Аналитик БИСИ: протесты по всему миру являются своеобразными дрожжами, на которых растут аудитории каналов

08.09.2020 - 22:03

Новости Беларуси. Telegram-каналы – почему этот интернет-ресурс стал настолько влиятельным информационным средством? Как создать бота?

Об этом с аналитиком Белорусского института стратегических исследований Виталием Демировым говорили в студии программы Новости «24 часа» на СТВ.

Ирина Мартьянова, СТВ:
Вы согласны с тем, что Telegram-каналы сейчас стали основной площадкой для противоборства информационного. Почему именно они?

Telegram-каналы являются сегодня одной из основных технических площадок, которые управляют и координируют протестами по всему миру

Виталий Демиров, аналитик Белорусского института стратегических исследований:
Безусловно, да. Telegram-каналы являются на сегодняшний момент одной из основных технических площадок, которые управляют и координируют протестами по всему миру. В принципе, у этого есть ряд причин технических, экономических, которые зачастую не всегда связаны напрямую с протестами.

Ирина Мартьянова:
Например?

Виталий Демиров:
Например, если взять чисто статистику, мы посмотрим на такой показатель, как вовлеченность пользователей сообщения, соотношение просмотров постов, то увидим, что у Telegram-каналов он гораздо выше, чем у классических социальных сетей, как у того же Facebook и ВКонтакте. У Facebook он составляет порядка 7-10 %, у ВКонтакте доходит до 15 %. Вовлеченность же пользователей Telegram-аккаунтов достигает 80 %. При этом вы фактически получаете сообщения прямо на экран блокировки телефона, напрямую. То есть вам не нужно заходить в саму сеть, вводить логин, пароль, входить в свою группу. Это позволяет, в общем-то, доносить сообщение своей целевой аудитории максимально близко к тому, чтобы оно не было упущено от внимания.

Сейчас все цифровые платформы борются за внимание пользователей.

Ирина Мартьянова:
То есть это простота и доступность ресурса?

Виталий Демиров:
С одной стороны, это простота и доступность. С другой стороны, мы также видим, что протесты по всему миру являются такими своеобразными дрожжами, на которых, в общем-то, растут аудитории каналов. Если мы вспомним, допустим, протесты в Иране, то там аудитория пользователей достигала порядка 40 миллионов – при том, что всего населения 80 миллионов. В России, например, на 2017 год, если не ошибаюсь, Telegram-каналами пользовались порядка 6 миллионов, хотя население значительно больше.

Мессенджер Telegram стал одним из основных инструментов координации протестов в Гонконге. Там аудитория достигала 1,7 миллиона, то есть порядка 23 % от всего населения.

Ирина Мартьянова:
Мне кажется, что там же долго не раздумывали – отключили интернет и все. На месяц, на два, на три. Нет?

Виталий Демиров:
Вы сейчас говорите об одной из причин, почему Telegram-каналы популярны. Там есть специально встроенные, условно говоря, инструменты, которые позволяют обходить блокировки. Иногда не полностью – он, скажем, виснет, затормаживает. Но, в принципе, работает, несмотря на ограничения интернет-трафика.

Ирина Мартьянова:
А как действовали силовики, например, в Гонконге? Как эту проблему решали?

Виталий Демиров:
Китайские силовики пытались действовать достаточно оригинальным методом. Они заносили в свои контактные книги списком совершенно случайным образом огромное количество телефонов – десятки тысяч. Затем заходили в протестные группы, и сама система Telegram показывала им телефоны, кто состоит в этих группах. И затем вычисляли этих людей.

И, кстати, именно после этого Павел Дуров внес изменения в политику конфиденциальности мессенджера. После этого можно выставлять в опциях, чтобы никто не видел твой номер телефона, в том числе даже те, у кого он добавлен в контактную книгу.

Ирина Мартьянова:
Что такое боты? Как это работает? Сложно ли это создать?

Эта первичная накачка позволяет привлекать внимание потом уже реальных пользователей

Виталий Демиров:
Думаю, да, это действительно достаточно сложно, требует определенных профессиональных навыков, знаний программирования. Но в Telegram на самом деле эта функция стандартизирована, реализуется достаточно легко, без знания программирования. Но недостаток таких методов заключается в том, что система через 2-3 месяца выявляет такие фейковые аккаунты. У них достаточно упрощенный поведенческий рисунок. Контент, который они генерируют, также распознается. И этот инструмент хорош только для первичной накачки сети, но это работает, поскольку эта первичная накачка позволяет привлекать внимание потом уже реальных пользователей. Люди думают как: если у канала, аккаунта много подписчиков, то значит, там что-то интересное, эксклюзивное, уникальное – я тоже хочу стать частью этого. Затем на это текут уже реальные подписчики, они могут компенсировать заблокированную часть.

