Вадим Гигин: сфальсифицируй историческую работу – скажут «выдающийся историк». А он никогда в архиве не был

04.09.2021 - 22:56

Новости Беларуси. В программе «Тайные пружины политики 2.0» декан факультета философии и социальных наук БГУ Вадим Гигин.

Подробнее в видеоматериале.

Григорий Азаренок, СТВ:
Сегодня есть с чем поздравить: Вадим Францевич, вас в первую очередь с тем, что вы возглавили общество «Знание». Поговорим о культуре чтения, о знаниях. Тем более у нас сейчас праздник – День белорусской письменности и культуры. Этот день дает нам повод поговорить о феномене интеллигенции. Почему она так испортилась за последнее время, если мы говорим о так называемой околокультурной вот этой среде, которая обслуживала белорусский мятеж?

«Они пытались националистическим флагом, флагом националрадикализма, идеологии прикрыть свою бесталанщину»

Вадим Гигин, декан факультета философии и социальных наук БГУ:
Белорусская интеллигенция – это часть русской интеллигенции. Все качества, присущие русской интеллигенции, присущи и белорусской. И есть особенность. Вот эта националистическая часть пытается как бы отстроиться от вот этого большого феномена и найти в себе некие качества, некую самость, которая якобы свойственна только ей. А этого не получается. Что выходит? Провинциальность, местячковость, краевость, вторичность и чувство неудовлетворенности.

Григорий Азаренок:
Вот это – так называемая среда. Но ведь это писал Булгаков. Это Латунский. То есть каждый из них по отдельности ничтожество. Сбившись в злобную стаю…

Вадим Гигин, декан факультета философии и социальных наук БГУ:
Тот же Иван Шамякин – он что, должен был смириться, когда в 1993 году сюда приехала вся эта шушера полицайская, когда тут праздновали юбилей БНР, ходили, махали этими флагами? И вся эта сволочь, которая лизоблюдствовала. А что, они его за это любить будут? Они будут любить Савицкого за ту правду, бескомпромиссность, с которой он выступал? А моральный авторитет человека, который прошел концлагеря? Он просто глыба по сравнению с теми, кто пытался на него бросаться. По творчеству вообще это космос. Сравните то и тех шакалов, которые его покусывали, например. И что они пытались сделать из наших творческих союзов – под эгидой высокого искусства тянули всю эту мазню, всю эту безкультурщину, выдавая и прикрывая. Понимаете, ведь это же ужасно, так было в худшие советские времена, когда под флагом идеологии безталанщину прикрывали эти флаги.

Григорий Азаренок:
Рапповцы – это те же змагары.

Вадим Гигин:
А теперь они пытались националистическим флагом, флагом националрадикализма, идеологии прикрыть свою безталанщину. А что? Нарисуем портрет какого-нибудь князя литовского: «Ого, прыкрасна». Или поставь какую нибудь скульптуру не пойми из чего, но скажи, что это посвящено Слуцкаму збройнаму чыну. Браво, браво – все напишут, как это хорошо и прекрасно. Или сфальсифицируй историческую какую-нибудь работу – скажут «выдающийся историк». А этот историк никогда в архиве не был. И его будут преподносить, возносить, давать гранты, возить и так далее. Вы знаете, они же такой канон сформировали. Вопрос: кого ты любишь, какой писатель? Отвечали: Алексиевич и Виктор Мартинович. Я, кстати, эксперимент проводил среди вот этой хипстерской… Кратко совсем расскажу. Какой любимый писатель? Мартинович. Уверенно на 98 %. Что читал? Уже названия романов начинают ерзать, но с подсказки называет. О чем книга? Вот так вот сидит, понимаете? Это о чем говорит? Не читают. Просто хочется быть модным.

