Депутат латвийского Сейма осудил закрытие последнего русскоязычного канала в стране

25.10.2021 - 22:01

Новости Латвии. Так называемая европейская демократия в очередной раз демонстрирует политику двойных стандартов. Речь о закрытии Первого балтийского канала в Латвии, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

По словам депутата Сейма Бориса Цилевича, такое решение ограничивает свободу слова в стране и ущемляет русскоговорящее население.

Национальный совет по электронным СМИ Латвии аннулировал лицензию Первого балтийского. Он был последним каналом в стране, который вещал на русском языке. По данным регулятора, в течение года в деятельности телеканала были выявлены существенные нарушения закона об электронных СМИ. Например, распространение недостоверной информации. Впрочем, у ПБК еще осталась возможность оспорить это решение в суде.

Люди в материале: Борис Цилевич
Loading...


Трёхчасовой монтаж и трудности прямых эфиров. Раскрываем секреты, что остаётся за кадром телевизионных съёмок



Екатерина Забенько, ведущая СТВ:
Для меня телевидение – это моя воплощенная мечта. Говорят: засыпаете с мечтой, просыпаетесь с целью. У меня, наверное, в жизни так и получилось.

Ксения Худолей, политический обозреватель СТВ:
Это такой вид деятельности, когда ты не можешь остановиться, расслабиться, сказать: я устал, мне лень что-то делать, потому что ты всегда на пике информационном и эмоциональном, потому что все, что узнал сам, нужно передать.

Кристина Федорович, корреспондент СТВ:
Телевидение – это, не побоюсь этого слова, какая-то отдельная вселенная. Ты сделал сюда шажочек, и обратного пути уже нет, потому что ты попросту не представляешь иначе свою жизнь – без съемок, без бесконечных интересных спикеров. Постоянно новые события, новые люди. Постоянно в этом круговороте. Без него уже жить невозможно.

Дмитрий Травин, заведующий отделом телеоператоров дирекции телепроизводства СТВ:
Все телевизионщики любят свою работу, потому что им нравится заниматься этой «кухней», готовить «блюда», чтобы наш зритель их «вкусно» смотрел.

Кристина Федорович:
А это то, что для телезрителей точно всегда остается за кадром. Мы монтируем сюжет уже примерно три с половиной часа, а в эфире это будет четырехминутный сюжет. Мы, пожалуй, продолжим, потому что эфир.

«Статус очень вырос». Как изменилось телевидение – мнения сотрудников СТВ

Дмитрий Травин:
Закадровая жизнь телевидения – это огромный труд профессионалов, огромное количество людей, которые делают все невозможное, чтобы зритель «находился» в тех местах, где он не сможет быть никак.

Юлия Стриго, корреспондент СТВ:
Что я бы хотела раскрыть своим зрителям – когда мы приезжаем на съемку, записываем какого-то героя, в эфир даем очень маленькие кусочки комментариев. Мы можем долго беседовать, а в эфир выходит только определенный кусочек, 30-40 секунд. Наверняка зрители и герои всегда думают: ну почему, я же и там хорошо сказал, и так хорошо сказал? Все дело в том, что когда мы приезжаем со съемок и готовим сюжет, нам дается определенный хронометраж, в который мы должны вложиться. То, что остается за кадром, – это постоянная борьба за хрон.

Дмитрий Асипкин, инженер видеомонтажа СТВ:
Когда корреспондент прибегает к тебе с материалом и говорит, что у нас 10 минут до эфира, надо быстро смонтировать. Ты, конечно, не понимаешь, какого черта, у нас почти эфир, но приходится собираться с силами, собирать концентрацию, быстренько все это монтировать, ноль эмоций. Бывает, что люди приходят, говорят: давай-давай, быстрее-быстрее! Если ты будешь отвлекаться на это, отвечать, то, конечно, не успеешь. Но ты обязан.

Екатерина Забенько:
Очень многие думают, что все легко: мы сидим в кадре, улыбаемся, красивые. Никто не думает о том, что это такое невероятное напряжение – прямой эфир, когда ты каждое слово должен выверить, ты понимаешь, что твоя ошибка может стоить репутации всего канала.

«Хочу пожелать, чтобы приходили на работу, как в первый раз». Работники СТВ поздравили коллег с профессиональным праздником – читать здесь.