Кто представит Беларусь на ОИ по горным лыжам и фигурному катанию? Интервью со спортсменами

04.10.2021 - 00:22

Новости Беларуси. Наша Мария Шканова первая из белорусов смогла добыть заветный квиток в Пекин, сообщили в программе «Неделя» на СТВ. Как это ей удалось? У нас в гостях обладательница олимпийской лицензии в горнолыжном спорте Мария Шканова и обладатель олимпийского билета фигурист Константин Милюков.

Юлия Силипицкая, СТВ:
Насколько сложно завоевать олимпийскую лицензию в ваших видах спорта?

«Нужно было сделать свое, не прыгать выше головы»

Мария Шканова, обладательница олимпийской лицензии (горные лыжи):
Не все так просто на самом деле, как кажется.

Юлия Силипицкая:
Тем не менее ты завоевала первая из белорусов лицензию.

Мария Шканова:
Да. На самом деле мы настраивались на другие соревнования, этапы Кубка Европы, Кубка мира. Соответственно, лицензия, посредством того, как ты выполняешь результат свой, в кармане у тебя, можно сказать.

Юлия Силипицкая:
Ты поняла, что лицензия у тебя в кармане. Как ощущения? Вау?

Мария Шканова:
Ну, да. Можно так сказать. Вау.

Юлия Силипицкая:
Костя, для меня было удивительно, что у нас в фигурном катании, оказывается, есть лицензия. Как удалось ее заполучить? Может быть, легко действительно?

Константин Милюков, обладатель олимпийкой лицензии (фигурное катание):
Я бы не сказал, что легко. Потому что, в принципе, было всего два шанса. В прошлом сезоне чемпионат мира и в этом сезоне Оберсдорф.

Юлия Силипицкая:
То есть ты решил на первый шанс, сразу?

Константин Милюков:
Да. Я считаю, что это даже повезло. В том плане, что на Nebelhorn было бы гораздо сложнее. А на чемпионате мира – да, если ты прошел в квалификацию, в топ-24, то, в принципе, лицензия в кармане. А я стал по короткой, по-моему, 16-й. Я, честно говоря, об этом не знал. Боялся, думал, что все-таки придется еще в Германию ехать. Короткую достойно откатал и произвольную.

Юлия Силипицкая:
А откатал – это был все-таки уровень сложности или уровень чистоты?

Константин Милюков:
Наверное, все-таки, чистота. То есть я себе не ставил сверхзадачу – нужно было сделать свое, не прыгать выше головы.

«Хотелось бы, чтобы была большая конкуренция в нашем виде спорта»

Юлия Силипицкая:
У вас что, девиз у зимников такой? Не прыгать выше головы. Лицензии именные? Или там не написано, чья?

Мария Шканова:
Нет.

Константин Милюков:
В фигурном катании тоже не написано.

Юлия Силипицкая:
То есть вы можете завоевать лицензию, а кто-то поедет другой?

Мария Шканова:
У нас, к сожалению, некому больше ехать. Потому что есть критерии, опять же, которые нужно выполнить. И пока что их выполняю только я в нашем виде спорта.

Юлия Силипицкая:
Это хорошо или плохо?

Мария Шканова:
Конечно, хотелось бы, чтобы была большая конкуренция в нашем виде спорта. К сожалению, такой вид спорта – у нас нет базы. Есть база для развития детско-юношеского спорта, но нет базы для спорта высших достижений. Нас поддерживают и государство, и федерация. На самом деле, вид спорта очень дорогостоящий.

Юлия Силипицкая:
Так почему нет конкуренции?

Мария Шканова:
Изначально, наверное, должна быть поддержка родителей. Потому только государство – когда ты начинаешь показывать результат, начинают в тебя вкладывать деньги. К сожалению, наверное, не все могут это сделать – поддержать своего ребенка.

Юлия Силипицкая:
Может, они просто не знают, что такое горные лыжи и вообще, что там есть еще слалом и вообще ничего не знают?

Мария Шканова:
Да, не хватает рекламы в нашей стране горнолыжному спорту именно.

