«Все цвета июля». Тайны картины Валентина Волкова «Освобождение Минска» и герои полотна – в одном материале

03.07.2018 - 21:00

Игорь Позняк, СТВ:
Состояние наивысшего наслаждения жизнью. Именно так толковый словарь даёт определение простому человеческому счастью. Что-то подобное испытывают минчане в ноябре 1951 года, уже вдоволь наевшись послевоенного хлеба. Все бегут именно сюда – на главный перекрёсток столицы, где открывается ГУМ – невиданный, по тем временам, аттракцион изобилия.

Но даже эта эйфория несравнима с настроением минчан  за 7 лет и 4 месяца до этого – в первый и очень солнечный июльский понедельник. Голодные, но невероятно счастливые минчане бегут на главный перекрёсток только что освобождённой столицы. Именно таким 3 июля 1944 года увидел один из самых заметных советских художников, но главная картина его жизни до сих пор овеяна массой легенд, домыслов и откровенной лжи. 

«Леса были на протяжении всей картины. Залезал по лестнице наверх, там обедал и лежал, отдыхал»: как Волков писал «Освобождение Минска»

«Я помогал рисовать ему вот этот кусочек»: мальчик с картины Волкова рассказал, как создавали полотно

«Может быть, позарез надо было именно пятку закончить»: внук художника Волкова рассказал, как попал на картину «Освобождение Минска»

Из писем Валентина Волкова:
Я начал работать над этой картиной потому, что я сам встречал наши войска…

Я так много пережил…

И это самое потрясающее переживание всей моей жизни – избавление нас, обречённых, от, может быть, лютой смерти…

«Освобождение Минска» – визитная карточка всего белорусского советского искусства.

Над этой картиной Валентин Волков работает 9 лет.

Все герои полотна, а их почти 200 – не плод воображения мастера, а вполне реальные люди: соседи, родственники и солдаты – всех персонажей Волков пишет исключительно с натуры.

Сергей Волков, внук Валентина Волкова:
Это – мой отец. Вот, в белой рубашке.

Он стоит, пожимает руку танкисту.

Моя мама.

Вот это вот – третья жена деда.

Был любителем оперы и женщин.

Солдаты были из Уручанской дивизии, которая тогда была далеко за городом. И надо было туда ездить, договариваться с командирами, чтобы отпускали солдат в увольнение – позировать.

Гражданские все на картине – это минчане, которые жили в то время в освобождённом Минске.

В районе улиц Восточная, Некрасова, Беломорская.

Далеко не все соглашались позировать деду, но он, молодец – уговаривал, люди позировали, многие – с удовольствием.

Зоя Михайловна вспоминает, как школьницей тоже с удовольствием бегала в мастерскую.

На картину попала, благодаря тесной дружбе Валентина Волкова и её отца – тоже известного художника Михаила Довгялло.

Зоя Довгялло:
Я так думаю, что я здесь – во многих местах. Девочка.

Потому что рисовали меня с цветочками.

Потом Валентин Викторович просил меня попозировать в другом положении. Вот женщина держит девочку – тоже похожа на меня. Потом где-то ещё с цветочками девочка тоже. Во многих положениях я была тогда. И домой к нему приходила, и в мастерской на Некрасова тоже я позировала. И так я стояла.

Любые положения он просил: то так повернись, то так. Он всё время просил: «Зоечка, приходи, я тебя жду». Вот такая была я девочка.

Лет 8, наверное, мне было.

Игорь Позняк:
На этой фотографии Вы практически в том возрасте, как и на картине.   

Зоя Довгялло:
Да. Это – второй класс. 8 лет.

Игорь Позняк:
Но Вас Волков в разные годы писал. Соответственно, Вы на картине где-то старше, где-то младше?

Зоя Довгялло:
Да.

Как солдат с картины «Освобождение Минска» стал прообразом знаменитого советского плаката

Из писем Валентина Волкова:
Что касается одинаковости жестов, рукопожатий и прочего…

Знаете, когда сотни рук и ног, ей-Богу…

Сколько я ни бился, всё, что мог, сделал, чтобы разнообразить картину. Это – очень трудная задача.

«Желательно и не дышать»: СТВ пустили в хранилище Художественного музея и показали этюды Волкова к знаменитой картине

«Река Свислочь, немножко затуманено так, город спит»: о Минске 3 июля 1944 года – советский мотоциклист, который первым въехал в город

Женщина, пожимающая руку мотоциклисту на картине «Освобождение Минска» Валентина Волкова – Мершыдэ Волотовская, близкий друг семьи художника.

Её сын, по удивительному совпадению, сегодня живёт на главном перекрёстке столицы – именно там, где разворачивается действие картины.

Игорь Волотовский:
Женщина, которая пожимает руку мотоциклисту – это, скорее всего, не моя мама. Потому что никакого внешнего сходства нет.

Хотя, оно здесь необязательно. Это ж картина – не «Мистерия ХХ века», где все физиономии, как фотографии.

