«Шёл в сторону города». Что говорит житель приграничья, который первым заметил избитого насмерть мигранта

04.08.2021 - 19:59

Новости Беларуси. В ночь с 3 на 4 августа белорусские пограничники обнаружили в районе населенного пункта Бенякони человека в крайне тяжелом состоянии, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.  Спасти его не удалось, человек умер на руках у людей в погонах.

На телах мигрантов – раны от пуль. Кадры с белорусско-литовской границы

Станислав Дойлидко, житель г. п. Вороново:
Вот лесополоса заканчивается, железная дорога. Выезжая за лесополосу, увидел – идет человек. Глянул – что-то он там типа как уронил или присел, или хромал – не знаю, не скажу. Потом опять посмотрел – что-то, думаю, такое интересное какое-то выражение лица. Увидел, это было буквально секунд 20. Проехал, потом остановился. Не остановился, а набрал номер заставы: «Ребята, посмотрите, тут что-то непонятное». Потому что вот у нас площадка есть – или он сюда шел? Непонятно. Он шел с той стороны в сторону города.

Читайте также:

Белорусы о беженцах: такие же, как и мы, просто вынужденные покинуть свою родину

«Вы нас учите демократии». Как белорусы отреагировали на новость о смерти иракца на границе с Литвой?

Смерть на белорусско-литовской границе – Госпогранкомитет прокомментировал происшествие

Люди в материале: Станислав Дойлидко
Loading...


«Около 25 человек на одной машине». Рассказ выходца из Ирака, который смог бежать в Европу



Новости Беларуси. Впервые термин «кризис» по отношению к потокам людей, которые спасались от войны и разрухи, возник в 2015 году. Тогда в Европу, по разным оценкам, прибыли от 1 до 2 миллионов беженцев и нелегальных мигрантов. Многие из их числа уже успели стать полноценной частью Старого Света, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Пообщались с Мрадом Шамо из Германии, который рассказал о том, как пролегал его путь на Запад.

Илона Волынец, СТВ:
Мрад, почему вам пришлось покинуть свою страну?

Люди там до сих пор живут в нечеловеческих условиях

Мрад Шамо, житель Германии:
Я был вынужден покинуть свою родину. Причина была прежде всего в том, что 3 августа 2014 года район Шингал гремел в мировых новостях из-за атаки террористов «Исламского государства». Десятки тысяч местных жителей бежали. Мы убегали всей семьей, братья, сестры, дети, около 25 человек на одной машине.

Сначала мы с моей женой отправили младшего 16-летнего сына в Германию. Это стоило около 2 тысяч долларов, и мы долго собирали эти деньги. Уже после он прислал вызов для нашей семьи. И по этому вызову в 2016-м через немецкое посольство в Иране мы получили разрешение и официально улетели в Германию.

О положении тех, кто остался, я могу судить из собственного опыта. Жизнь была катастрофической. Люди там до сих пор живут в нечеловеческих условиях. Им недоступно нормальное образование, медицина, свобода мнений. Там ухудшается криминогенная обстановка. Курдские группы населения постоянно под давлением. И до сих пор у нас, к сожалению, нет поддержки от западных или мировых политиков. До сих пор курды, езиды там притесняются.

Илона Волынец:
Как вы оцениваете ситуацию на белорусско-польской границе, в частности действия белорусских властей?

Только позитивные отзывы о том, что Беларусь предпринимает для беженцев

Мрад Шамо:
То, что я слышал от людей, которые сейчас частично возвращаются в Ирак, это только позитивные отзывы о том, что Беларусь предпринимает для беженцев на границе. Потому я бы хотел обратиться к белорусскому правительству, чтобы они посодействовали в разрешении конфликта для людей, которые сейчас находятся в ожидании.

Илона Волынец:
Можно ли оправдать применение спецсредств по отношению к беженцам? Порой сами беженцы ведут себя довольно агрессивно.

Надеюсь, что мировая общественность в итоге найдет какое-то решение

Мрад Шамо:
Из-за ситуации в Ираке я могу, конечно, представить, что люди идут на все, чтобы бежать, жить свободно и безопасно и обеспечить будущее своим детям. Но этот вопрос, как мне кажется, лучше задавать напрямую европейским политикам. Я в этом некомпетентен и не могу за них отвечать. Я просто надеюсь, что мировая общественность в итоге найдет какое-то решение, чтобы эти люди не страдали от дискриминации и могли жить нормальной жизнью у себя на родине.