ВЗГЛЯД (Россия). Почему Трампу никогда не простят отказа от глобализма

26.09.2018 - 16:52

Выступление Дональда Трампа в ООН отражает всю двойственность как его личного положения, так и сегодняшней роли США в мире. Несомненные экономические успехи Трампа нивелируются мощнейшей агитацией против него в Штатах и на Западе в целом. Между тем причина атаки на Трампа лежит на поверхности – она в его взглядах на глобализацию, верность которым он подтвердил и в своей речи на Генассамблее ООН.

После того, как Трамп начал свою речь с рассказа о небывалых успехах и прогрессе, которых добилась его администрация, в зале раздался смех. Странная реакция на слова о том, что Трамп добился большего, чем его предшественники за такой же срок – и связана она не с тем, что неуместно хвастать перед международным сообществом высокими результатами своей работы.

Нет, дело в другом – в контрасте между реальностью и тем, как воспринимают Трампа потребители международных, то есть в основном англосаксонских, медиа. Американские и европейские СМИ изображают Трампа как некомпетентного чудака, ведущего себя в мире как слон в посудной лавке, ненавидимого большинством собственного народа и вообще случайно попавшего в президентское кресло, которого к тому же он в любую минуту может лишиться из-за импичмента. Это – та виртуальная реальность, в которую верят многие, в том числе и зале заседаний Генассамблеи ООН. Поэтому и смеются над трамповским хвастовством. Хотя на самом деле Трамп сказал абсолютную правду:

«Фондовый рынок на подъеме, безработица падает. Мы повысили безопасность на наших границах, начали строить стену на границе. Скоро наша военная промышленность станет мощнее, чем когда-либо прежде».

В США действительно наблюдается впечатляющий экономический рост. И это несомненная заслуга курса Трампа. Какого курса? А вот того самого якобы «авантюрного» и «сумасшедшего», который так опасен и всем вреден. Трамп сочетает жесткий протекционизм и агрессивное давление на внешний мир с целью улучшить торговый баланс США и вернуть деньги и производство в Америку. И он успешен, что отражают сухие цифры.

Но ведь во внешней-то политике Трамп абсолютно бездарен? Всех напугал, со всеми поссорился, ничего не добился? Ровно наоборот. Просто надо понимать, с чего Трамп стартовал и чего он хочет.

К моменту его избрания позиции США как мирового гегемона были безвозвратно утрачены, и отношение к ним в мире продолжало ухудшаться. Позиции на Большом Ближнем Востоке были серьезнейшим образом подорваны как вследствие безумной собственной политики Вашингтона, так и из-за роста влияния России, умело воспользовавшейся ситуацией.

Отношения с Европой были напряженными, переговоры о Трансатлантическом партнерстве, на которое делал ставку Обама, провалились, а принуждение ЕС к давлению на Россию вызывало в Старом Свете серьезное недовольство. Отношения с Россией были полностью испорчены после неудавшейся попытки изоляции нашей страны. Сближение Москвы и Пекина набирало обороты. То есть все было проиграно еще до Трампа.

Причем проиграно на пути борьбы за сохранение США в качестве мирового гегемона. Да, не столь явного, как в 90-е, но все равно. Трамп пришел к власти под лозунгом отказа от глобализма, то есть от претензий на мировое господство, прикрываемых словами о «маяке свободы и демократии» для всех без исключения стран и народов. Трампу важны только США. Как потому, что он понимает утопичность планов глобализации по-американски и тот вред, который они наносят самим США, так и потому, что он действительно является американским патриотом.

Для которого на первом месте стоят интересы США как государства – а не планы обеспечения при опоре на Америку победной поступи процесса глобализации под руководящей и направляющей ролью наднациональной мировой финансовой элиты.

Ради достижения своей цели «сделать Америку снова великой» Трамп и устроил встряску и так ухудшавшейся для США международной ситуации. Ставя под сомнение необходимость НАТО, ведя подрывную работу против ЕС, угрожая тарифной войной Китаю, нагнетая кризис сначала вокруг Северной Кореи, а потом и Ирана. Трампу нужно было добиться уступок как от партнеров, так и от противников. Уступок торговых и тарифных, чтобы изменить плохой американский торговый баланс, уступок финансовых, чтобы выбить, например, из ЕС больше денег на НАТО, перераспределив собственно американские расходы на производство вооружений.