А я думаю, что вот это – моя мама могла бы быть.

Она не похожа. Он и не пытался этого достичь, потому что у его картины совсем другие задачи были. Вот её причёска в те годы – короткая, косы заплетала.

И носила такую причёску, как Тимошенко Юлия.

Смотришь на картину – она, как бы, статична.

А, на самом деле, если представить себе, что где-то щёлкнет выключатель – это всё станет двигаться.

«Когда он позировал, держал в руке букет цветов»: сын танкиста с картины Волкова рассказал, откуда там взялся автомат

Советский танк ИС-2 – настоящая гроза немецких «Тигров».

Именно эту боевую машину Волков помещает в самый центр композиции.

Уже за ней идут знакомые всем Т-34.

Сегодня эти танки – настоящее украшение праздничного парада в столице, а в 1944 году – главный символ освобождения.

Михаил Брель, профессор Военной академии Республики Беларусь:
Модель, которая изображена на картине – это модель образца 1943 года.

Тут 22-миллиметровая пушка, позволяла вести огонь бронебойными.

При попадании в боевую конструкцию танка «Тигр» происходило не только пробитие брони, но порой даже сдвигалась с места или срывалась со своей опоры башня танка «Тигр». Поэтому такие танки немецким танкистам было запрещено встречать в открытом бою. И неудивительно, что на картине Волкова на первом плане показан именно танк ИС-2.

Из писем Валентина Волкова:
Когда я начал компоновать картину, я шёл от увиденного.

Мне хотелось придать торжественности всей этой композиции.

Мне казалось, что в некоторых фигурах, может быть, заложена патетика больше, чем нужно.

Место действия картины Волков выбирает неслучайно.

Перекресток современной улицы Ленина и проспекта Независимости.

На заднем плане – легкоузнаваемые купола чудом уцелевшего Мариинского собора.

Сергей Волков:
Его было право поместить вот эту сцену в то место, которое он выбрал. Он выбрал знаковое место, которое в Минске узнавалось.

И, видимо, он не ошибся.

Потому что потом, при застройке Минска… Ведь Минск же был практически полностью разрушен…

Я же помню: это были сплошные дымящиеся развалины.

Вот это я помню. И ещё долгие несколько лет после освобождения Минск был весь в развалинах.

И он, видимо, правильно угадал – нашёл то место, которое, всё-таки, осталось в каких-то фрагментах нетронутым. И оно сейчас угадывается без всяких вопросов.

«Стоит в босоножках 50-ых годов. А жители ходили в лаптях!»: ляпы в картине Волкова «Освобождение Минска»

Изначально картина Волкова создавалась вовсе не для массового показа. Она должна была украсить интерьеры Дома Советов, чем объясняется гигантский размер полотна.

Кстати, по договору 1945 года картина должна была быть ещё больше.

Татьяна Иванова, заведующий отделом Белорусского архива-музея литературы и искусства:
В деле №28 хранится письмо заместителю председателя Совета министров БССР Петру Абрасимову от Валентина Волкова. По договору, указано здесь, в письме, что размером картина должна быть 7,5 на 3,4 метра.

«Практически столько Леонардо да Винчи делал «Тайную вечерю»: почему Волков писал «Освобождение Минска» 9 лет?

«Бесконечные столбики цифр с фамилиями»: художник Волков записывал долги углём на стене

«Родственников оказалось вдруг неисчислимое количество»: как художник Волков потратил гонорар за «Освобождение Минска»

«Должного внимания к своему труду со стороны заказчиков я не встретил»: показываем письма художника Волкова правительству БССР

Декада белорусского искусства в Москве – первый и самый серьёзный экзамен для только что написанной картины Волкова.

В 1955 году «Освобождение Минска» производит настоящий всесоюзный фурор.

Полотно обсуждают критики, о нем пишут в центральных газетах. После столь оглушительного успеха Валентину Волкову присваивают звание народного художника.

Ольга Архипова, ведущий научный сотрудник Национального художественного музея Республики Беларусь:
Были невероятные отзывы: его сравнивали с Репиным, с Суриковым. Потому что, действительно, умение написать многофигурную, сложную историческую композицию – это очень непростая задача.

И то, как она сделана – по всем законам, правилам. Таким, которые в классической школе существуют. Очень редко художники могли повторить и сделать.

Не так много у нас таких многофигурных исторических полотен.

После московского триумфа картина Волкова возвращается в Минск.

И здесь решающую роль в её судьбе сыграет неугомонная Елена Аладова – директор Художественного музея и главный собиратель всех его шедевров.

Это она настояла, чтобы «Освобождение Минска» оказалось не в коридорах Дома правительства, а в национальной экспозиции.

«Очень деликатно спрашивали, сколько эта картина стоит»: как немцы на «Освобождение Минска» смотрели

В 1978 году картина «Освобождение Минска» последний раз в советской истории появляется на публике – её выставляют во Дворце искусств.

Оттуда на 25 лет она отправится в хранилище.

