Светлана Жигимонт о Президенте: его оценят спустя десятилетия. Через 20-30 лет реально станет виден масштаб этой фигуры

09.06.2021 - 20:32

Новости Беларуси. БЧБ в искусстве и искусственное в БЧБ. О высоком и низком, а также как воплотился белорусский мятеж в художественных образах. В гостях программы Новости «24 часа» на СТВ известный художник Светлана Жигимонт.

Авторская программа Григория Азаренка «Тайные пружины политики 2.0».

Григорий Азаренок, СТВ:
Светлана, сейчас модно, особенно в наших неполживых кругах, называть редакторка, блогерка, художница и так далее. Но я вот все-таки предпочитаю старорежимное – художник Светлана Жигимонт. Вы же не против?

Светлана Жигимонт, художник:
Нет, я не против.

Григорий Азаренок:
Начнем с актуального. Уже несколько месяцев ваша картина «Женский марш» стала символом протестов, именно женское лицо. Как создавалась эта картина, как вы к ней пришли?

О картине «Женский марш»: я к ней пришла как-то спонтанно. Я за страну переживала

Светлана Жигимонт:
Я к ней пришла как-то спонтанно, я, естественно, все это наблюдала вместе со всеми, переживала, за страну переживала. Она ко мне пришла мгновенно. Я пересматривала фотографии с маршей, и женских, и неженских, и увидела эту госпожу – Зарецкая, по-моему, со сковородой и открытым ртом. Вот она шла, рот открыт, сковорода – «Я/МЫ леди». Вот этот момент диссонанса, абсурда, то есть орущая женщина и леди.

Григорий Азаренок:
Какие-то потрясения вызывали всплеск художественных произведений, вообще всплеск ярких талантов. Кто-то к ним относится по-разному. У меня других слов, когда я вижу их искусство, кроме как убожество, нет. На ваш взгляд – вот это протестное, змагарское искусство?

«Это искусство достаточно саморазоблачительное, то есть пытаются показать одно, а часто выходит несколько другое»

Светлана Жигимонт:
На мой взгляд, это искусство достаточно саморазоблачительное, то есть пытаются показать одно, а часто выходит несколько другое. Я первое место отдала бы картине мамаши Чернявской. Какие-то странные чудовища всплывают из болота и взлетают с бел-чырвона-белымі сцягамі, какие-то существа непонятные, лысые. Так она белорусов видит – из болота, вот эти зомби какие-то страшные. Наверное, первое место я бы отдала ей.

Конечно, второе место – с маками из глаз. «Я выплакала свои глаза, теперь из них растут маки» – это такая психиатрия.

Григорий Азаренок:
Это мы видим. Они создали Фонд культурной солидарности, но выхлоп из него – полуголая Левчук, перепевающая какие-то частушки и советские песни. Если бы это реально было народное движение, оно, конечно бы, дало нам художников, оно, конечно бы, дало бы художественные произведения, потому что это законы такого народного массового движения. Но а мы видим, что это искусственно. Это искусственное и неживое.

Светлана Жигимонт:
Да.

Григорий Азаренок:
При этом они всегда подчеркивают свою шляхетнасць. Если для Купалы, для Коласа, для Михаила Савицкого было почетно и гордо подчеркивать, что они из народа… Даже открываем учебник по искусству или по белорусской литературе: нарадзіўся ў вёсцы такой-то – любой герой. А вот у них обязательно подчеркнуть, что они чуть ли не от Радзивиллов или еще от кого-то и так далее. Откуда у них вот эта черта – считаться какими-то сарматами, литвинами, поляками, еще кем-то?

У них мнение о себе очень высокое, несмотря ни на что

Светлана Жигимонт:
Часто многие из этой так называемой элиты по большому счету из себя особенного ничего не представляют, а чем-то брать надо. У них мнение о себе очень высокое все равно, несмотря ни на что, поэтому, конечно, и шляхетнасць, и высокое происхождение, какие-то корни, по праву крови и чего-то в этом духе часто присутствует.

Григорий Азаренок:
Слава богу, у них ничего не получилось, и я уверен, что не получится. И здесь выступает фигура нашего Президента. С точки зрения художественного образа вам как?

О Президенте: его оценят спустя десятилетия. Через 20-30 лет реально станет виден масштаб этой фигуры

Светлана Жигимонт:
Фигура Президента? Прекрасная фигура. Я считаю, что он достоин того, чтобы его отобразили. Его оценят спустя десятилетия. Вот пройдет 20 лет, 30 лет, тогда реально станет виден масштаб этой фигуры. Не говоря о змагарах, но даже обычному человеку пока еще это не очевидно, мне кажется. Он действительно очень характерный. Я считаю, что достоин остаться в произведениях искусства.

Когда у меня была в 2019 году выставка, на ней была одна картина, которая, естественно, нашим националистам не понравилась – это «Праздник вышиванки». Соединение двух реалий Украины. Сюрреалистическая картина, которая рассказывает о постмайданной Украине, которая соединяет в себе одновременно какую-то дурковатую радость от перамог постоянных, и одновременно убивает своих детей и не замечает этого. То есть не видит.

«Все, что я хотела в своей жизни сделать, при этой власти я делать могла»

Светлана Жигимонт:
И вот эта картина, естественно, нашим националистам не понравилась. Все, что я хотела в своей жизни сделать, при этой власти я делать могла. Хотели мы с мужем бизнес, допустим, один – салон татуировки в свое время мы открыли, первый в Беларуси. Потом другой бизнес открыли.

