О теледебатах, кандидатах и Капоте: Лидия Ермошина в эксклюзивном интервью СТВ

18.08.2016 - 23:23

Председатель Центральной комиссии Республики Беларусь по выборам и проведению республиканских референдумов Лидия Ермошина в программе «Простые вопросы» с Егором Хрусталёвым

Добро пожаловать на программу «Простые вопросы». Сегодня в отеле «Пекин» мы имеем честь беседовать с председателем Центризбиркома Лидией Михайловной Ермошиной. Лидия Михайловна, здравствуйте! Далеко не каждому мужчине нашей страны везёт пригласить в отель Лидию Михайловну. В общем, я –­ один из редких везунчиков. Но, если говорить о серьёзных встречах, серьёзных разговорах, наверное, в последнее время их было немало. Что бы Вы назвали сложной беседой? Какие-то кандидаты в депутаты, может быть, представители миссии Парламентской Ассамблеи Совета Европы?

Лидия Ермошина, председатель Центральной комиссии Республики Беларусь по выборам и проведению республиканских референдумов:
Так случилось, что пока нет ничего сложного. То есть, всё это – ­ обычные вопросы. Может быть, изменился тон разговора, с которым разговаривают с белорусскими должностными лицами.

Если раньше зачастую приезжали и я слышала даже угрозы, то сейчас, на данный момент, ситуация сложилась таким образом, что с нами разговаривают уважительно.

По крайней мере, на равных. Нам не диктуют условия, нам предлагают. И это – совершенно иные отношения и совершенно иная атмосфера, которая складывается в ходе этих бесед

Но, всё-таки, насколько мне известно, какие-то замечания представители ПАСЕ высказывали?

Лидия Ермошина:

Ну, а где вы видели представителя ПАСЕ без замечаний?

Такого не существует вообще. Более того, они высказывают замечания всем странам. Но, где есть тот идеал? Понимаете? Вот мне, например, совсем недавно задали вопрос по поводу одного из тех лиц, который арестован в связи с событиями 2010 года. Его случайно вот установили. Об этом много шумит Интернет и так далее. И, когда я говорю: «Скажите, пожалуйста, а на территории Евросоюза, что,  к лицам, которые совершают действия, по сути дела, близкие к терроризму, их, что ­– не привлекают к ответственности?» «Ну, это ж не терроризм». Я говорю: «Ну да, он не успел взять меня в заложники. Вот он просто разбил стёкла Дома правительства и пытался в него ворваться. А вот в том случае, если бы он кого-то захватил, вот тогда бы рассматривали ситуацию иначе». Слушайте, а зачем нам доводить ситуацию до этого? В конце концов, должны быть некие превентивные меры, направленные на защиту своих граждан.

Вот это – основная претензия или было что-то ещё?

Лидия Ермошина:
Нет, основные претензии касаются: почему не полностью выполнены все рекомендации ОБСЕ. Я сразу же могу сказать, что все рекомендации ОБСЕ выполнить невозможно. Точно так же, как невозможно выполнить две противоположные диеты, которые рекомендуются кому-либо. Почему, потому что есть ряд замечаний, которые противоречат друг другу.

Есть обыкновенные вкусовые замечания – ­ вот конкретному эксперту не нравится что-то.

Но, извините, у нас законы принимает законодательный орган. Они проходят огромную экспертизу. И неужели суверенное государство должно полностью делать «под козырёк» и бежать исполнять рекомендации отдельно взятого эксперта, некого молодого человека, вполне возможно, или молодую девушку, которая, вообще, в жизни не работала никогда практически, а только теоретически.

Лидия Ермошина

Но, так или иначе, это в протокол какой-то вносится?

Лидия Ермошина:
Это вносится в их предложения, мы очень многое учитываем. По крайней мере, мы учитываем, если нет в наших законодательных актах, мы сначала апробируем на уровне рекомендаций Центральной комиссии. То есть, мы вводим это в практику. И мы посмотрим, как эта практика затем сработает. И, если это оправдается, то, разумеется, можно уже тогда вносить главе государства, как предложение по закону.

