придется перестать называть подобную погоду «экстремальной»?

– Да. Если мы продолжим с выбросами парниковых газов так, как сейчас, в конце этого века станет нормой то, что сегодня воспринимается как экстремальная погода.

– На земном шаре температура не везде повышается одинаково. Какова сейчас ситуация в Арктике?

– Она невероятная и пугающая. За последние сто лет средняя температура на Шпицбергене выросла на 2,5 градуса. За тот же период зимняя температура поднялась на 3 градуса. Шпицберген переживает тотальное изменение климата и погоды. Главная причина состоит в том, что льды отступают, а это означает колоссальные последствия. Здесь действительно пора бить тревогу.

– Кари Хьенос Хьос (Kari Kjønaas Kjos) из Партии прогресса несколько недель тому назад заявила в беседе с Aftenposten, что она не уверена в том, что жара является следствием парниковых выбросов, и она считает, что нам повезло, что у нас такое замечательное лето. А что Вы об этом думаете?

– Это ранит меня в самое сердце. И одновременно показывает, насколько велика потребность объяснять серьезность происходящего. Мы думаем, что современный человек независим, что мы можем подняться над природой и полностью все контролируем. Но происходит нечто противоположное. Мы отдаляемся от природы и сил природы и становимся от этого более уязвимыми.

– Каким образом?

– Людей становится больше, в основном, мы живем в городах. Когда происходят такие экстремальные события, они могут привести к летальному исходу, перебоям в снабжении водой, проблемами с урожаем и снижению производства продовольствия. Достаточно подумать о Ближнем Востоке и о том, что сокращение источников воды может привести к беспорядкам. Сегодняшняя ситуация с беженцами серьезна, но если у нас появятся климатические беженцы, тогда станет просто опасно.

Не думаю, что нам удастся довести выбросы до нуля

– В Парижских соглашениях от 2015 года ООН решила, что все страны должны ограничить свои выбросы парниковых газов, с тем, чтобы температура на Земле повышалась не больше, чем на два градуса, а лучше на полтора. Несколько реалистично то, что нам это удастся?

– Судя по сегодняшней ситуации, ответ – нет. Цель в полтора градуса мы уже почти достигли. Для того, чтобы добиться цели в два градуса, нам нужно иметь нулевые выбросы в течение 20-30 лет, и нет ничего, что указывало бы, что мы сможем этого добиться. На самом деле ни одно государство не имеет шанса достичь этой цели. У нас в стране мы открываем все новые месторождения и расширяем активность в поиске нефти и газа, так что наша политика также не соответствует идее нулевых выбросов в ближайшем будущем.

– Звучит довольно мрачно?

– Да, это так! Мы говорим об экзистенциальной проблеме для людей и всего живого на земле. Мы говорим о будущем очень многих поколений.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.