Собака, которая ночью проходит сквозь стены, и место рождения Екатерины І. Легенды и факты об улице Интернациональной

11.05.2019 - 22:11

С трудом верится, что на этом оживлённом перекрестке когда-то возвышались оборонительные валы с бастионами! Рассказываем в программе «Минск и минчане» о происхождении названия улицы Интернациональная.

В XVI веке на карте Минска появилась улица Сборовая. Название, скорее всего, определила её близость к Соборной площади.

После восстания Калиновского улочку, спускающуюся от центра к Пищаловскому замку, нарекли Тюремной. Нерадивое название не давало минчанам покоя, и спустя 80 лет они упросили чиновников переименовать улицу в Преображенскую в честь местного монастыря.

В XIX веке в этом районе бурлила жизнь. Училась в правительственной гимназии Стефания Станюта. Записывались на приём в лечебницу Обезерского и располагалась каретная.

Валентина Короткина, экскурсовод, преподаватель истории:
Волоцкая – самое первое название теперешней улицы Интернациональная. На берегу Свислочи был порт, куда приходили баржи, нагруженные товаром. И оттуда несли товар на местный рынок. Где-то было сложно. По сути, груз волокли под гору – отсюда и название улица Волоцкая.

Галина Злотникова, экскурсовод:
И она была самая длинная улица в городе. Ровно 1 километр. Выложена булыжником, лежали тротуары. А вечером горели фонари. Название Интернациональная она получила после 1919 года.

Это сегодня нумерация улицы начинается со стороны Городского вала, а до революции всё было наоборот! Каменная застройка чудом пережила войну. На первом этаже были магазины, второй сдавали в аренду.

В уютные дворики попадали через ажурные ворота. Эти крюки и решётки молчат о прежних хозяевах. Кто опаздывал, звонил в колокольчик привратнику и платил копеечку за беспокойство. Его комната была прямо под аркой! Причем в сторожа частенько зазывали татар, они обеспечивали дома дровами и честно несли службу.

Галина Злотникова:
Вход на 2-й этаж был по таким лесенкам. Могла стоять фигура Девы Марии, Иисуса Христа, мог быть также фонтанчик. И люди хорошо друг друга знали.

16-й дом – жемчужина модерна! Майоликовая плитка сохранилась с 1913 года. Здесь размещалась небольшая гостиница и доносился сладкий аромат из соседней кондитерской Офли.

Туристам было, где остановиться в Минске. В центре действовало около 20 отелей! Так, в доме, где сегодня располагается отель «Гарни», до революции находилась гостиница Сутина. Владельцы были родственниками нашего художника Хаима Сутина. Он трудился ретушёром в былой банковской конторе Берлянда. Туда же минчане приходили за красивыми фото к Моисею Наппельбауму. Генпрокуратура ведёт и вовсе в далекий XVII век. На этом месте располагался женский католический монастырь бенедиктинок и храм cвятого Войцеха.

Валентина Короткина:
Сам монастырь действовал по середины XIX века, когда костёл переделали на православный храм. При храме в своё время имелись первые монастырские могилы, которые позднее были перенесены на минскую Кальварию. В 30-ые годы XX века храм был закрыт. И в 60-ые годы его и вовсе разобрали.

На месте нынешней улицы Ленина вплоть до современного ГУМа тянулся грандиозный отель Вениамина Поляка, он занимал целый квартал. В начале XX века его переименовали в отель «Европа». Здесь впервые пустили в Минске лифт, а извозчики забирали гостей с вокзала. Среди приезжих были Эйзенштейн, Ян Райнис и другие.

Современный же отель «Европа» возвели на месте городского театра конца XVIII века. Именно на его сцене была поставлена первая белорусская опера «Идиллия» Винцента Дунина-Марцинкевича на музыку Станислава Монюшко.

Но главной достопримечательностью Интернациональной был барочный костёл Томаша Аквинского с доминиканским монастырём. Святыня занимала целый квартал.

Валентина Короткина:
В 1603 году был основан храм. 14 внутренних алтарей были оформлены разными скульптурами. Все путешественники, которые приезжали в Минск, поражались красоте храма. Монахи-доминиканцы имели в своей символике и в своей деятельности просветительскую миссию. И поэтому один из их символов – это факел. Так, например, минчане верили, что в тёмные ночи среди дворов, среди входов на территорию монастыря является собака, которую никто ранее не видел, которая как будто бы проходит сквозь стены.

По легенде, последний настоятель храма предвещал ему новую жизнь и признался, что средств на это достаточно. Скорее всего, речь идёт про клады, которые каменщики замуровали здесь в 1812 году.

Ещё одно столичное предание гласит, что в этих местах появлялся Чёрный монах. Он предупреждал о великих потерях и войнах. Последний раз его видели в 1939 году.

Во дворике современного Миноблисполкома когда-то стоял дом Сапегов, в котором любил останавливаться Пётр I. Владения окружал прекрасный сад с чёрными грушами, а за порядком следил некий садовник Скаврончук. Со временем он сбежал с семьей в Лифляндию. Но страшная чума оставила в живых только дочь Марту.

