Место для спокойных культурных мероприятий: рассказываем, как архитекторы предлагают изменить улицу Карла Маркса

13.11.2018 - 21:07

Улица Карла Маркса уже сотню лет назад была в ТОПе у тех, кто решался на приобретение недвижимости в столице. Правда, такую роскошь мог позволить себе далеко не каждый. Вымощенные брусчаткой спуски, старинные дома и изящные скверы – один из самых престижных районов дореволюционного Минска. Франты здесь выгуливали модные наряды, а из окон звучали стихи Ахматовой.

Именно в этом уголке в начале прошлого века обосновалось общество любителей изящных искусств.

Минский Арбат – так прозвали улицу в народе. Сегодня здесь, как и по всему городу, идёт работа по организации публичных пространств. Ведь не за горами вторые Европейские игры. А многочисленным гостям и участникам спортивного мультифорума

должно быть комфортно не только в гостиничных номерах, но и на улицах.

Анастасия Янчевская, директор ОО «Минского велосипедного общества»:
Первое, что видят туристы, когда приезжают – Карла Маркса. Это ворота в город, которые на данный момент заставлены машинами. Проводились исследования по вопросу от городской администрации. И сейчас можно говорить, что там 200 машин, и средняя проходимость 800 человек. Поэтому

есть потребность создавать пространства именно для людей.

У Карла Маркса есть неповторимая харизма, а вместе с тем, огромный нераскрытый потенциал. Просто находка для креативных и инициативных архитекторов! Впрочем, они уже предложили уникальную дизайн-концепцию исторической части города.

В планах – создание общественного пространства, которое объединит и привлечёт всех, независимо от возраста и статуса.

Евгений Лойко, градостроитель Белорусской ассоциации экспертов и сюрвейеров на транспорте:

Всё началось с Карла Маркса.

И вся эта активность потом разрослась по другим улицам. На Зыбицкую вылилась шумная активность. На Октябрьскую – это больше такая хипстерская. Но нет места, где можно проводить больше мероприятия семейные, более спокойные и культурные. И вот улица Карла Маркса как раз обладает всеми этими необходимыми параметрами, чтобы созвать такую вот активность туда.


Анна Самарская, директор по развитию краудфандинговой платформы:
Если двигаться по этому направлению и развивать улицу через артистические, культурные интервенции, вполне возможно, что улица станет более привлекательна, в том числе, для туристического потока.

Градостроители планируют привлечь к реализации дизайн-концепта частные инвестиции.

Ведь размах – небывалый! А минская Карла Маркса, уверяют урбанисты, станет достойным ответом парижским Елисейским полям.

Анна Самарская:
Частные инициативы, частный бизнес, дай Бог, в Беларуси развивается. Соответственно, он будет заинтересован в любого рода активностях, связанных с публичным пространством, таким, каким является улица Маркса.

Как показывает опыт зарубежных коллег – планы могут стать реальностью.

Никита Белокопытов, архитектор (г. Киев):

Во Львове был похожий пример.

Была целая серия воркшопов, они проходили каждый месяц. Целый год занимались разработкой проекта, и в итоге получилось три проекта. Они проходили голосование: люди голосовали на улицах, в соцсетях. Это, на самом деле, было таким всеобщим городским явлением.

Главный вопрос на повестке дня: как на площадке уместить всех, кого она заинтересует?

Кристоф Шмидт, архитектор берлинского института прикладной урбанистики:
В Европе мы сталкиваемся с проблемами перегруженности улиц огромными толпами туристов. Местное сообщество зачастую жалуется на шум. Но я не думаю, что каким-то образом культурные ценности и облик этих улиц вступают в противоречие с турбизнесом.

Они могут и должны сосуществовать.

Каждый город стремится рекламировать и продвигать своё наследие. 