Лидия Михайловна, у нас в телевидении есть такое словечко жаргонное «фрик». А вот, если перенести на политическую сферу — люди чудаковатого характера замечены среди тех, кто пытается стать депутатом?

Лидия Ермошина:
Несомненно.

Более того, любая избирательная кампания возбуждает «фриков» и они всегда есть.

Их много на первой стадии. Просто многие из них не проходят этот отбор. Но ещё их много от того, что у нас очень простое выдвижение. Ведь наши политические партии ищут силы, особенно оппозиционные. И они принимают всех. Они особенно не заботятся о том, насколько данный человек респектабелен. Главное – это штыки. И вот в числе этих штыков попадаются действительно люди чудаковатые, неординарные. Не всегда адекватные. Но, я думаю, что тут, самое главное, это, конечно, жизненный путь кандидата. Если кандидат нигде не работает, либо в своей работе не поднимался выше руководителя некого, никому не известного, общественного органа или фонда имени себя, то он, скорее всего, болтун. Если у человека трудовая биография, причём она успешная, у него хорошая карьера – это уже человек серьёзный, человек способный на какие-то действия. Поэтому я думаю, что вот это является главным. Я не могу оценить морально-политические качества кандидатов. Я могу сказать, что лиц, которым до 30 из кандидатов где-то около 8%. Вообще, это – молодые люди, но среди них есть люди и серьёзные, но есть и такие... Вот у нас, например, один из такой молодёжи – совсем недавно мы увидели его запись, телевизионного его выступления. Ни более, ни менее, основное, что его волнует – это проблема легализации марихуаны. Я не могу относиться к данному лицу, как к серьёзному.

Лидия Михайловна, я буду вести на телеканале СТВ несколько раундов дебатов. У нас нет большой истории культуры дебатов. Поэтому это, в общем-то, такой белый лист отчасти. Меня как журналиста подмывает, исходя из тех заявлений и тех речей, которые они делают, задавать наводящие вопросы. Но не будет ли это воспринято, скажем, как какая-то провокация, как журналистское давление. Может, правильно просто давать высказаться каждому из них и не вмешиваться? Нужна Ваша рекомендация, пользуясь таким интервью.

Лидия Ермошина:
Думаю, вы свободны. Более того, я думаю, что без роли ведущего это будет очень скучно. Чем тогда дебаты будут отличаться от обыкновенных телевыступлений, которые они сейчас записывают, скажем так. Ведь тогда, действительно, одна «говорящая голова». Поэтому, если вы немножко спровоцируете ситуацию. Конечно, не подыгрывая никому из тех, кто участвует в дебатах – это будет, наверное, интересно. Да, вот, к сожалению, мы так давно уклоняемся от этого. Ведь, в принципе, право на дебаты у нас появилось уже 6 лет тому назад. И при этом при всём у нас так мало практики. И хуже всего – это, конечно, происходит от того, что у нас иногда бывают выборы безальтернативные. На местных выборах, кроме города Минска, массовые безальтернативные округа – дебатировать не с кем. Ну и, 4 года тому назад, на парламентских выборах, ряд кандидатов просто отказались от этого. И сейчас далеко не все согласились. Вот СТВ занимается Минской областью — там далеко не все избирательные округа, их немного. В Гродненской.

Только три региона у нас, собственно говоря, заявили теледебаты по всем избирательным округам.

Это город Минск, это Витебская и Могилёвская области. Я считаю, что участие в теледебатах — это обязанность каждого кандидата

Лидия Михайловна, на фоне словесных, да и не только словесных баталий в других парламентах, которые мы можем видеть в выпусках новостей - то, что происходит в нашем парламенте нынешнем достаточно спокойным можно назвать. Вы сами говорили неоднократно, что нельзя говорить про парламент, что это – не место для дискуссий. Это как раз место для дискуссий — именно в споре рождается истина. Как вы думаете, по вашему предчувствию, станет ли более полемичным парламент следующий?