Галина Злотникова:
В 16 лет выдали её замуж за драгуна.  Драгун ушёл воевать и пропал.  Когда вошли русские войска – это территория сегодняшней Латвии и Эстонии, приметил её Шереметьев, затем – Меньшиков. В Могилёве девушки прислуживали за столом – приметил её Петр І. С тех пор она осталась с ним. И мы её уже знаем как императрицу Екатерину І. То есть, родилась она в Минске. Есть ещё такой факт: когда Екатерина І приблизила к себе отца и сына Сапегов – князей в Петербурге, а затем отцу она звание фельдмаршала присвоила, конечно, российская знать ворчала: «Как? Ни дня не служившего в армии?!»

На берегу Свислочи возвышается бывшая городская усадьба Ваньковичей XIX века. Здесь собиралась творческая элита города. Монюшко, Сырокомля, Дунин-Марцинкевич, Дамель… Здесь росли грецкие орехи, а элита кружила в вальсе. Это место связано со знаменитым художником Валентием Ваньковичем – братом Эдварда Ваньковича. Яркий представитель романтизма, автор портретов Пушкина и Мицкевича, он провёл здесь свои школьные годы.

Валентина Короткина:
Суда приезжали самые именитые пианисты, которые гастролировали в Минске. Для них было честью исполнять вечером у Ваньковичей. Всё выглядело салонно. Валентий Ванькович, известный художник, мог здесь кому-нибудь из барышень нарисовать что-то в бальную книжечку или в отдельный альбом.

Улица спускается к живописным берегам Свислочи и парку. Здесь когда-то располагались популярные на весь город бани Плавского. Янка Купала жил всего в паре шагов и любил отдохнуть здесь со своими друзьями. Истории и легенды Интернациональной мы продолжим рассказывать в следующих выпусках программы.



Где в Минске жили подпольщики времен ВОВ, и как фашисты готовили разведчиков



В первые дни войны бомба попала в 3-й дом Советов – теперь это дом по ул. М. Богдановича, 23 и были заблокированы входы в подвалы. В результате погибло более 100 человек. В основном – это женщины и дети.

Аналогичная история случилась и с былым управлением Либаво-Роменской ЖД.

Еще один «живой» свидетель спрятан за шумным проспектом. В доме на Независимости, 27а квартировала подпольщица Ольга Щербацевич. Медработник нашла путь в госпиталь, который оккупанты устроили для советских военнопленных на месте нынешнего главного корпуса БНТУ. Из лазарета была прямая дорога в лагеря.

Антон Рудак, историк, краевед:
Это были лагеря в пушкинских казармах городского отделения шталага 352, лагерь в Масюковщине. Эта группа занималась переправкой военнопленных из лазарета, спасали их из этого лазарета.

Ольга Щербацевич втянула в секретную операцию всю семью. Удалось спасти 18 офицеров и красноармейцев. Но во время очередного перевода из Минска в партизанскую зону несколько человек попали в руки нацистов.

Евреев расстреляли на месте, остальных завербовали. И все из-за шифровальщика Бориса Родзянко. После войны предатель понес наказание.

Антон Рудак:
В августе 41-го состоялся арест, и 26 октября 41 года произошло первое публичное наказание смертью участников этой группы. Было арестовано 12 человек, их тройками повесили по всему городу. Ольгу повесили недалеко от ее дома в сквере возле Купаловского театра. Ее сыну Володе было 16, он также помогал военнопленным.

Бывшая улица Островская, ныне Раковская. Мало кто знает, что здесь с сентября 1943 по июль 44-го действовала одна из пяти немецких разведывательных диверсионных школ.

Здесь готовили агентов для борьбы с партизанами и подпольщиками. В расписании была история радиодела, топография, стрельба, рукопашный бой, работа с ядами. Одним словом, все для успешной диверсии.

Более того! Вели профобучение по специальностям столяр, слесарь, чтобы легко проникнуть на предприятия. В случае провала рекомендация для шпионов была одна – самоубийство.

Святослав Кулинок, заместитель заведующего отделом публикаций ГУ «Национальный архив Республики Беларусь», кандидат исторических наук:
Советская партизанская контрразведка знала о существовании данной школы. Кто-то из обслуживающего персонала (может быть, уборщица или водитель) все-таки был внедренным агентом в эту разведшколу, и у партизан были оперативные и достаточно своевременные данные по немецкой агентуре.

На легендарном здании гостиного двора есть знак в честь легендарного Фрица Шменкеля. Его называли солдатом вермахта и Красной армии, партизаном и подпольщиком. В феврале 44-го на площади Свободы, в штаб-квартире службы безопасности и СД немцы зверски допрашивали Фрица, но он не сдал своих, за что понес самое суровое наказание.

Покоится его душа в Свислочи или в другом месте – до сих пор тайна. А многие моменты биографии и вовсе придуманы.

Андрей Данилов, военный историк, журналист:
В 41-м году, когда началась война с Советским Союзом, он изъявил желание служить в вермахте, отправлен был на Восточный фронт и осенью 41 года перешел на строну Красной армии. Это спорная страница из его биографии. Везде написано, что он служил в 186-й пехотной дивизии Вермахта. Такой не было вообще! Но, тем не менее, он попал в партизанский отряд «Смерть фашизму», совершил много подвигов.

Один из подвигов – он переоделся в немецкого генерала, и когда шел немецкий обоз, он его повернул в лес и отправил к партизанам. Но на то время ему было 26 лет. И сколько б он не надевал военную форму, но на генерала он не потянет.  

В 43-м, когда Калининскую и Смоленскую области освободили, отважный Фриц был награжден Орденом Красного знамени и зачислен в разведотдел Западного фронта. За свои подвиги уже после войны он получил звание Героя Советского Союза посмертно.