«Лучше, конечно, каждый год менять обе программы»

Юлия Силипицкая:
В Пекине какая будет программа? Та, с которой взял лицензию?

Константин Милюков:
Короткая – да, а произвольную я поменял.

Юлия Силипицкая:
Почему?

Константин Милюков:
Лучше, конечно, каждый год менять обе программы. Я себе ставлю задачу чисто кататься.

Юлия Силипицкая:
Ты тоже поедешь на Олимпиаду «чисто прокатиться»?

Мария Шканова:
Если ты сделаешь максимум от себя возможного, то и результат будет. Просто Косте нужно сделать свою работу, а мне свою, и будет результат.

«Мечта каждого спортсмена выиграть медаль, и я сделаю все возможное»

Юлия Силипицкая:
Стоит мне включить телевизор и болеть за тебя?

Константин Милюков:
Конечно. Включите телевизор и болейте за меня.

Юлия Силипицкая:
То есть будет, на что посмотреть?

Константин Милюков:
Конечно.

Юлия Силипицкая:
Маша, мне включать телевизор?

Мария Шканова:
У меня задача, если реально смотреть на вещи, – попадание в топ-20 на Олимпийских играх.

Юлия Силипицкая:
Маша, тебя хватит еще на три олимпийских цикла?

Мария Шканова:
Посмотрим, не хочу загадывать. Конечно, мечта каждого спортсмена выиграть медаль, и я сделаю все возможное, чтобы показать свой максимум, свой лучший результат. И показать в Пекине максимум, и, конечно же, буду стараться, дай бог здоровья, выиграть олимпийскую медаль в будущем.

Юлия Силипицкая:
В 2026?

Мария Шканова:
Да, возможно.

«Зачем туда ехать, если ручки свесить? Конечно, поборемся»

Юлия Силипицкая:
То, что нет в Беларуси гор…

Мария Шканова:
Если бы здесь проводили этапы Кубка мира или Европы, у себя дома – это, конечно же, совсем по-другому, нежели где-то за границей.

Юлия Силипицкая:
Что-нибудь особенное ожидаешь от Пекина?

Мария Шканова:
К сожалению, медали только три, а участников у нас будет около 120-150 человек.

Юлия Силипицкая:
А у вас?

Константин Милюков:
30 человек.

Мария Шканова:
И поэтому выиграет только один, но борются все, конечно.

Юлия Силипицкая:
То есть я правильно понимаю, ты будешь бороться все-таки?

Мария Шканова:
Я сделаю свой максимум определенно.

Константин Милюков:
Мне кажется, это главное – сделать свой максимум.

Юлия Силипицкая:
Вы поборетесь или вы ручки свесите?

Мария Шканова:
Зачем туда ехать, если ручки свесить? Конечно, поборемся.

Константин Милюков:
Конечно, поборемся.

Loading...


Марина Шкроб: международные организации созданы не только, чтобы гранты получать. А чтобы помогать мигрантам, беженцам



Новости Беларуси. В начале ноября на границе Польши и Беларуси разразился крупнейший за последние несколько лет миграционный кризис, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ. Тысячи беженцев застряли на подступах к Евросоюзу. Какую помощь оказывают белорусские медики и волонтеры, эффект от приезда делегации ВОЗ и фейки об издевательствах. На эти вопросы ответила Марина Шкроб – депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси.  

Виктория Ходосок, СТВ:  
Совсем недавно ситуацию на белорусско-польской границе называли гуманитарным кризисом, но постепенно она улучшалась. Привезли воду им, еду. Оказали какую-то медицинскую помощь. На ваш взгляд, сегодня как можно оценивать эту ситуацию?  

«Ситуация не перестала быть гуманитарной катастрофой»  

Марина Шкроб, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси:  
Конечно, по сравнению с тем, что было, ситуация значительно улучшилась. Действительно, есть горячее питание, есть тепло, есть вода. Вот, помылись уже люди. Есть возможность получить медицинскую помощь, но ведь ситуация не перестала быть гуманитарной катастрофой. Представьте себе, что 2 000 людей в неприспособленных условиях посреди поля. И среди этих людей много женщин, в том числе беременных, и детей.  

