«Малина у вас – чистая. Я смело кормлю внука!»: как фермеры в Брагинском районе выращивают экопродукты

26.04.2018 - 20:38

Новости Беларуси. Корреспондент СТВ побывал в Брагинском районе, в фермерском хозяйстве, где занимаются органическим земледелием.

Александр Чубса, глава фермерского хозяйства:
Когда приобрели этот участок, приехали сюда, здесь не было сада. Здесь люди садили картофель, различные овощи. Естественно, обрабатывали картофель – жучка-то травили колорадского. Вот уже третий год мы здесь возделываем землю.

В этом году стали перекапывать землю – червей очень много.

Это говорит о том, что почва – живая, начала процесс восстановления.

Никой химии!

Александр Чубса рассчитывает только на червей и бактерии. О плюсах органического земледелия фермер может говорить часами. Правда, слышать от жителя одного из самых «чернобыльских» районов страны – Брагинского – о производстве продуктов со знаком «Эко», по крайней мере, неожиданно. Экологическое земледелие в эпицентре экологической катастрофы невольно вызывает когнитивный диссонанс.

Александр Чубса:
Надеюсь, что будет у нас в этом году урожай яблок – наших, экологически чистых.

Фруктовый сад и питомник малины – это лишь часть их семейного проекта.

Агроусадьбу Жанна и Александр открыли ровно 2 года назад.

Жанна Чубса, владелец агроусадьбы:
Для своей семьи и для гостей нашей агроусадьбы мы готовим питание из экологически чистых продуктов. Всегда в моём детстве на стол подавали яичницу, мясо, блины и такое блюдо, как кровяная колбаса, которую я делала когда-то со своей бабушкой, с мамой. И я её сегодня приготовила.

Её тёплые воспоминания детства обрываются весной 1986 года, когда родную деревню наводнили военные, а в жизнь ворвался треск дозиметров, и непонятное тогда слово «радиация». Она помнит дезактивацию родного дома и эвакуацию на всё лето, которое для 11-летней девочки тянулось целую вечность.

Чернобыль навсегда изменил её малую родину.

Но с тех пор Жанна с ней надолго старается не расставаться. Получив университетское образование, она вернулась домой и делает всё возможное, чтобы Брагинский район был местом комфортной и безопасной жизни.

Жанна Чубса:
Я думаю что это – будущее Брагинского района, бренд наш.

Александр Чубса:
Малина не вызывает аллергии у детей и не накапливает радионуклидов.

То есть, малина – чистая ягода.

Был у нас гость из Минска, мы его угостили малиной. Он говорит: «Я отвезу своему внуку». Малина красивая такая, крупная. То, что я ему сказал, что малина чистая, можно не проверять – он не поверил. Поехал в Минск, занёс в лабораторию, проверил. И потом мне позвонил и говорит: «Александр, малина у Вас – чистая. Я смело кормлю внука!»

Малиновая идея – социальный проект.

Ходить в лес за ягодами после аварии нельзя. Питомник Чубсы заложили, чтобы ягод хватило не только для себя. Саженцы сортовых малины и клубники с их участка уже разъехались по всему району. А вот от голубики отказались сразу, потому что та растёт на торфяниках, а они, как известно, аккумулируют радионуклиды.

Жанна Чубса:
Знаете, мы, наверное, привыкли к тому, что мы учимся и учим других. Потому что 30 лет проживания в зоне, которая пострадала от чернобыльской катастрофы.

Было проведено очень много семинаров, тренингов, мастер-классов.

И те навыки, которые мы получили тогда, помогают нам теперь обучаться и перестраиваться на органическое земледелие.

Сегодня пестициды и гербициды на огородах односельчан их волнуют куда больше цезия и стронция, с последними здесь уже давно научились жить. Начиная новое дело, Жанна и Александр обязательно консультируются с учёными. За 30 лет для них это стало нормой жизни.

«Чернобыль-32. Технология жизни». Специальный репортаж

Люди в материале: Александр Чубса, Жанна Чубса
Loading...


Ольманские болота – магнит для туристов. Какая она – жизнь Полесья после техногенной катастрофы?



Новости Беларуси. Край Ольманских болот – визитная карточка Беларуси. Но 30 лет назад на эти земли обрушилась крупнейшая техногенная катастрофа XX века. Не бежать от последствий Чернобыля, а научиться с ними жить – такое решение было принято на самом высоком уровне. Все эти годы за землю сражались и государство, и сами люди, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Новые условия сельского хозяйства, социальные стандарты и даже туризм. Чем живут полешуки сегодня – репортаж Кристины Протосовицкой.

Фото было сделано на память, чтобы помнить, как мы раньше работали.