Лидия Ермошина:
Я думаю, тут очень всё зависит от того тона, который будет задан буквально в первые минуты работы этого парламента. Вот уже то, что выборы обязывают к какой-то полемичности. И именно избирательные комиссии понуждают кандидатов ряда избирательных округов вот хотя бы в трёх регионах всех обязательно участвовать.

Это уже настраивает на то, что кандидатам не удастся отсидеться,  потом избранным депутатам – отсидеться в тени.

Их уже настраивают на будущую такую работу. Работу, которая связана и со средствами массовой информации, и с полемикой в парламенте, и с полемикой на международной арене. Мне очень хотелось бы, чтобы наши депутаты активнее были на международной арене, чтоб мы отстаивали, мы защищали свою страну — мягко, деликатно, политкорректно, разумеется. Но при этом больше позитива поставляли тем, кто здесь не бывал, не знает и зачастую обладает информацией, полученной только из средств массовой информации, зачастую абсолютно ангажированных. Вот как мне говорят послы: не сказать, что здесь нет свободы слова – где-нибудь в Европе – но существует определённая тенденция, тренд, в котором двигаются все средства массовой информации. И любое иное инакомыслие просто превращает это средство массовой информации в изгоя. То есть, таковы традиции существования прессы там. Вот так подавалась Беларусь раньше. И то, что вот минские переговоры – они изменили ситуацию, и выборы Президента, и вот сейчас та широкая полемика, разнообразие политических сил, которые сейчас представлены, идут на выборы. Кстати, это оценили уже наблюдатели от Совета Европы, от ОБСЕ и указали, как позитивный момент то, что у нас много кандидатов, и что они совершенно разнообразные. Не скажешь, что они все двигаются в одном направлении и смотрят друг на друга. Нет, это разные люди, с разными взглядами, с разными программами и так далее.

То есть, у избирателя получился выбор. И тут кандидатам нужно ничего не испортить.

Во-первых, работа сейчас с избирателями, обязательно участвовать во всех проектах, которые предлагают средства массовой информации, конечно. Обязательно делать свои печатные продукты, то есть, поставлять избирателю информацию о себе. Вот это вот обязанность. Поэтому я думаю, что, если этот тон продолжится, и он будет задан буквально в начале, ну, вот пройдут, предположим, альтернативные выборы спикера парламента – и это нормально. Это уже будет толчок, это будет показатель для большинства депутатов, что парламент – это место, где будет предлагаться и альтернативное мнение, альтернативные позиции и альтернативные кадровые вопросы.

Лидия Ермошина

Вы знаете, просто мне реально как ведущему ток-шоу, очень не хватает ярких спикеров. Я пришёл к выводу, готовясь к нашей встрече, что, несмотря на то, что Вы не являетесь, к примеру, ни лидером никакой фракции, ни министром, ни даже депутатом — в общем-то, ярче вас спикера для программы, для интервью среди депутатов предыдущего созыва сложно найти. Что это – такие издержки белорусской политической сцены? Или Ваша яркость особенная?

Лидия Ермошина:
Я думаю, что это наш темперамент, всё-таки, национальный такой. И вот эта вот какая-то задняя мысль, которая привита от бабушек, дедушек.

Как бы чего не вышло?

Лидия Ермошина:

Не высовывайся. «Не высовывайся, так будет лучше», – вот.

Но у меня, не знаю, наверное, особенности профессии. Постоянно нужно было выступать  в судебных процессах, там не отсидишься, что называется. Ну и потом, я считаю, что мы все несём определённые обязательства  перед обществом. Если ты – публичный чиновник, каковым являюсь я, я должна публично информировать население нашей страны. Точно так же публичный политик – депутат. Мы должны рассказывать, мы должны пояснять ситуацию, политику, экономику, всё, что угодно, но избиратели должны обладать этой информацией. И, если они не получат её от нас, они получат от неких злобствующих элементов, которые являются аутсайдерами и которые будут подавать эту информацию с позиции, выгодной им.