Где в Минске жили подпольщики времен ВОВ, и как фашисты готовили разведчиков



В первые дни войны бомба попала в 3-й дом Советов – теперь это дом по ул. М. Богдановича, 23 и были заблокированы входы в подвалы. В результате погибло более 100 человек. В основном – это женщины и дети.

Аналогичная история случилась и с былым управлением Либаво-Роменской ЖД.

Еще один «живой» свидетель спрятан за шумным проспектом. В доме на Независимости, 27а квартировала подпольщица Ольга Щербацевич. Медработник нашла путь в госпиталь, который оккупанты устроили для советских военнопленных на месте нынешнего главного корпуса БНТУ. Из лазарета была прямая дорога в лагеря.

Антон Рудак, историк, краевед:
Это были лагеря в пушкинских казармах городского отделения шталага 352, лагерь в Масюковщине. Эта группа занималась переправкой военнопленных из лазарета, спасали их из этого лазарета.

Ольга Щербацевич втянула в секретную операцию всю семью. Удалось спасти 18 офицеров и красноармейцев. Но во время очередного перевода из Минска в партизанскую зону несколько человек попали в руки нацистов.

Евреев расстреляли на месте, остальных завербовали. И все из-за шифровальщика Бориса Родзянко. После войны предатель понес наказание.

Антон Рудак:
В августе 41-го состоялся арест, и 26 октября 41 года произошло первое публичное наказание смертью участников этой группы. Было арестовано 12 человек, их тройками повесили по всему городу. Ольгу повесили недалеко от ее дома в сквере возле Купаловского театра. Ее сыну Володе было 16, он также помогал военнопленным.

Бывшая улица Островская, ныне Раковская. Мало кто знает, что здесь с сентября 1943 по июль 44-го действовала одна из пяти немецких разведывательных диверсионных школ.

Здесь готовили агентов для борьбы с партизанами и подпольщиками. В расписании была история радиодела, топография, стрельба, рукопашный бой, работа с ядами. Одним словом, все для успешной диверсии.

Более того! Вели профобучение по специальностям столяр, слесарь, чтобы легко проникнуть на предприятия. В случае провала рекомендация для шпионов была одна – самоубийство.

Святослав Кулинок, заместитель заведующего отделом публикаций ГУ «Национальный архив Республики Беларусь», кандидат исторических наук:
Советская партизанская контрразведка знала о существовании данной школы. Кто-то из обслуживающего персонала (может быть, уборщица или водитель) все-таки был внедренным агентом в эту разведшколу, и у партизан были оперативные и достаточно своевременные данные по немецкой агентуре.

На легендарном здании гостиного двора есть знак в честь легендарного Фрица Шменкеля. Его называли солдатом вермахта и Красной армии, партизаном и подпольщиком. В феврале 44-го на площади Свободы, в штаб-квартире службы безопасности и СД немцы зверски допрашивали Фрица, но он не сдал своих, за что понес самое суровое наказание.

Покоится его душа в Свислочи или в другом месте – до сих пор тайна. А многие моменты биографии и вовсе придуманы.

Андрей Данилов, военный историк, журналист:
В 41-м году, когда началась война с Советским Союзом, он изъявил желание служить в вермахте, отправлен был на Восточный фронт и осенью 41 года перешел на строну Красной армии. Это спорная страница из его биографии. Везде написано, что он служил в 186-й пехотной дивизии Вермахта. Такой не было вообще! Но, тем не менее, он попал в партизанский отряд «Смерть фашизму», совершил много подвигов.

Один из подвигов – он переоделся в немецкого генерала, и когда шел немецкий обоз, он его повернул в лес и отправил к партизанам. Но на то время ему было 26 лет. И сколько б он не надевал военную форму, но на генерала он не потянет.  

В 43-м, когда Калининскую и Смоленскую области освободили, отважный Фриц был награжден Орденом Красного знамени и зачислен в разведотдел Западного фронта. За свои подвиги уже после войны он получил звание Героя Советского Союза посмертно.