«В этот день было очень жарко». Воспоминания уроженки города Хойники о трагедии на ЧАЭС

26.04.2018 - 12:09

26 апреля 1986 года навсегда разделила жизнь миллионов россиян, украинцев и белорусов на до и после. Среди тысяч человек, вынужденных покинуть в 1986 году свою родину, была и наша сегодняшняя гостья. Она принесла сборник детских стихов о Чернобыльской трагедии. Эти стихи писали мальчишки и девчонки, пережившие трагедию 1986 года.  

Гость программы «Утро. Студия хорошего настроения» на СТВ – уроженка города Хойники – Ирина Конопелько.

Как вы узнали о трагедии на Чернобыльской АЭС? Какой был в тот момент ход действий?

Ирина Конопелько, уроженка города Хойники: 
Я помню, что в этот день было очень жарко, была отличная погода, особенно у нас там, на юге, я загорала. У меня работа была напротив, обеденный перерыв был два часа, поэтому было время посидеть на скамейке, поговорить. И подошла ко мне моя соседка с первого этажа и говорит: «Ира, вот живем, живем и ничего не знаем, а в Чернобыле взорвалась атомная». Ну, взорвалась и взорвалась. Мне было 20 лет, через минут сорок-час я уже пошла домой. У папы была Большая советская энциклопедия, все-таки решила туда заглянуть и посмотреть, что такое атомная, что такое авария. Тем более, что в этот день уже начали очень много летать вертолетов. Как-то так было непривычно. Когда я прочитала, я все равно ничего не поняла в Большой советской энциклопедии.

Второй день был такой же. Ничего никто не знал. Все было как всегда: люди на огородах занимались своими делами. А на второй день уже пошел такой слух через одного, через двух, что нужно пить йод. Поэтому я пошла после работы в аптеку, я это очень хорошо помню. Купила йод, по сколько пить и как, никто не знал. Но я помню, что вот это жуткое какое-то состояние, потому что я прочитала в энциклопедии, что есть какие-то альфа-, бета-, гамма-излучение, что что-то проходит через стены, что-то не проходит через листик бумаги. Я еще помню, что так быстрее и быстрее шла, чтобы быстро дойти домой и спрятаться, потому что немножко было как-то не по себе. 

Что вам говорили, когда сообщили о трагедии на Чернобыльской АЭС?

Ирина Конопелько: 
Знаете что, ничего не говорили. В первых днях мая только звучала эвакуация, что нужно эвакуироваться. Ничего четкого никто не знал, потому что это было впервые. Это впервые было и для руководства, и для врачей. 

Были люди, которые сами, не дожидаясь сверху отмашки, уезжали?

Ирина Конопелько:
Их практически не было, потому что никто ничего не понимал. 

Что из себя представлял телемарафон «Чернобыль» в 1990 году, в котором участвовала Ирина Конопелько? Как появился сборник стихов «Чернобыль глазами хойникских детей»? 

Подробности – в видеоматериале.

Люди в материале: Ирина Конопелько
Loading...


История центра началась в 90-х. Как в РНПЦ радиационной медицины и экологии человека в Гомеле помогают людям, пострадавшим от ЧАЭС



Последствия чернобыльской катастрофы затронули многие страны Европы. Но в наибольшей степени пострадали Украина, Россия и особенно Беларусь.

О необходимости создания специализированного медучреждения заговорили практически сразу же после аварии. Но так уж сложилась история, что центр, рассчитанный и на россиян, и на украинцев, белорусам пришлось строить уже самим. В Гомеле. 

О том, как начиналась история РНПЦ радиационной медицины и экологии человека и какие методики используют при лечении, смотрите в одной из серий документального цикла «Я шагаю по стране».

Строительство пришлось на 90-е – уже на постсоветский период – и было приостановлено из-за срыва финансирования. Но передовым подходам в медицине было суждено воплотиться на гомельской земле. В декабре 2003 года клиника принимала первых пациентов. 

Храм Растрелли, захороненные деревни и те, кто остался на родине. Жизнь после Чернобыля – в репортаже СТВ

Александр Рожко, директор ГУ «Республиканский научно-практический центр радиационной медицины и экологии человека»:
После Чернобыля мы видим четкую картину, что щитовидная железа пострадала в большей степени. Спустя три десятка лет показатели стабилизировались. Беларусь вложила огромные, колоссальные средства, чтобы мы не видели, не чувствовали вот этих последствий.

«И я начала плакать»: воспоминания очевидцев трагедии на ЧАЭС

В РНПЦ радиационной медицины и экологии человека оказывают не только помощь людям с территорий, пострадавших от аварии на ЧАЭС. Центр стал многопрофильным. Сложнейшие операции и тяжелейшие курсы химиотерапии дают еще один шанс не только белорусам. Здесь лечатся жители России, Украины, Израиля, Армении, Азербайджана, Норвегии.

«А где превышает, а где нормально радиация. Всё равно, едим». Как живут в деревне, отселённой после катастрофы на ЧАЭС

Подробности – в видеоматериале.