А вот сейчас, наверняка, существуют такие точки, которые можно было бы назвать «горячими». Я имею в виду, может быть, какие-то избирательные округа, в которых столкнулись сильные соперники. Или, может быть, какие-то кандидаты в депутаты, которые призывают или будут призывать к радикальным шагам? На что бы вы обратили внимание сейчас?

Лидия Ермошина:

Ну, я, во-первых, конечно, просила бы избирателей внимательно изучить характеристики кандидатов, посмотреть, что за люди перед вами: какова их биография, каков их жизненный путь.

Вы знаете, мне очень понравилось высказывание Фазиля Искандера покойного. Он очень ёмко умеет формулировать. Вот я, характеризуя оппозицию, как-то сказала, что это люди многие, у которых не сложилась жизнь. Поэтому вот они озлоблены и так далее. Оказалось, что я сказала длинно то, что он сказал коротко – он назвал общественных деятелей «не смирившимися неудачниками». Очень жёстко, согласитесь?

Год назад мы с Вами имели возможность беседовать здесь же и Вы рассказывали о том, что вы читаете. Расскажу, поделюсь: была очень удивительная история, потому что Вы рассказали о том, что читаете  Трумана Капоте. И тогда наши редакторы стали говорить: «Господи, она ошиблась в ударении, надо это как-то вырезать». И потом уже, через какое-то время я проверил и выяснилось уже, что, поскольку истоки этой фамилии – французские, Вы как раз, в отличие от того, как в средствах массовой информации называется, назвали фамилию совершенно верно. И вот сейчас Вы удивляете цитатой. Как Вы считаете, можно ли сейчас написать новые произведения, которые по силе мысли могут заставить их цитировать и впечатлять. Или, в общем-то, самое лучшее уже написано?       

Лидия Ермошина:
Всё то, что написано – этого уже достаточно для человечества. Главное, чтобы оно это читало. Но, я думаю, что по силе мысли может возникнуть. Главное, чтобы мысль была. И чтобы был носитель этой мысли. Вот это является самым проблемным сейчас.

Лидия Михайловна, я благодарю Вас за ваше время. В таком напряжённом графике Вы выделили нам эти минуты для встречи. Я думаю, что они очень полезны и для избирателей, и для кандидатов в депутаты, спасибо большое.              

Люди в материале: Лидия Ермошина
Loading...


«Парламентские выборы-2019 показали нам кое-что новое». Разберемся в политических технологиях



Новости Беларуси. На нынешних выборах в Палату представителей работало небывалое количество национальных и международных наблюдателей, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Юлия Огнева, СТВ:
Только из-за границы в нашу страну приехали более тысячи человек с таким вот официальным статусом и полномочиями наблюдать и давать оценку. Повторю: наблюдать и давать оценку.

Наблюдатели от СНГ, ШОС, Парламентского собрания Союза Беларуси и России признали выборы в Палату представителей. ОБСЕ – нет. Что ж, палитра мнений, которые также можно признавать, а можно не признавать. Главное ведь не в этом. «Мы проводим выборы для своей страны и народа, а не в угоду внешним силам», – это цитата из комментария белорусского Министерства иностранных дел. Как по мне, так лучше и не скажешь. К тому же: кто без греха, тот пусть первым бросит в меня камень. Это я к тому, существуют ли в принципе идеальные избирательные системы?

И вот еще что. С одной стороны ОБСЕ, европейский орган, не признает парламентские выборы в Беларуси. И с другой – Совет ЕС, тоже европейский орган, причем главнейший, – утверждает решение о подписании с Беларусью соглашения об облегчении выдачи виз. То есть, по сути, признает нашу страну как полноправное европейское государство, с которым можно и нужно сотрудничать. Так как же так? Вопрос!