Григорий Азаренок:
Режим вам никак не мешал.

Светлана Жигимонт:
Мы зарабатывали деньги, мы спокойно жили, мы растили детей, мы пользовались нашей медициной, которая спасла моему мужу жизнь, например, совершенно бесплатно. Когда у него был инфаркт, его и вовремя доставили, вовремя стентировали. И он был на реабилитации в Аксаковщине потом. То есть мы нормально жили и все, что хотели, мы делали. Все, чего мы не достигли, если мы мало заработали, не так у нас что-то, – я думаю, мы виноваты. Потому что бизнесу, пусть не врут, никто палки в колеса не ставит. То есть системного какого-то наката на бизнес нет. Это неправда.

Григорий Азаренок:
Ваша рекомендация, может быть, совет, личный опыт. Ваши ориентиры в искусстве, причем в любом, и в изобразительном, и в литературе, белорусская наша, общеславянская и так далее.

Светлана Жигимонт:
Мне ближе сердцу классики наши. И Достоевский, Лесков – в литературе.

Григорий Азаренок:
Я всегда говорю: перечитайте роман «Бесы» и вы поймете все, что у нас происходило в 2020-м году.

Светлана Жигимонт:
Или «Белую гвардию» Булгакова.

Григорий Азаренок:
Да, слава богу, до этого этапа мы не дожили, там уже после развала.

Светлана Жигимонт:
Из художников я очень люблю импрессионистов и наших передвижников, то есть это две мои огромные любви.

Loading...


Григорий Азарёнок: наш Президент – человек длинной воли. Ваши технологии ломаются, когда встречают его искренность и прямоту



Новости Беларуси. День народного единства стал живым символом воли и силы белорусского народа. Откинув ненужные стеснения, мы славим наших предков и заявляем о недопустимости реванша польского, в целом западного национализма и империализма, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ. 17 сентября наши предки исправили историческую несправедливость, и мы не дадим ей повториться.

О Дне народного единства рассуждает Григорий Азаренок. Авторская программа «Тайные пружины политики 2.0».

Григорий Азаренок, СТВ:
Уже и санкции драконовские ввели, и террористические атаки устраивали, и оболванили тысячи людей. И всех в карательные книги занесли. И травили, и гнобили, и оскорбляли. Как только не унижали каждого из нас. И в спорте, и в культуре, и в экономике – везде нас подло ущемили. Забрали то, что нам принадлежит. И должны мы, по их планам, сдаться и просить пощады. Но бьются белорусы.

Ложь не есть правда, а истина всегда одна. Меня зовут Григорий Азаренок, это «Тайные пружины политики 2.0».

Григорий Азаренок:
Отгремел День народного единства. Наш новый государственный праздник. Праздник белорусской славы и торжества. Праздник нашей воли. Ведь и тогда паны-осадники уже поставили крест на нашем народе. Храмы закрыли, коммунистов – в концлагеря. Школы на польском, а крестьянам плетку за то, что глаза поднимут. Расселилась здесь шляхта и думала: вечно быдлом будет править. Но ни на день не затухало сопротивление. Люди знали, что на востоке есть братья. И они придут.

Григорий Азаренок:
Пришли. Как бежали моравецкие, дуды и тихановские того времени. Никакого сопротивления. За сутки побросали свои особняки. Потому что те, кого они считали покорным быдлом, холопами, те пришли у них спросить – а не хочешь ли, пан, вил наших отведать? Не сломали воли, не согнули наших людей.

И сегодня. Сколько всего они уже сделали, сколько своих всесильных социальных технологий применили. Сколько миллионов вбухали в то, чтобы нас уничтожить. Уже потирали ручонки, уже видели свои земли и холопа, целующего ручку томной панночке в покорном изгибе.

И что? Где вы? Где ваши хваленые цветные революции? Где ваша гегемония, где ваша мощь, Запад? Обломали вы зубы и убрались отсюда, как побитая бродячая псина. Теперь скулите там. А скоро и вовсе на поклон приползете.

Григорий Азаренок:
А почему? Политологи, эксперты, спецслужбы Запада мыслят материальными категориями. У них есть напечатанные миллиарды, иезуитская хитрость и суперкомпьютеры. Но все это не дает вам инструмента, чтобы понять, кто такой Александр Лукашенко. И потому вы и проиграли.

Наш Президент – человек длинной воли. Ваши хитроумные комбинации бьет его выдержка. Ваши социальные технологии ломаются, когда встречают его искренность и прямоту. И ничего не могут ваши миллиарды там, где есть неподкупность, аскетизм и совесть. А потому никогда вам не понять причин своего поражения. Вы подонки, вы ползаете по дну и недоступен вам солнечный свет. Так убирайтесь в свои норы. Сгиньте. Не видать вам ни белорусских земель, ни белорусского народа.

Историк Андрей Фурсов: «Поляки всегда относились к белорусам, украинцам как к людям второго сорта, как к дикарям». Читайте здесь.

Григорий Азаренок:
Именно так – исторический оптимизм, наступление, солнечная сила. Мы все можем. Мы сильнее их. Только яростней желания, только громче ликования. В единстве наша правда. Никто не смеет обижать нашу Родину. Так в 1939-м сказала Красная армия. И мы подтверждаем эти слова.