Давление на КНДР нужно было Трампу для выбивания уступок в геополитической и торгово-экономической войне с Китаем. И ради этого он даже посылал к берегам Кореи авианосцы и намекал на возможность военного решения «ядерной проблемы». Добился ли Трамп уступок от Китая? Временных – да, но торговая война между Вашингтоном и Пекином все равно началась.

Попутно, нагнетая корейскую тему, Трамп зарабатывал себе репутацию «крутого парня» как среди американских избирателей, так и среди мировых лидеров. Судя по тому, что и те и другие поверили в способность Трампа идти до конца в «решении проблемы», его план удался.

А что же с реальной ситуацией на Корейском полуострове? Год назад на Генассамблее ООН Трамп метал громы и молнии в адрес Кима – но потом они встретились, а на днях две Кореи заключили беспрецедентные соглашения о сближении и демилитаризации границы. Что вовсе не огорчило Трампа – который отыграл корейскую тему, получив от нее то, что было возможно.

Сейчас Трамп грозит Ирану, совершенно безосновательно называя его спонсором «мирового терроризма». Иран является для него целью не потому, что он хочет устроить новую войну на Ближнем Востоке, а потому что через нагнетание «иранской темы» он рассчитывает вернуть США роль главного модератора на Ближнем Востоке, восстановить потерянное у саудитов, главных противников Ирана, доверие к США, давить на Европу, рассчитывающую на выгодные иранские контракты.

Отсюда, кстати, и объявленная во вторник Трампом идея создания из стран Персидского залива, Иордании и Египта «регионального стратегического альянса, с помощью которого ближневосточные государства смогли бы способствовать процветанию, стабильности и безопасности у себя в регионе».

То есть Трамп пытается укрепить позиции США. Но уже не в качестве мирового жандарма и диктатора, а в качестве самой сильной и влиятельной мировой державы, не тратящей триллионы на внешнюю экспансию, а умело играющей на существующем в разных регионах мира балансе сил и интересов. Причем независимо от того, получится ли это у Трампа, совершенно понятно, что в результате мы увидим другие США. Ведь возврат к старой модели «мирового диктатора» невозможен уже просто в силу изменившегося расклада сил в мире.

И этот расклад Трамп хочет обратить к выгоде Америки. В Нью-Йорке он говорил о многообразии стран, народов и культур, о том, что суверенные независимые нации – это единственная среда, в которой процветает демократия. «Поэтому мы должны прежде всего отстаивать независимость государств», – подчеркнул Трамп. И понятно, что в первую очередь он говорил тут о самих США.

«США не будут говорить, как вам надо работать, жить и кому поклоняться... Патриотизм, процветание и гордость должны процветать в мире. Мир и свободу мы предпочитаем доминированию и поражению» – так закончил свою речь Трамп. А вот и ключевые слова из всего его выступления – «Мы отвергаем идеологию глобализма и принимаем идеологию патриотизма».

Собственно говоря, именно за отказ от идеологии глобализма Трампа так и ненавидят глобалистские элиты. Именно поэтому они пытаются подорвать его власть в США и выставить его посмешищем на мировой арене – и в этой войне не может быть перемирия.

Источник: ВЗГЛЯД

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.

Люди в материале: нет
Loading...


Aftenposten. Экстремальная температура станет нормой



Исключительно сухое и жаркое лето не меняет смысла предостережений климатологов, связанных с будущим: самым большим испытанием для Норвегии станут экстремальные осадки.

«Афтенпостен» (Aftenposten): А насколько экстремальным было жаркое и сухое лето этого года?

Хельге Дранге (Helge Drange): Летние месяцы с мая по июль были рекордно жаркими – на два градуса теплее, чем в 1947 году, в предыдущее экстремальное лето. В Осло температуру измеряют с 1837 года, так что жара установила серьезный рекорд! Эти же месяцы были и очень сухими, такими же, как летом 1947, 1976 и 1994 годов.

Хельге Дранге (Helge Drange) работает в Центре изучения климата в Бьеркнесе (Bjerknes) и является профессором океанографии в Университете Бергена.

– Какие признаки климатических изменений Вы видите?

– Мы знаем, что в северном полушарии растет количество осадков, мы знаем также, что уровень океана повышается. Морские льды в Арктике уменьшаются и по площади, и по толщине. Мы знаем, что ледники и гренландские льды тают, мы знаем, что тундра размораживается. Весна наступает раньше, а осень – позднее. И температура вообще повышается. Так что есть очень много разных изменений, но все они из одной и той же истории.