Григорий Азаренок продолжит.

Григорий Азаренок, корреспондент:
В каждой стране политические кампании имеют свой стиль, почерк и атмосферу. Отличительная черта белорусских выборов – праздничное настроение и спокойствие. Наш народ не любит, когда процесс сопровождается парадом чрезмерных амбиций и многочисленными провокациями. Острота дискуссий может быть высокой, но всегда в рамках закона и этики. Но есть силы, которые постоянно пытаются вырулить этот процесс в другую сторону.

В принципе, мы видели это и раньше. И всегда жалкие попытки пошуметь или раскачать ситуацию натыкались на жесткую реакцию государства и полное равнодушие общества. Выборы-2019 показали нам кое-что новое. Разберемся в политических технологиях.

Изначально было понятно, что прежние оппозиционные политики смехотворны и их шансы хоть как-то привлечь внимание заранее обречены на провал. Ставку сделали на новых лидеров и молодежь. За несколько месяцев стали раскручивать так называемых блогеров.

Андрей Лазуткин, политолог:
Блогеры нужны как некие посредники для того, чтобы организовывать молодежь. Потому что, опять же, оппозиция непопулярна среди молодежи. И для того, чтобы привлечь студенческие массы в основном, привлекаются блогеры, которые там имеют чуть больше авторитета. Причем работа тоже идет очень интересно. Не идет такая тупая пропаганда за оппозицию. Это всегда работа по какому-то конкретному вопросу. Пожалуйста, легализация наркотиков, вот борьба с призывом и, например, борьба с распределением.

Григорий Азаренок:
Активность работы в интернете дала свои плоды. YouTube- и Telegram-каналы, поливающие негативом все вокруг, в один момент выросли как грибы после дождя, стали набирать популярность, число подписчиков увеличивалось. При этом очевидно то, что делалось это не стихийно. Слова, тексты, материалы авторов были как под копирку. Это наводит на мысль, что питаются одни из одного корыта и направляются едиными кураторами.

Андрей Лазуткин:
Это отработка технологий по принципу российских. То, что наблюдали мы в деятельности Навального. Например, это сьемки какого-то фильма и затем попытка вывести под этот фильм некую аудиторию. То есть если там, грубо говоря, миллион просмотров, якобы должен собраться миллион человек. Исходя из этого они и действовали. Но, конечно, результаты были никакими. Видно, что пока это все очень слабо, но идет такое зондирование почвы.

Григорий Азаренок:
Когда кураторы поняли, что вывести людей из интернета на улицы не получается, решили действовать по-другому. Искусственно выращенный батальон блогеров и активистов бросили в бой непосредственно во время голосования. Основной удар пришелся на избирательные комиссии.

Алексей Дзермант, политолог:
Якобы для фиксации того, что происходило на избирательных участках, – сейчас это может позволить себе каждый – использовать телефон и вбрасывать мысли, что процесс выборный непрозрачный или происходят там какие-то манипуляции. Это тоже было заметно. Попытались таким образом дискредитировать выборный процесс. Но тоже, на мой взгляд, цели это не достигло. Да, был всплеск какого-то интереса, все это обсуждали, но реальных-то, настоящих доказательств, что это именно так, как они представляли, не было.

Григорий Азаренок:
Бросалась в глаза наглость и безапелляционность так называемых наблюдателей. Они шли на участки специально, чтобы искать любой повод для провокаций. Вот несколько примеров. 365-й участок для голосования. Предварительно выпив, его решил посетить блогер Димасик Карасик. При этом оделся в тюремную робу. На крыльце школы начал фотографироваться на фоне маленьких девочек. К участку шел с высоко поднятым в руках паспортом и орал, что пришел на свободные выборы. А когда председатель комиссии попросила показать документ, заявил: «Нет, не покажу! Я где хочу, там и голосую».

