«Что ж получается?» Блогер Голиков высказался о насилии

21.12.2020 - 20:13

Новости Беларуси. Зарубежные дельцы и интриганы создают множество фейковых фондов и организаций. Основная их задача – дележ грантов и клевета на нашу страну, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.  

На эту тему рассуждает блогер из Бреста Алексей Голиков в своей постоянной рубрике.

Алексей Голиков, блогер:  
Воскресенье, 20 декабря 2020 года, инициатива BYPOL объявила днем «народного трибунала». Самоназванная инициатива позиционирует себя как объединение сотрудников всех силовых ведомств Беларуси – нужно уточнить, сменивших свою позицию. Проще говоря, переобувшихся: BY – бывшие, POL – полицейские.  

В народе коммерческие организации с сомнительной репутацией привыкли называть кратко «Рога и копыта». Так вот этой инициативе BYPOL вполне может сгодиться название «Шляпа», в смысле «Полная шляпа». Сейчас обосную.

Алексей Голиков:  
В информационном пространстве то и дело публикуются материалы, оказывающие определенное воздействие на общественное сознание. У авторов каждого материала всегда есть конкретная цель. Речь идет о материале «Издевательства во Фрунзенском РУВД г. Минска».  

Я поделюсь исключительно своим мнением. Начнем с того, что я крайне недоверчив ко всему, что предлагает интернет. Сам факт того, что МВД подтвердило свою информированность о существовании данного видео, говорит о том, что материал действительно реальный. По крайней мере так информация представлена на одном из интернет-ресурсов.

Алексей Голиков:  
Во-вторых, факт публикации данного фрагмента формирует ряд риторических вопросов. Например, кто фиксировал на видео обстоятельства оперативных действий? В самом видео текстовым сообщением дается ответ: референт ГИОС Ленинского РУВД Карина Кунгер. Допустим, это правда, но каким образом материал для служебного пользования попал в руки BYPOL?

Алексей Голиков:  
Вот несколько вариантов. Референт переобулась и слила видео на сторону. Референта угрозами и шантажом заставили предоставить материал. И третье: материал просто своровали. Достоверно об этом общественность узнает едва ли, но убежден, что внутреннее служебное расследование ответит на все эти вопросы. Однако описанная ситуация, как об этом заявили в МВД, заставит сделать свои выводы.   

Алексей Голиков:  
Прогнозируемо они понятны. Идеологическая работа с личным составом будет усилена. Службы внутренней безопасности и кадровой работы будут более бдительны, особенно к молодым сотрудникам.  

О чем еще может говорить комментарий «По результатам проверки будут сделаны определенные выводы»? По моему мнению, априори МВД в действиях сотрудников не усматривает состава правонарушения или преступления. Во-вторых, очевидны явные изменения в подходах по работе МВД с заявлениями граждан.  

Алексей Голиков:  
Помните, в Бресте сотрудник правоохранительных органов проводил разъяснительную работу со школьниками с использованием отборного мата? И в описанном случае, и в видеофрагменте представители ведомства не отрицают описанные факты, но к стенке своих не ставят. «Да, факт не отрицаем, да, проведем проверку». И на этом все, точка.  

Комментирование происходящего на видео поможет понять природу происходящего и, главное, цели, с которыми этот материал был представлен общественности.  

Алексей Голиков:  
Но прежде обозначу свое отношение: я не разделяю использование ненормативной лексики кем бы то ни было, не поддерживаю незаконное применение насилия человека к человеку.  

В материале продемонстрирован эпизод досмотра личных вещей задержанных и фрагменты опроса, причем в довольно спокойной обстановке. Однако фокус внимания BYPOL заострен на ударах по корпусу опрашиваемого, ударах резиновой палкой по конечностям на заднем плане и ненормативной лексике проводящих опрос. Все перечисленное платформой перебежчиков предложено обществу как издевательства.  

Алексей Голиков:  
Один интернет-портал, утративший статус СМИ, назвал описанное «кадрами жесткого обращения с задержанными». Обращу внимание: не жестокого, а именно жесткого.  

Начнем с ненормативной лексики. По неизвестным мне причинам наше общество стало настолько либеральным, что из статьи 17.1 «Мелкое хулиганство» исключили состав правонарушения «Нецензурная брань в общественном месте».

Во время проведения социологического исследования более 200 студентов Гомельского технического университета имени П.О. Сухого в возрасте от 17 до 22 лет расспросили о значении мата в их общении. Половина опрошенных не считает использование нецензурных выражений чем-то вредным, 84 % используют мат и лишь 12 % видят в этом проблему.  