Кроме того, не нужно забывать о том, что не только ботами на самом деле раскручиваются подписчики в Telegram-каналах. Кроме этого, есть стандартный инструмент через SP-рекламу, то есть когда фактически есть момент добровольного соглашения между исполнителем и заказчиком, и реальный, живой человек соглашается за деньги подписаться на канал. Он, в общем-то, генерирует определенный контент, его не заблокируют как бота. То есть он более надежен, но он тоже не является целевой аудиторией канала. Лучше, конечно, когда это реальные люди, которые пришли туда.

Ирина Мартьянова:
Владеете ли вы информацией (в процентном соотношении), в Telegram-каналах сколько содержится так называемой фейковой информации?

Количество фейкового контента точно растет

Виталий Демиров:
Проблема фактчекинга, как я называю, достаточно остро стоит, особенно после запуска Telegram-каналов. Фейки «пулить» гораздо быстрее и проще, чем реальные новости, реальный контент. Часто обращаются к таким непроверенным источникам, которые не содержат этих барьеров, фильтров, цензуры и прочее. С этой точки зрения замерить это достаточно сложно.

По приблизительным оценкам, количество фейкового контента точно растет. Учитывая то, что появляются уже серьезные высокотехнологичные инструменты, которые позволяют подделывать и видеоконтент, учитывая те стартапы и большие суммы, которые мировые техногиганты выделяют на борьбу с фейками (тот же Facebook и Googlе), можно заключить, что эта проблема действительно нарастает.

Loading...


Начальник отдела ГУБОПиК об участниках телеграм-каналов: «Мы можем практически всех деанонимизировать, нужно просто время»



Новости Беларуси. К нашумевшему постановлению правительства о противодействии экстремизму. Документ регламентирует порядок признания групп граждан экстремистскими формированиями. Речь идет о размещении материалов соответствующего характера в интернете и других действиях, которые угрожают национальной безопасности, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Отдельные псевдоСМИ все это назвали психологической операцией со стороны силовиков. С комментариями, вроде: «все равно всех не посадите» и «да будут вам новые санкции». Сколько же «телег» забуксовало во лжи? Какие чаты засоряют не только телефон, но и голову? И правда ли, что только за подписку грозит до 7 лет?

О всех нюансах постановления расскажет начальник отдела ГУБОПиК МВД Беларуси Вячеслав Орловский.

Илона Волынец, СТВ:
На неделе вступило в силу постановление о мерах противодействия экстремизму. Поделитесь секретом: а сколько у вас сейчас в разработке деструктивных Telegram-каналов, чатов?

Telegram-каналов деструктивных и чатов сейчас 327

Вячеслав Орловский, начальник отдела ГУБОПиК МВД Беларуси:
По нашим подсчетам, Telegram-каналов деструктивных и Telegram-чатов сейчас 327.

Илона Волынец:
То есть это не секрет, открытая информация. Вы по ним работаете?

Вячеслав Орловский:
Да, безусловно, все эти Telegram-каналы, Telegram-чаты признаны экстремистскими по решению судов.

Илона Волынец:
Подписчикам таких Telegram-каналов по новым правилам грозит уголовная ответственность до 7 лет.

Вячеслав Орловский:
Немножко не так. С юридической точки зрения у нас получается – они признаны экстремистскими материалами, эти Telegram-ресурсы. Соответственно, различная пропаганда, иные действия, как слив данных, репосты, комментарии, – это влечет в настоящее время административную ответственность. Благодаря постановлению Совета министров вступает в силу новый юридический институт – экстремистских формирований. То есть экстремистские материалы – это что? Это какие-то информационные материалы, ресурс – что такое неодушевленное. А вот экстремистские формирования – это кто? Кто это делает, кто это популяризирует – это люди.

После того как Telegram-каналы признаны экстремистскими формированиями, они с аудиторией могут попасть под уголовную ответственность

Вячеслав Орловский:
Соответственно, экстремистские Telegram-каналы, Telegram-чаты после того, как мы признаем их экстремистскими формированиями, они вместе с аудиторией могут попасть под уголовную ответственность. И только с момента признания экстремистским формированием начинаются вопросы уголовного преследования.

Хотел бы отметить, что уголовная ответственность – это не единственное последствие для участников экстремистских формирований. Дело в том, что законом о противодействии экстремизму предусмотрен 5-летний запрет для таких граждан после отбытия наказаний – на занятия педагогической деятельностью, на государственную службу, на военную службу, на возможность иметь огнестрельное оружие, на работу с различными веществами наркотического характера, взрывчатого. Эти граждане будут подлежать особому финансовому контролю.

МВД установило личности почти всех администраторов экстремистских Telegram-каналов и чатов. Читайте здесь.

Илона Волынец:
А есть ли уже претенденты на столь серьезное наказание?

