Тростенец: как трудовой концлагерь превратился в четвертый по величине лагерь смерти в Европе

07.06.2014 - 21:03

Большой христианский праздник 8 июня – Троица. В этот день у нас освящают веточки березы, девушки издревле плели венки и забрасывали их на высокое дерево или пускали по воде, предсказывая свое замужество. О чем еще девушки думаю? К таким элементам язычества церковь относится снисходительно.

Но важный смысл этого праздника, который называют еще Пятидесятницей, вспоминать усопших. И в Беларуси в этот день должна состояться памятная церемония в мемориальном комплексе Тростенец под Минском. Это трагический знак истории. Тростенец был четвертым по величине лагерем смерти в Европе. Там погибли более 200 тысяч человек.

Кузьма Козак, доцент исторического факультета БГУ:
Когда мы будем двигаться по красной тропинке, которая символизирует, конечно, потери, трагедию, мы будем видеть парадоксы нашей жизни: перевернутый дом, перевернутое дерево, затем мы увидим перевернутую духовность – это православная икона. Она прострелена. И далее мы движемся в этом направлении и выходим уже на черный круг. Как бездна. Именно там захоронено 150 тысяч убитых.

На макете будущего мемориального комплекса Тростенец – урочище Благовщина, которое, вопреки своему названию, в годы войны стало местом, откуда приходили совсем не радостные вести. Гитлеровцы превратили его в одну общую могилу.

Первый эшелон смерти с еврейскими узниками прибыл сюда из Гамбурга осенью 1941 года. И кровавая машина заработала на всю мощь. После освобождения Минска в урочище обнаружили 34 ямы-могилы.

Именно в Благовщину везут фотографии своих родственников и близких люди из самых разных стран Европы: из Германии, Австрии, Чехии. Они прикрепляют на деревья списки и листочки с именами погибших.

Вот так мирно сейчас выглядит урочище Шашковка. Оно уже давно стало частью Минска. И о трагических событиях, которые происходили здесь в годы войны, напоминает только небольшой гранитный памятник и табличка, заметная редкому прохожему.

А в 1943 году о Шашковке знали практически все местные жители. Узников минских гетто доставляли сюда в так называемых душегубках.

Алексей Литвин, доцент исторических наук, профессор:
Там была создана специальная печь. Сначала расстреливали, потом сжигали. Когда сжигали трупы, которые извлекали, с окрестных деревень призывалось местное население, давались наряды на вывозку дров. Люди отчитывались, сколько привезено дров.

Сам концлагерь Тростенец был создан Минской милицией безопасности в начале 1942 года как трудовой. Его узники пекли хлеб и шили одежду для немцев, столярничали и вели хозяйство.

Однако со временем и это место приобрело трагическую славу. Сюда привозили заключенных со всех минских гетто. С особой жестокостью казнили подпольщиков и партизан.

Кузьма Козак, доцент исторического факультета БГУ:
Существовала такая доктрина заложничества: за каждого убитого немца будут убивать сто. За убитого генерального комиссара – тысячу. Обычные люди попадали. И где их убивали? Их убивали в Тростенце. Поймали партизана. Куда его? В Тростенец. Поймали подпольщиков. Где будем убивать? В Тростенце.

Не сохранилось практически никаких документов. Когда немцы покидали оккупированные территории, они очень тщательно заметали следы своих преступлений, в том числе уничтожали и все архивы.

Более того, точных списков погибших в Тростенце советских граждан не существует. Поэтому историкам приходилось восстанавливать хронологию событий практически со слов немногочисленных очевидцев и просто тех, кто хотел узнать судьбу своих близких.

Алина Гущинская:
И тут патрульный немец подошел к нему и случайно заметил, что у него торчит из-под ботинка бумага. Он спросил, что это такое. Короче говоря, обнаружил эти листовки. Его забрали, и он уже не пришел больше домой. Мама узнала, что он в тюрьме, сказали, что их повезли всех в Тростенец.

Ни пальто с каракулевым воротником, ни золотые сережки, ни слезы матери не помогли вернуть 14-летнего Толю.

Алина Александровна до сих пор пытается установить место гибели своего старшего брата. Ведь можно уничтожить документы, но не воспоминания.

В 1942 году в Минске проживало чуть более 200 тысяч человек. А в лагере смерти «Тростенец» гитлеровцы казнили 206,5 тысяч.

Даже если эти цифры неточны, они говорят о многом.

Люди в материале: Кузьма Козак, Алексей Литвин
Loading...


«Живи и радуйся!». Гродно отпраздновал 75-ю годовщину освобождения от немецкой оккупации



Новости Беларуси. Гродно 16 июля празднует 75-ю годовщину освобождения города от немецко-фашистских захватчиков, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ. В честь памятной даты – концертная программа.

Основной праздничной площадкой стал парк имени Жилибера. У большого фонтана звучали послевоенные песни под аккомпанемент духового оркестра. А в старинном кинотеатре города прошла премьера документального фильма об освобождении Гродно.

В честь знакового дня музыканты выступают на Немане, играют на балконах в историческом центре, а на главной сцене кавер-бэнды исполняют любимые всеми хиты.

Елена Иосько, жительница Гродно:
Конечно, важный праздник! Это для Гродно вы что! Это память, память о войне, о том, кто защищал наш Гродно, должны помнить все: и дети, и внуки. И я с внучками иногда прихожу к памятнику, рассказываю, кто здесь.

Людмила Смородинова, жительница Гродно:
Что сейчас мир на земле, что солнце светит, что все живы и здоровы, радуются жизни. Такой праздник сегодня – для нас поют, играют. Живи и радуйся!

Ирина Равлушевич, начальник отдела идеологической работы, культуры и по делам молодёжи Администрации Ленинского района Гродно:
Мы хотели бы напомнить нашим жителям те музыкальные песни, те нотки, которые связаны у нас с теми днями. Они остаются у нас в памяти, их передают нам наши ветераны. И наш долг просто пронести это через годы, передать это нашим детям.

Гродно был освобождён спустя 13 дней после Минска. К этому времени горожанам пришлось пережить тысячу 111 дней фашистской оккупации. Сегодня именами освободителей названы улицы, школы и пограничные заставы.