Виктория Ходосок:  
Польские силовики применяли против безоружных людей водометы, химикаты. Насколько серьезно это могло сказаться на здоровье людей?  

Марина Шкроб:  
От простого обморожения, что, собственно говоря, и произошло, до раздражающего действия. И не только ведь раздражающее действие. Эти все препараты могли нанести в том числе и ожоги. И, собственно говоря, очень многие обратились к врачам за помощью.  

Виктория Ходосок:  
Среди беженцев очень много, правильно заметили, детей и женщин. Наверняка им морально, не говорим про физически, сложнее находиться в таких условиях?  

Марина Шкроб:  
Женщине, которая не может защитить своего ребенка, не может нормально его покормить, не может нормально его уложить спать, которая не понимает, какое этого ребенка ждет будущее, конечно, я думаю, что для нее это морально крайне сложно.  

До сих пор не можем добиться от международных организаций решения вопроса гуманитарного коридора  

Виктория Ходосок:  
На границу к беженцам часто в последнее время приезжают различные международные организации, вроде, чем-то помогают, какой-то мелочью, вроде как и нет, но как-то раскачались довольно-таки поздно. Уже третью неделю они там находятся. Есть ли от них какой-то толк, на ваш взгляд?  

Марина Шкроб:  
Гораздо быстрее, как вы говорите, раскачались наши люди. Белорусы, которые понимают, как тяжело быть в горе, как тяжело быть в нужде, собрались и помогли чем могли. Гораздо быстрее встало на помощь наше государство, которое организовало им крышу над головой, которое организовало им все бытовые условия. Вы же понимаете, что 2 000 человек – это огромное количество еды, воды, извините, отходов. И за этим за всем нужно следить. Но самое главное, чего мы до сих пор не можем добиться в том числе от международных организаций – это решение главного вопроса. Это решение вопроса гуманитарного коридора, чтобы эти люди могли добраться туда, куда они и идут.  

Виктория Ходосок:  
Так они будут видеть, что вот, белорусы такие добрые, помогают этим беженцам – пускай дальше помогают.  

Марина Шкроб:  
Человек должен иметь право на достойную жизнь. Они планируют, эти люди, достойную жизнь себе организовать там, где находятся их родственники. Мы же должны способствовать. Международные организации ведь созданы не только для того, чтобы какие-то гранты получать неизвестно на какие цели. Они как раз и созданы, эти организации, чтобы помогать мигрантам, беженцам. Чтобы помогать людям, которые оказались в реальной беде.  

Виктория Ходосок:  
В западных СМИ появляются фейки о том, что якобы наши пограничники издеваются над беженцами. Но мы ведь каждый день показываем и рассказываем в газетах, на телевидении, что мы сделали то, мы там помогаем, еще что-то. Почему так? И это не является для них доказательством, каким-то аргументом.  

«Что это, сегодня последние 2 000 беженцев, которых нужно куда-то пристроить?»  

Марина Шкроб:  
Вы же понимаете, что мы в последние 1,5 года живем в окружении двойных стандартов. И как в свое время говорил Ницше, факты – ничто, главное – их интерпретация. Вот мы и видим главное – их интерпретацию. Чем дальше развивается этот конфликт миграционный на сопредельной с нами территории, то хочется сказать, что, наверное, речь идет не о мигрантах. Наверное, речь идет все-таки о другом.  

Виктория Ходосок:  
Президент на днях отметил, что польские военные выходят с нами на связь и уже даже сами не понимают свое руководство, их поступков.  

Марина Шкроб:  
Потому что любой здравомыслящий человек понимает, что ситуация тупиковая. Что, это сегодня последние 2 000 беженцев, которых нужно куда-то пристроить, а уже места закончились? Нет.  

Виктория Ходосок:  
Мы видим, как с другой стороны заходят.  

Марина Шкроб:  
Да. Мы прекрасно понимаем, что беженцы идут и идут. Просто-напросто они идут с других сторон, из других стран. И им никто не ставит препон.  

Виктория Ходосок:  
А все внимание Беларуси.  

Марина Шкроб:  
Безусловно. Мы понимаем, что просто идет гибридная война.