Алексей Голиков:  
Господа, нам всем нужно смотреть правде в глаза: мы все в повальном большинстве материмся: от сапожника до министра. Правоохранители не исключение, но почему-то ненормативная лексика силовиков преподносится как исключительное преступление. Еще раз повторюсь: я не разделяю использование в речи мата, но посмотрите в Telegram-каналы и социальные сети. Там пишут не силовики, а мы с вами – граждане нашего общества. Раз наше общество фактом использования признает мат нормой, то нужно относиться равно справедливо ко всем согрешившим.  

Отдельного внимания требует и применение физического воздействия силовиками. Тема насилия довольно щепетильная. Поговорим о ней более подробно.  

Алексей Голиков:  
В моем понимании насилие от слова «сила» – это целенаправленное действие с применением физической силы с единственной целью – подчинить другого человека своей воле, заставить его делать то, что хочет насильник. Однако подчинение – не единственная цель насильника.  

Мое мнение: первый случай насилия человека над человеком – убийство Авеля. Природой данного насилия, как бы это ни звучало, была банальная зависть. Однако в тех же библейских историях достаточно внимания уделено насилию в виде наказания. Тут и «Розги сыну не жалей» и едва ли уместно спорить с Соломоном – «Глупость привязалась к сердцу юноши, но исправительная розга удалит ее от него».

Алексей Голиков:
Два предложенных примера достаточны для следующего тезиса: насилие как таковое не имеет положительного или отрицательного окраса. Для упрощенного понимания: насилие – как нож. Им можно и хлеб нарезать, и человека убить. То есть сам по себе нож ни хороший, ни плохой. Но только в связи с совершенным действием нож становится либо орудием преступления, либо инструментом труда.  

В нашем случае, чтобы определить окрас насилия после 9 августа, нужно установить действия, цели и кем производилось то самое насилие.  

Алексей Голиков:  
Давайте будем честны: насилие производилось с двух сторон, а вот с каких, следует уточнить. Во-первых, со стороны отдельных граждан, которые своими действиями совершали физическое насилие в отношении сотрудников милиции, то есть представителей власти. Ни один гражданин в нашем государстве такого права не имеет. Исключительными случаями в мирное время являются ситуации самообороны и некоторые специфические.  

Во-вторых, насилие совершалось со стороны представителей силового блока. Да, это так! Или вы думали, что я скажу по-другому? Никак нет! Вещи нужно называть своими именами.  

Алексей Голиков:  
Но в случае насилия со стороны силовиков нужно разобраться более детально. Начнем с того, что представитель силовых органов не просто гражданин, а в первую очередь носитель власти со специфическими функциями и задачами, главная из которых – охрана законом установленного порядка. Одним из инструментов для выполнения озвученной задачи является применение физической силы и спецсредств.  

Алексей Голиков:  
Таким образом, следует понимать, что применение силы человеком в форме является насилием не гражданина против себе равного, а представителя власти, и это первично. Власть в государстве наделена исключительным и монопольным правом на насилие. Из этого вытекает, что гражданин, оказывающий сопротивление милиции, что есть насилие, оказывает насилие не в отношении гражданина, а в отношении власти.  

Алексей Голиков:
Кажись, кем производилось насилие после выборов, разобрались: гражданами и властью. Теперь поговорим о действиях, которыми было реализовано насилие.

Со стороны протестующих граждан насилие в отношении органов власти вершилось не последовательными, не профессиональными, кустарными способами и действиями. Бросание камней, различных предметов, удары руками, ногами, палками и другие действия, направленные на блокирование, обездвиживание, причинение вреда здоровью и физическое уничтожение.    

Со стороны силовиков насилие реализовалось последовательными, профессиональными и соразмерными способами и методами. Удары резиновыми палками, захваты, блокирование, обездвиживание и даже ликвидация. Все действия силовиков были направлены на дробление и блокирование разрушительной силы толпы.

Алексей Голиков:
Что же получается? У двух сторон силы одинаковые задачи – взаимное блокирование. Правда, одни дилетанты, их действия хаотичны и не регламентированы законом. Другие – профессионалы, и их действия строго регламентированы законом.  

Определяющим окрас насилия является цель. Цель протестующих, в принципе, понятна, но ее следует описать. Изначально их цель в Telegram-каналах была описана как мирное собрание людей у избирательных участков с целью защиты своих голосов. Но нужно признать, такой способ не описан в законе, а значит незаконный, преступный. Также следует честно признать, что «мирное» – в кавычках – собрание людей было организовано с целью захвата административных зданий.