На комиссии сыпались обвинения и угрозы. «Я вас предупреждаю, что вы будете за подделку документов нести уголовную ответственность и сядете в тюрьму. Помните, что у вас есть дети. Я вас предупредил», – кандидат Андрей Смоленчук. «Однозначно людей, подписавших документ, нужно будет запомнить. Предупреждаю, руки будут гореть, языки, глаза у вас, но не сразу, может быть, раковые опухоли образуются. Вы будете сидеть в тюрьме все, некоторых, особенно председателей, к высшей мере наказания будем просить», – блогер Сергей Тихановский.

Развернулась настоящая травля. В Могилеве в подъезде, где живет председатель комиссии, расклеили оскорбительные и провокационные листовки. Свою эмоциональную оценку всему этому дал глава государства.

Александр Лукашенко о провокациях на выборах: «Отвернем голову и повыворачиваем руки тому, кто будет себя подобным образом вести»

Григорий Азаренок:
Бросается в глаза еще один аспект – полное отсутствие желания у оппозиционных кандидатов работать в правовом поле и бороться за депутатские мандаты. В конце концов они даже сожгли удостоверения кандидатов. Ни программ, ни агитации, ни встреч с избирателями. То ли заранее знали о своей непопулярности, то ли сказать было нечего. Но при этом попытались дискредитировать тех кандидатов, кто реально работал с избирателем. И тут опять же мы заметим руку невидимого дирижера.

Лилия Ананич, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси:
Я никогда не поверю, что отдельно взятый информационный ресурс так уж хорошо подготовился, что собрал полное портфолио моих выступлений в качестве министра информации для того, чтобы привести аргумент «она предлагала закрыть интернет». Во-первых, это не так, это наглая ложь. Значит, была подготовка. Искали аргументы, которые бы могли надавить на желание человека свободно воплощать свои мысли.

Алексей Дзермант:
Сначала есть источник некого вброса. А затем вся, скажем, оппозиционная прозападная сеть медиаресурсов все это подхватывает и распространяет. То есть у них существует реально работающая сеть, и в момент Х они все срабатывают как по команде.

Григорий Азаренок:
Все понимают: то, что мы наблюдали на прошлой неделе – генеральная репетиция и смотр сил перед главной электоральной кампанией, президентскими выборами. Загнанная в угол крыса обязательно прыгнет. Возможны провокации, в том числе с применением силы. Готовиться и противостоять надо уже сейчас.

Алексей Дзермант:
Нужно поддерживать и даже поощрять любую гражданскую активность журналистскую, те же Telegram-каналы, YouTube-блоги. Появляются, уже, кстати, и конструктивные. Пусть их не так много пока, они существуют без той поддержки массированной, которая идет с Запада, но тем не менее – они появляются. Этих людей нужно поддерживать.

Григорий Азаренок:
Но главный аргумент против антигосударственных сил – поддержка нынешнего курса абсолютным большинством населения.

Александр Метла, директор ИКК «Линия Сталина»:
Провокации – они всегда существовали, но в настоящее время они больше смехотворные. Потому что никакой они не имеют поддержки, никакой инициативы. Просто работают на телевидение, допустим, для картинки.

Протоиерей Федор Повный, настоятель Всехсвятского прихода в Минске:
Кто хотел, тот боролся за право быть в парламенте. Заслужить доверие белоруса просто – делай конкретные дела для народа. Пустые разговоры и крики юных свободолюбцев, не видевших страну в 90-е годы, или озлобленные речи предателей родины, которые об этом знают, но говорят, что все плохо – это лишь дым.

Григорий Азаренок:
Был на этих выборах эпизод. И он гораздо красноречивее любых жалких провокаций.

Лилия Ананич:
Уже на финале избирательной кампании, когда мы пришли в одно из общежитий, пришли дети. Девчонки маленькие, лет 10-13. Они облепили кандидата: «Ой, мы вас видели на портрете. А вы Президента будете видеть? Пожалуйста, передавайте ему привет».