Шедевр Валентина Волкова намотают на барабан, по официальной версии – из-за нехватки выставочных площадей.

Михаил Борозна, ректор Белорусской государственной академии искусств:
К сожалению, во многом, это – естественное состояние зависти к человеку выдающемуся, интеллигентному, автономному, прекрасному рисовальщику, с хорошей биографией.

Ведь он – один из авторов первого белорусского герба.

«Ему припомнили всё – и дочерей, которые сотрудничали с немцами»: почему художнику Волкову не простили успеха

Показываем, как картину Волкова «Освобождение Минска» снимают с барабана после 25 лет в хранилище

Слухи о том, что Волков написал точную копию гигантского полотна, уже не одно десятилетие витают в среде искусствоведов.

Последний раз почти завершённую работу видел внук мастера, за несколько месяцев до смерти художника, в его же мастерской.

Сергей Волков:
Я помню этот большой холст, который висел – повтор – в мастерской у деда. На том же самом месте, где висела эта картина, когда он над ней работал. Он скончался в начале ноября 1964 года. А в конце ноября, 27 ноября я пошёл служить в армию.

Когда я вернулся, не было уже ни мастерской деда, ни этого повтора.

Но главный вопрос: зачем Волков в уже солидном возрасте приступает к этой, казалось бы, неподъемной работе. Для которой, кстати, просит еще несколько помощников.

Татьяна Иванова:
Когда прекратились дотации, и у Волкова закончились средства на творческую работу и на жизнь, он вынужден был согласиться на предложение московского комитета по делам искусств на написание второй картины на эту же тему.

И в письме также Волков указывает, что эти деньги помогли ему продолжить работу над большой картиной.

Но вынужден он был работать уже над двумя картинами одновременно.

Из писем Валентина Волкова:
Мною руководит лишь горячее желание, в меру способностей и умения, с честью завершить картину – самое большое и серьёзное произведение всей моей жизни – и оправдать доверие правительства.

Версий, где можно искать копию картины Волкова – масса. Большинство из них мы проверили. В 1964 году, полотно, действительно, передали на хранение в Дом правительства.

Дальше следы картины теряются в Москве.

Леонид Щемелёв, народный художник Беларуси:
Абсолютно точная копия. Я тоже видел эту картину. Она была не дописана. Вторая. Но потом, где она, и как пропала – он никому не говорил, кому это продано.

Где-то люди есть, которые любят такие тайные вещи.  

Валентин Волков ушел из жизни в 1964 году. Прощались с народным художником Беларуси в Национальном музее – всего в нескольких метрах от главной картины всей его жизни.

Ольга Архипова:
Конечно, для нас, в общем-то, до сих пор эта картина остаётся, своего рода, ребусом, такой загадкой. Поскольку мы знаем, что практически все персонажи написаны с натуры, но не всех их нам удалось идентифицировать.

Безусловно, для нас, как для исследователей, это всегда будет открытый вопрос: кто же ещё изображён, кто вот эти люди, которые позировали для художника. То есть, вот эти истории – мы постоянно узнаём что-то новое, какие-то новые открытия с ней связаны. И, наверное, это тоже – неслучайно.

То есть, насколько Волкову удалось запустить вот эту машину времени.

Игорь Позняк:
Последний день Помпеи, залп «Авроры» или гибель «Титаника» Вопреки исторической правде, мы смотрим на эти события, благодаря образам, созданным художниками и режиссёрами.

И в этом есть великая сила искусства.

Конечно, и очевидцы событий 3 июля 1944 года найдут в картине Волкова массу неточностей. Но ценность этого полотна – совсем не в исторической достоверности. Волкову удалось, с удивительной фотографической и даже мистической точностью, передать самое главное – простое человеческое счастье, ну и, конечно, надежду.



Показываем, как картину Волкова «Освобождение Минска» снимают с барабана после 25 лет в хранилище



2005 год. После четвертьвекового забвения гигантское полотно «Освобождение Минска» Валентина Волкова, наконец, снимают с барабана.

Главное опасение искусствоведов – состояние красочного слоя.

К великому удивлению, картина не просто в хорошем – в идеальном состоянии. И здесь впору вспомнить, где и у кого Волков учился живописи.

Ольга Архипова, ведущий научный сотрудник Национального художественного музея Республики Беларусь:
Картина должна сохраняться. И художник должен знать, как сделать так, чтобы его картина хранилась долго. Чтобы она не разрушалась, не трескалась.

Чтобы от неё не отваливалась краска.

То есть, это всё тоже – законы химии, физики.

Всему этому учили в Петербурге. Он, конечно, этому учил своих студентов. Наша задача, как музея – хранить вечно. Реставрационные технологии же тоже не стоят на месте. Способность законсервировать произведение – она тоже меняется. То есть, может быть, что-то было неизвестно 50 лет назад, а через 50 лет мы будем знать, как это делать навсегда.

«Все цвета июля». Тайны картины Валентина Волкова «Освобождение Минска» и герои полотна – в одном материале