Когда Михаил Баланович пришел молодым специалистом, ферма была еще вся из дерева, а территория вокруг после дождей буквально утопала. Болото отвоевывало свое. В 2015 году по чернобыльской программе животноводческий комплекс полностью обновили, а это 60 рабочих мест для местных. За пять лет здесь вдвое увеличили производство молока. И это не предел.

Михаил Баланович, бригадир производственной бригады МТФ «Ольманы» сельхозпредприятия «Струга»:
А что самое главное? Главное – трудовой ресурс и условия. Здесь база есть, работа есть, деньги заработать есть где. Поэтому уже и мысли поменялись – куда-то ехать.

Ему в 90-х трактор пообещал лично Александр Лукашенко. Узнали у него, как это было

Территория Ольман и прилегающих земель оказалась в зоне поражения цезием-137. Почти 3 000 гектаров сельхозугодий заражены в разной степени. Земля пригодна только для животноводства. Глубокая вспашка, мелиорация и удобрения. В хозяйстве выработали схему чистых полей. Накормить нужно полтысячи голов. Новые условия повысили продуктивность буренок на 60 %. За качеством молока следят ежедневно.

Михаил Костюк, директор сельхозпредприятия «Струга»:
Выручка выросла за это время на 312 %. Зарплата, соответственно, у рабочих в четыре раза выросла. И благодаря поддержке удобрения по Чернобылю получаем. Урожайность полей повысилась, корма стали качественнее заготавливать.

Когда случился Чернобыль, Прасковья Полукошко работала медсестрой и, как никто другой, осознавала последствия. А потом стала тем человеком в деревне, кто проверял на радиоактивность все: молоко, ягоды, грибы. Карты чистых зон составляла сама. Муж изучал местность, а она проводила анализы. Информацией делились со всеми.

Прасковья Полукошко, жительница деревни Ольманы:
После этой аварии много изменений произошло. Во-первых, дорогу построили. А если дорога есть, тогда и доставка лучше, и магазины, и привезти стройматериалы лучше. Стали люди строиться. А потом по президентской программе газ провели. Теперь в каждом доме есть вода и отопление. Уже не надо дрова палить, золу вдыхать.

Сегодня леса Ольман поражены на 95 %. Правда, время берет свое. Уровень постепенно снижается. Особенность цезия и в том, что он распространяется крайне неравномерно. Местные уже знают свои «чистые пятна», а на них раздолье ягод и грибов.

Александр Колб, лесничий Кошаро-Ольманского лесничества:
Не только ольманцы едут. Едут и из Столина, откуда угодно. Некоторые люди за счет этого живут, особенно ольманцы. Люди идут, собираются с ночевками у болота, ночуют и назад выходят.

Ольманы сегодня насчитывают чуть больше 1 000 человек. Они научились жить здесь сами и готовы приглашать гостей. Ольманские болота – настоящий магнит для туристов. А брендом места стал Международный фестиваль клюквы. В будущем именно туризм рассматривают как точку роста.

Нина Липская, председатель Стружского сельсовета:
Пользуется у нас авторитетом деревня, развивается. Если сравнивать то, что было раньше, то после чернобыльской трагедии со стороны государства было сделано очень много.

Чтобы вернуть жизнь пострадавшим землям, сделано действительно многое – реализовано пять государственных чернобыльских программ. Людей не бросили на произвол судьбы. Президент ежегодно бывает в этих краях, чтобы лично убедиться: районы с меткой беды действительно возрождаются. И сегодня, спустя десятилетия, речь идет уже не о реабилитации территорий, а об их развитии. Поручение главы государства – до сентября создать программу на перспективу и за пять лет полностью восстановить загрязненные регионы.

Александр Лукашенко, посещая Брагин: «Нам нужно высадить лес на свободных площадях, а их, мужики, немало»

Чернобыльская авария для страны стала национальным бедствием. Но благодаря терпению, трудолюбию и желанию людей жить на своей земле белорусы и Беларусь сделали практически невозможное: на пострадавших территориях вновь кипит жизнь.

Все, приготовились. Раз, два, три, четыре. Держим.

Новое поколение маленьких ольманцев старательно тянут носочек. Больше 40 детей и свой танцевальный коллектив. Любовь привела брестчанку Аллу Денисович в ольманские места. Как жена декабриста, уехала за мужем. Диалект и быт полешуков впечатлил больше всего. А вот чернобыльские последствия не испугали.

Алла Денисович, заведующая сельского Дома культуры:
Вы знаете, я почему-то на тот момент как-то не задумывалась над этим, что радиация, сюда категорически ехать нельзя, хотя разговоры были, потому что это деревня до сих пор с правом на отселение. Столько в деревне детей.

Кристина Протосовицкая, корреспондент:
Кто-то скажет небрежно: «Загрязненная территория». Полешук никогда так не отзовется о любимой земле. В свое время эту преданность месту в самый непростой период смогло рассмотреть государство. И сегодня очевидно: шанс дали не зря.