Интеллигент всегда стремится быть кем? Дмитрием Лихачевым, академиком по гамбургскому счету. А часто получается кто? Васисуалий Лоханкин. Даже там нет образованщины этой. Прочитал некий набор, и то не дочитал. Как его сразу Остап Бендер вычислил: вас из какого класса гимназии вытурили за неуспешность? Поэтому и вот он: а может, в этом есть сермяжная правда? И он, конечно, выйдет, не понимая, куда он идет. Эта интеллигенция спровоцировала революцию 1917 года, испугалась ее, стала жертвой несколько раз, приспособилась к советской власти. Честность Высоцкого – это легендарные слова, когда он прилетел в Америку, Нью-Йорк, и ему говорят: слушайте, у вас есть противоречия с советской властью, с советским правительством? Он говорит: это мое дело, есть или нет, потому что Нью-Йорк – наверное, последнее место, где я готов это обсуждать. Вот Высоцкий. Вот подлинный поэт. Поэт на изломе. А возьмите, как травили Бондарчука того же. С чего началась перестройка в культуре? Со съезда кинематографистов пятого, по-моему, когда бросились на гения и решили его дружно повалить.

Григорий Азаренок:
Защитили два человека: Михалков и Бурляев.

Вадим Гигин:
И вот это вот, когда в кучку сбиваются и начинают травить того, кто не соответствует твоим взглядам, при этом провозглашает тотальную свободу. А свободы никакой нет.

Григорий Азаренок:
Почему-то националисты очень не любят памятник Пушкину, который стоит в Минске. Они то его краской обольют, то вот перо недавно сломали. Пушкин – наш поэт?

«Взять, найти какую-то знаменитость зарубежную и сказать: вы знаете, у него белорусские корни, он наш»

Вадим Гигин:
Мы часть суперэтноса, используя гумилевские определения, куда входят русские, белорусы, украинцы. Он понятный нам, он наш поэт. Здесь очень важный момент. Не знаю, как назвать – латушковщина или еще что-то – болезнь провинциальности, местячковость, о которой говорили. Взять, найти какую-то знаменитость зарубежную и сказать: вы знаете, у него белорусские корни, он наш, и он где-то здесь родился. И с таким трепетом, с такой яростью доказывать Мицкевич – это белорусский поэт. Кто-то его даже назвал белорусским гением. Это человек, который Мицкевича не читал. Потому что у него польскостью проникнуто все. Они первые строчки выучили, где Litwo! Ojczyzno moja! [Литва! Моя Отчизна – прим. ред.], а дальше, где там по 200 раз он о поляках, Польше, старопольше говорит, старопольских традициях. Ожешка – белоруска, Костюшко – белорус, Горецкий хоккеист – белорус. А знаете, почему? Они стесняются, па-беларускі кажучы, саромеюцца свайго. Вместо того чтобы весь этот жар души, весь этот трепет, энергию бросить на то, чтобы в мире знали Купалу, Франциска Скорину, Богдановича, Савицкого.

Григорий Азаренок:
Не элитарные. Купала презирал шляхту, Колас презирал шляхту.

«Они обменивались, кого из деятелей культуры приподнять, а о ком не упоминать»

Вадим Гигин:
Конечно, кто читал «Бандароўну», кто после этого может сказать, что шляхта – это чуть ли не совесть белорусского народа? «Едзе, едзе Пан Патоцки – сам ён і яго хеўра». И вот эта хеўра, кстати говоря, используя купаловские слова, фактически под лозунгом якобы борьбы за национальное, это национальное принижает, пытаясь стянуть с себя людей, которые, как тот же Костюшко, сознательно отказывались от белорусского языка. Он же с пренебрежения писал об этом как об угрозе польскому национальному делу. Вся эта кампания с вышиванкой. «Вот, смотри, я в вышиванке. Ты видишь? А ты нет? А у меня шкарпэткі з вышыванкай. О, бачыш ты!» И вот это желание выпятить это, превратить в некий лозунг.

Муковозчик: пытаемся ложную сарамлівасць убрать, чтобы люди активнее говорили, что они на самом деле любят

Григорий Азаренок:
Это же и в культуре проявляется. Модным стал вот этот тихий шепот.

Вадим Гигин:
А что такое модным? Среди кого это стало модным? Это навязанная мода, это пропаганда, попытка установить этот стандарт, шаблон, которому ты должен соответствовать. А если нет, то ты не рукопожатный, мы тебя выкинем отсюда, будем тебя гнобить. Фактически создали целую индустрию. Мы же видим, что в чатах было. Они обменивались, кого из деятелей культуры приподнять, а о ком не упоминать...

Григорий Азаренок:
Они же создали списки артистов.

Вадим Гигин:
...кого травить. Это такой тоталитаризм.

Loading...