– Но ведь летом этого года осадков практически не было?

– Естественные вариации будут всегда. Например, прошлое лето было не жарким, но очень мокрым. Но мы здесь говорим о двух разных вещах: вариациях год от года, которые мы называем «погодой», и более долговременных изменениях, которые мы называем «климатом». Когда мы говорим о климатических изменениях, мы ищем тенденции в течение длительного времени. В Норвегии за последние сто лет количество осадков выросло на 20%. А температура за тот же период выросла примерно на один градус.

– Один градус за сто лет звучит не так-то много. Почему это становится проблемой?

– А зимой это даже почти приятно, правда? Но давайте посмотрим на взаимосвязь. В прошлый раз, когда Земля была действительно теплой, температура на два-три градуса превышала ту среднюю температуру, которую мы имеем сейчас. Это случилось более трех миллионов лет тому назад. И тогда понимаешь, что мы вот-вот встретимся с климатом, который современный человек никогда не видел.

Летом чаще будет жарче

– Следует ли нам ожидать в будущем, что летом чаще будет сухо и жарко?

– Да, летом чаще будет жарко и сухо, и мы должны ожидать также, что жара будет длиться дольше. Это не означает, что следующее лето также будет жарким, но жара летом будет чаще. И это не означает, что одновременно непременно будет засуха. Основной проблемой для Норвегии будут осадки, и летом тоже.

– Возможно, в какой-то момент нам придется перестать называть подобную погоду «экстремальной»?

– Да. Если мы продолжим с выбросами парниковых газов так, как сейчас, в конце этого века станет нормой то, что сегодня воспринимается как экстремальная погода.

– На земном шаре температура не везде повышается одинаково. Какова сейчас ситуация в Арктике?

– Она невероятная и пугающая. За последние сто лет средняя температура на Шпицбергене выросла на 2,5 градуса. За тот же период зимняя температура поднялась на 3 градуса. Шпицберген переживает тотальное изменение климата и погоды. Главная причина состоит в том, что льды отступают, а это означает колоссальные последствия. Здесь действительно пора бить тревогу.

– Кари Хьенос Хьос (Kari Kjønaas Kjos) из Партии прогресса несколько недель тому назад заявила в беседе с Aftenposten, что она не уверена в том, что жара является следствием парниковых выбросов, и она считает, что нам повезло, что у нас такое замечательное лето. А что Вы об этом думаете?

– Это ранит меня в самое сердце. И одновременно показывает, насколько велика потребность объяснять серьезность происходящего. Мы думаем, что современный человек независим, что мы можем подняться над природой и полностью все контролируем. Но происходит нечто противоположное. Мы отдаляемся от природы и сил природы и становимся от этого более уязвимыми.

– Каким образом?

– Людей становится больше, в основном, мы живем в городах. Когда происходят такие экстремальные события, они могут привести к летальному исходу, перебоям в снабжении водой, проблемами с урожаем и снижению производства продовольствия. Достаточно подумать о Ближнем Востоке и о том, что сокращение источников воды может привести к беспорядкам. Сегодняшняя ситуация с беженцами серьезна, но если у нас появятся климатические беженцы, тогда станет просто опасно.

Не думаю, что нам удастся довести выбросы до нуля

– В Парижских соглашениях от 2015 года ООН решила, что все страны должны ограничить свои выбросы парниковых газов, с тем, чтобы температура на Земле повышалась не больше, чем на два градуса, а лучше на полтора. Несколько реалистично то, что нам это удастся?

– Судя по сегодняшней ситуации, ответ – нет. Цель в полтора градуса мы уже почти достигли. Для того, чтобы добиться цели в два градуса, нам нужно иметь нулевые выбросы в течение 20-30 лет, и нет ничего, что указывало бы, что мы сможем этого добиться. На самом деле ни одно государство не имеет шанса достичь этой цели. У нас в стране мы открываем все новые месторождения и расширяем активность в поиске нефти и газа, так что наша политика также не соответствует идее нулевых выбросов в ближайшем будущем.

– Звучит довольно мрачно?

– Да, это так! Мы говорим об экзистенциальной проблеме для людей и всего живого на земле. Мы говорим о будущем очень многих поколений.

Источник: ИНОСМИ.РУ

Мнение автора не всегда совпадает с позицией редакции.