Алексей Голиков:  
Только не заплевывайте экраны своих телевизоров – именно такие посылы были прописаны во многих Telegram-каналах. Вы скажете, я додумываю. Нисколько. Если формируется сила толпы, то иных способов, кроме как силовые действия, не предполагается. Косвенными доказательствами озвученного являются изымаемые ножи, трубы, кастеты и другие предметы, целевое назначение которых – причинение вреда здоровью. А еще открытые призывы душить, травить, резать, вешать силовиков, то есть в первую очередь, не граждан, а представителей власти.  

Алексей Голиков:  
Все описанное не регламентировано законом, а значит нарушение, значит преступно, соответственно, мотивирует государство к установлению законного порядка, в нашем случае с применением силы и спецсредств.  

Именно это и является законной целью силовиков. Вы, бесспорно, можете возразить, мол, применение силы ОМОНом было не соразмерно. Были пытки и издевательства и даже другие моменты.  

BYPOL в опубликованном материале за уши пытается притянуть правомерное применение силы под античеловечное насилие.

Алексей Голиков:  
Окончанием этого выпуска будет определение целей публикации видеоматериала на BYPOL.

«20 декабря – день «народного трибунала». Только вы сможете положить конец этому беспределу». Эти два предложения являются завуалированным, но прямым призывом к незаконным, радикальным действиям граждан. Я убежден, провокация к очередному витку насилия и неповиновению являются прямой целью публикации на BYPOL.

Выводы делайте сами.  

Читайте также:

Алексей Голиков: после всего произошедшего Света Тихановская для меня полный аналог Греты Тунберг

Блогер Алексей Голиков: предательство в том, что они побежали в оппозиционную прессу говорить, что всё, что они делали, ложь

Алексей Голиков: сегодня со словами «так не доставайся же ты никому» Беларусь пытаются разрубить пополам

Люди в материале: Алексей Голиков
Loading...


Дзиодзина: главное отличие Лукашенко и Запада, он помогает людям, пока остальные коллективно волнуются



Новости Беларуси. Жестокость, цинизм и откровенный фашизм. По-другому назвать действия литовских и польских силовиков невозможно. Своих граждан, которые хотят помочь беженцам, они избивают, а самих гостей хладнокровно убивают и выбрасывают на белорусскую территорию, сообщили в программе «Неделя» на СТВ. Как это назвать, если не паноптикум?  

В эфире СТВ авторская рубрика Григория Азаренка и Алены Дзиодзиной.  

Григорий Азаренок, СТВ:  
Весь этот паноптикум понять невозможно, но описать его сможет Алена Дзиодзина.  

Алена Дзиодзина, психолог:  
Играть в политику и быть политиком – понятия очень разные. И пока одни не могут наиграться, хмурят бровки и дуют щечки, другие пытаются и правда помочь обездоленным людям. И как же для кривляк политических они неудобны… Ведь не дай бог проблема решится и придется искать новый прецедент для наигранного коллективного волнения. Чтобы снова попытаться показать себя с лучшей стороны.  

Алена Дзиодзина:  
Совсем недавно на Западе разразился иерихонский вой, что Меркель вступила в диалог с Лукашенко. Нам рассказали, что помогать людям вместе с диктатором – это почти так же страшно и плохо, как не любить людей. Но что стоит за демонстративной западной озабоченностью проблемами слабых и обездоленных становится понятно, когда случается нечто действительно вопиющее, но коллективные при этом коллективно молчат. Так, словно бы ничего вообще не произошло.  

Алена Дзиодзина:  
Из теплых комнат ситуация всегда выглядит немного иначе, и кажется, что страдающий мог бы еще чуточку потерпеть, пока каждый западный политик отожмет из чужой трагедии максимум соков и проявит душещипательную озабоченность. Закрывая глаза на то, что эту игру в кости переживут не все. Как и произошло с тем беженцем, чей труп литовские силовики выбросили на границе.  

Не понимая при этом, что именно с ними не так, когда списывают еще одного живого человека в утиль. Ведь когда страдают чужие, не свои, близкие, то иным политикам кажется, что игра стоит свеч. И тут проявляет себя главное отличие Лукашенко и Запада. Он помогает людям, пока остальные коллективно за них волнуются, а потом умывают руки. Пока они вращают на столпе своей политической славы чужие судьбы, наш Президент обнимает взглядом каждого слабого и держит свое президентское слово, когда обещает «не беспокойся, я все решу….». Он настоящий, а коллективные – нет.   

Григорий Азаренок о коллективном Западе: вся ваша история – это череда подлости, предательства, ядов, войн и террора (подробнее здесь).