У нас есть в разработке ресурсы, которые в ближайшие дни будут признаны экстремистскими формированиями

Вячеслав Орловский:
Есть. Безусловно, это все взаимосвязано, потому что экстремистское формирование – это объединение людей, какая-то группа граждан, которые объединились благодаря тем же Telegram-ресурсам. У нас есть, конечно же, в разработке такие ресурсы, которые в самое ближайшее время, буквально в самые ближайшие дни, будут признаны экстремистскими формированиями. Соответственно, встанет вопрос об уголовном преследовании их создателей, администраторов, активных участников, которые своими репостами, различными сливами, перепубликациями и другими действиями, направленными на их популяризацию среди населения, а соответственно, на причинение вреда интересам национальной безопасности нашей страны... Вот к ним встанет вопрос о привлечении к уголовной ответственности. Поэтому я прошу всех граждан, чтобы остаться в стороне от этих отъявленных экстремистов, взять и отписаться от этих каналов, обезопасить себя от любых вопросов со стороны правоохранительных органов.

Илона Волынец:
А как быть с создателями Telegram-каналов, которые находятся за пределами страны?

О создателях Telegram-каналов, которые находятся за пределами Беларуси: они раскаются и вернутся в нашу страну

Вячеслав Орловский:
Безусловно, в отношении них будет вестись уголовное преследование. Я уверен: бесконечно там, за границей, находиться они не смогут. Когда-нибудь и они раскаются и вернутся в нашу страну. Но не будем забывать и о тех, кто, находясь в этой стране, в нашей Беларуси, помогает им и финансированием, и организационно, помогает и предоставлением информации, дезинформирующей население. Поэтому в первую очередь мы будем работать против тех, кто находится в нашей стране. А придет время – вопросы поставим перед теми, кто находится сейчас за границей.

Илона Волынец:
Давайте вернемся к подписчикам. Люди, которые просто читают Telegram-каналы, они не делают репосты, не оставляют никаких комментариев. Допустим, они смотрят новости на телеканале СТВ, хотят знать информацию из разных источников. Как быть с такими?

Подписка – это уже элемент участия в популяризации Telegram-канала

Вячеслав Орловский:
Эта свобода слова, свобода мнений закреплена Конституцией. Безусловно, никаких претензий быть не может к таким людям, которые знакомятся с различной информацией, но при условии, если они никоим образом не участвуют в развитии этих экстремистских информационных ресурсов. Если они каким-либо образом участвовали, как я перечислял – электронный след остается. У нас современная аппаратура, современное программное обеспечение, у нас подготовлены специалисты, у нас отработанная методика для деанонимизации таких лиц и документирования их деятельности. И вот если они никоим образом не участвовали, а просто знакомились, никак не помогая популяризации этих ресурсов (а ведь подписка – это уже элемент участия в популяризации, распространении экстремистской информации), поэтому те люди, которые просто знакомятся, к ним, конечно, никаких претензий никаких быть не может со стороны закона.

Илона Волынец:
Вы говорите о том, что сегодня технические возможности позволяют идентифицировать любого так называемого диванного воина. А как же по поводу таких рассуждений, что нас тысячи, нас миллионы и никто нас не найдет в таком количестве?

«Мы можем практически всех деанонимизировать, нужно просто время»

Вячеслав Орловский:
Дело в том, что мы можем практически всех деанонимизировать, нужно просто время. Если заняться конкретной личностью, направить туда усилия, спустя определенное время данные этой личности будут установлены, безусловно. Здесь вопрос времени, то есть насколько кому мы уделили внимание. Практически всех можно деанонимизировать. Современные программы компьютерные позволяют это сделать.

Что касается того, что у нас утверждают вот эти антигосударственные информационные ресурсы, что их тысячи, еще какое-то огромное количество – это неправда, на самом деле все не так. Огромное количество людей, которые под каким-либо мотивом оказались вовлеченными вот в эту протестную среду, зачастую даже не поддерживая ее, на них надо воздействовать со стороны общества, телевидения, СМИ, убеждать их в том, что не надо верить этим пропагандистам из Польши, Литвы, еще откуда-либо. А тех, которые ведут активную подрывную деятельность против нашего государства, они все уже нам известны, и в отношении их мы и собираемся работать.

Илона Волынец:
Есть еще у всех домовые чаты. Наверняка и у вас в доме есть такой чат, и у меня есть, где жильцы отдельного дома решают какие-то житейские вопросы. Ну а как же поговорить по поводу политики и всего такого? Будут ли проверяться такие домовые чаты?

Домовые чаты уже давно проверяются, мы наблюдаем за общением

Вячеслав Орловский:
Вы знаете, эти чаты уже давно проверяются, они все давно учтены нами, мы наблюдаем за общением, за ними. Безусловно, принимаем меры в отношении тех людей, которые пытаются использовать эти домовые чаты, которые предназначены для удовлетворения хозяйственно-бытовых потребностей жителей, то есть пытаются что-то там раскачать, внести какую-то экстремистскую повестку. В отношении этих пользователей мы точечно работаем. Просто остальные пользователи этого не замечают.