Азарёнок: если ты вдруг захотел продать страну, будь готов услышать «держи крепче лопату, мы не видим работы»



Новости Беларуси. Попытки раскачать Беларусь продолжаются, мировой финансовый капитал жаждет устранить конкурента в лице нашей страны. Для этого у нас пытаются вырастить новый паразитический класс, готовый продать собственную страну.

Программа «Тайные пружины политики 2.0» в программе Новости «24 часа» на СТВ .

Григорий Азаренок, СТВ:
Товарищи, вчера случилось чудо. Вільна, незалежна, гідна ненька, мрія чуть не погибла. Величайшая древнешумерская цивилизация была на грани гибели. Нет, не орды путинских чечено-бурятов на медведях и ракетах летели на вольную Львівщину, нет! Ехал Юрий Воскресенский. Все мировое сообщество просто затаило дыхание и ждало неминуемого апокалипсиса, ведь мир не стоит без Украины. Но в неравном бою арийские пограничники, вдохновленные песней «Батько наш – Бандера», победили. Они развернули вестника армагеддона и сделали ему в паспорте штамп, признав Юрия Воскресенского угрозой национальной безопасности Украины аж до 2024 года. К тому моменту, думается, великое войско будет настолько оснащено, что сможет противостоять политологу. Так и живем мы, товарищи, в мире бреда.  

Но помним: ложь не есть правда, а истина всегда одна. Меня зовут Григорий Азаренок, это «Тайные пружины политики 2.0».

А как Украина погрузилась в этот маразм? Как происходит майданизация политики? Тогда, когда она строится на капитале. Поговорим об этом сегодня.  

Так называемая революція гідності не какое-то там мифическое народное волеизъявление. Сейчас воровства и коррупции в сотни раз больше, а народ живет в сотни раз хуже, но никакой майдан не собирается. В 2014 году произошел передел собственности, передел сфер влияния среди олигархов. Народ всего лишь декорация, которую ничего не стоит убрать.  

Григорий Азаренок:
И что же мы видели в 2020 году в Беларуси? Да, капитал рвался к власти. Ну конечно, две иномарки за сотни тысяч евро есть, четырехэтажный дом с бассейном есть, молодые проститутки меняются каждый день, а жена обеспечивается дорогими любовниками. Уже как в Древнем Риме – чуть ли не перья в глотки совали, чтобы стошнить и снова жрать. А вот власти нет. Власть у народного Президента. Недовольна была душенька.  

Ивент-агентства прямо диктовали ведущим выступать за переворот либо же лишатся площадок. Менеджеры обзванивали всех артистов СНГ, чтобы они пропели частушки против нашей власти (помните, даже голливудского актера купили). Все сопровождение Тихановской оплачивали частники. А апофеозом, конечно, стала жирная ворюга со злодейской кличкой Бабарико. Но ведь после разгрома блицкрига не успокоились. Частные медцентры подделывали змагарам справки. В кафешках развешивали полицайские онучи и даже объявления писали, что не будут обслуживать ябатек и их детей. Магазины женских трусов уходили на забастовку, а сотрудники всяких бизнес-центров даже премии платили за выходы на марш. Все об этом было сказано.  

Григорий Азаренок:
Но ведь и теперь белорусские банки вдруг закрывают из-за санкций счета белорусским патриотам, а на колготках по-прежнему красуется БЧБ-куртизанка. Умеют они превращать в божью росу любую субстанцию. И лезут, лезут, лезут, хоть тушкой, хоть чучелом, но не успокаиваются.  

Григорий Азаренок:
Хотят, как у соседей. Министров и депутатов назначать, заносить куда надо и решать вопросы, самим сидеть и рулить процессами, получая бесконечные гешефты. И все повязаны на Запад. Только вот я напомню историю. В начале прошлого века разные нобели и прочие владельцы собственности в Российской империи финансировали революцию. И им удалось проплатить дворцовый переворот. Только вот скоро 7 ноября.  

Труд в Беларуси свят. Это то, чем мы живем, то, что спасает нас в этом безумном мире. И если честным трудом ты стал обеспеченным, да еще и другим помогаешь, помнишь о своей Родине, честь тебе и хвала. Но если ты вдруг решил переформатировать собственность во власть, как говорят политологи, если захотел приватизировать за гроши народную собственность и продать страну, если служишь ты западным толстосумам, то будь готов услышать: «Держи крепче лопату, мы не видим работы».